Джулия Чернеда - Темная сила Вселенной

Кнопки отозвались на мои прикосновения — значит, драпски все-таки не удосужились установить здесь биосенсоры Это значило, что они либо не ощущали особой необходимости принимать подобные меры безопасности против не-драпсков, что совершенно не вязалось с их осмотрительностью в общении со скатами, либо в этом здании постоянно бывали не-драпски и такие сенсоры доставляли больше неудобств, чем помогали.

Лифт остановился.

Интересно, другие участники Состязания тоже заперты в комнатах этого здания?

Мои инстинкты женщины Клана твердили мне, что нужно продолжить спуск, уносить ноги, пока еще не поздно. Другая же, человеческая часть моего существа пребывала в совершенном раздрае.

В конце концов я согласилась с более бесстрастными и разумными доводами. У меня не было никаких оснований подозревать драпсков в том, что они намереваются причинить участникам Состязания вред. Судя по тем дарам, которыми Мака пытался осыпать меня в «Приюте Звездоплавателя», эти соревнования почему-то были для них очень важными. Так кто я такая, чтобы мешать им?

У меня были свои причины сбежать.

В некоторых мирах, как уверял меня Морган, плащ и сгорбленная поза позволяли кому угодно незаметно перемещаться среди самых причудливых негуманоидных существ. Здесь надеяться на это не стоило, и дело было не только в том, что драпски не носили вообще никакой одежды, не говоря уж о плащах, — единственными одетыми драпсками, что я видела, были их игроки в хоккей. Вряд ли их чутье можно было обмануть при помощи простой ткани.

Так что я решила: если нельзя оказаться незаметной, в таком случае я стану настолько заметной, насколько смогу.

Я вышла из лифта, миновала битком набитые, в отличие от прошлого раза, рестораны и кабинки связи и едва вышла из дверей на движущуюся мостовую, как услышала оклик:

— Подожди, о Непостижимая!

Даже не обернувшись, чтобы взглянуть, кто меня зовет, я швырнула кое-что из своей сумки на мостовую и услышала ласкающий ухо звон. Перескочив через порог, отделяющий твердую поверхность от пружинистой ленты движущейся дорожки, я помчалась что было духу.

Мгновенно поднялась невообразимая суматоха, что было мне только на руку, но бежать по движущейся поверхности почти так же неудобно, как по льду. Каждый миг я опасалась, что вот-вот упаду. Тем не менее я довольно быстро удалялась от сумятицы, которую оставила позади.

Драпски буквально лезли друг другу на головы в отчаянных попытках убраться подальше. Один врезался прямо в стену здания, едва разминувшись с гостиничной дверью, в которой и без того уже застряло несколько драпсков. Но, похоже, серьезно никто не пострадал.

Я тряхнула сумкой и с удовлетворением прислушалась к донесшемуся изнутри звяканью. Спальня моего номера была обставлена с расчетом на жильцов-людей, но туалетные средства, как я и ожидала, пахли совсем слабо, так что я едва-едва улавливала аромат. Однако драпски любезно снабдили меня щедрым запасом местных фруктов и сыров, что помогло мне после некоторого количества экспериментов состряпать чудовищно вонючее месиво из фруктовой мякоти, сыра и лосьона. Потом я опустошила все до единого маленькие сосуды в спальне и наполнила их своей смесью, которая — я очень на это надеялась — должна была позволить мне кое-что противопоставить драпскам.

Я крепко сжала в руке второй флакончик, готовая бросить его в любую минуту. Следующая остановка — космопорт.

Что я стану делать, когда и если доберусь до него, я совершенно не представляла.

ИНТЕРЛЮДИЯ

— Возможно, он когда-то был звездоплавателем. Серьезно.

— А я тогда человек со странным вкусом на аксессуары, — пророкотал Гвидо. — Не нравится мне все это, брат.

Губы Моргана дернулись, но синие глаза остались ледяными.

— Можно подумать, что мне нравится. Если кто-то пустил за мной «хвост», значит, я их по меньшей мере беспокою. А это последнее, чего мне хочется.

Каресианин неохотно прищелкнул клешнями в знак согласия.

— Ты собираешься поговорить с этим злоумышленником?

— Не сейчас. — Джейсон потянулся и поуютнее устроился в мягких объятиях кресла. Безумный темп последних двух дней уже начал сказываться на нем, но тратить время даже на такой короткий отдых ему было жалко. — Ты что-нибудь нашел?

Гвидо разлил по бокалам пиво, пристроил свою тушу на специально сконструированном для него сиденье, сложив клешни нижней — и большей — пары рук на полу.

— И да и нет. То имя, которое ты назвал мне, Балтир, входит в рецепт знаменитых мясных пирожков моего папаши и в названия нескольких тысяч мест. Зато оно ни разу не встретилось в документах Торгового пакта, касающихся ретиан. Ты точно уверен, что речь именно об этой расе?

— Он ретианин. Барэк видел его на Камосе; Балтира привез туда, как я уже говорил, кто-то из членов их Совета, — медленно проговорил Морган. — Ретианин с никому не известным именем. Очень странно.

— Согласен. Эти жабы просто помешаны на всяких документах и генеалогии. Если это прозвище, значит, он действительно премерзкий субъект. — Гвидо торжествующе прищелкнул клешнями. — Зато я выкопал кое-что еще. Недавно прибывший денебианский экипаж вчера вечером шатался по кабакам. Из парочки их вышвырнули, потом они все-таки осели у Кивора — ты знаешь это местечко.

О да, Морган знал его, еще как знал. Бар Кивора был практически самым низкопробным местом на Плексис, пользующийся, однако, немалой популярностью, несмотря на безбожно завышенные цены на разбавленные напитки и риск наткнуться на разведенные какой-нибудь дрянью наркотики. Сам Кивор, известный своим невероятно разнузданным образом жизни, вдобавок к этому был еще и утонченным гурманом. При этом единственно достойной себя он считал кухню Гвидо.

— Так вот, Кивор почтил этих ребят личным вниманием. Когда денебиане пропустили по парочке его «особых», то стали жаловаться, что прямо после взлета с Покьюлара на них налетели блюстители. Кивор догадался сообщить об этом мне.

— Когда?

— Как раз в то самое время. — Каресианин удовлетворенно хлебнул пива. — Что интересно, несмотря на бесплатные напитки и состояние этих бедолаг, никто из них и словом не обмолвился ни о пассажирах, ни о грузе. Кивор сказал, что их, видимо, хорошенько припугнули.

Морган ощутил, что весь напряжен, и медленно выдохнул, расслабляясь. Похоже, все будет труднее, чем он предполагал.

— Куда они отправились с Покьюлара?

— На Рет-VII.

Человек вскочил на ноги еще прежде, чем понял, что делает это. Все глаза Гвидо — выражение их было совершенно непроницаемо — были прикованы к побратиму.