Лев Куклин - Год лошади

Вертолетные лопасти еще крутились, рождая слабый призрак ветерка, а группе расследования особо важных государственных преступлений стало ясно: Музей Национальных Сокровищ, один из богатейших на планете Земля, ограблен в буквальном смысле слова подчистую...

Стены, с которых сорвали знаменитые старинные гобелены, выглядели неприлично голыми. И - ни одной картины на стенах! Ни одной... Витрины, обшитые роскошным голубым бархатом, сиявшие прозрачными пуленепробиваемыми стеклами, смотрели пусто и оттого глупо. Из них исчезли золотые маски древних правителей, бесчисленные украшения с самыми(крупными в мире изумрудами и сапфирами, уникальная коллекция монет баснословной стоимости; улетучились тяжеленные нагрудные бляхи, платиновые браслеты и налобные обручи царственных правительниц, их многорядные рубиновые ожерелья и флаконы для благовоний, выточенные из цельных кристаллов желтых, как сентябрьское солнце, топазов; испарилась гордость правителей восьмой династии - парадная императорская кольчуга, в каждой позолоченной ячейке которой сияли хитроумно укрепленные алмазные зерна первозданной чистоты размером с горошину;

растаяли в воздухе ритуальные принадлежности жреческих культов - нефритовые сосуды для жертвенной крови, массивные светильники из электрона, загадочно мерцающие аметистовые чаши для омовений, связки молитвенных четок из граненых кровавых пиропов и округлых бледно-зеленых гроссуляров, процеживающих свет подобно гроздьям созревших виноградин; похитители ухитрились вынести даже обстановку царской опочивальни, в том числе - ложе резной слоновой кости, инкрустированной перламутром, с орнаментом, неповторимым по своей сложности; ложе уплыло вместе с нетленным балдахином благородного пурпурного цвета, тканым вручную из тончайших нитей биссуса морских таинственных жителей... Ложе было шириною в два добрых "мерседеса" самой последней модели. Именно из такой машины - цвета слоновой кости - и вылез комиссар криминальной полиции, - неожиданно элегантный мужчина с подтянутой фигурой заядлого теннисиста, в белом костюме в узкую голубую полоску и очках в тонкой золотой оправе. Он походил скорее на преуспевающего режиссера секс-шоу или на модного профессора астрологии, чем на полицейского комиссара. Некоторое время он стоял под лучами жаркого полуденного солнца, наступив на собственную тень и, словно бы прислушиваясь к сухому жестяному постукиванию пальмовых листьев, неторопливо оглядывал фасад музея.

- Вы не будете осматривать место происшествия, господин комиссар? - почтительно обратился к нему кто-то из следственной бригады. - Ваш опыт...

- Мой опыт? - усмехнувшись, ироническим тоном прервал его шеф. - Мой опыт говорит... нет, он просто-напросто кричит, орет, надрывается... точнее даже будет сказать - вопиет... что на этом, как вы изволили выразиться, месте происшествия... не будет зафиксировано никаких следов. Ни-ка-ких... - повторил он четко, раздельно, по слогам. Возникла странная томительная пауза. Ее нельзя было назвать тишиной, потому что в ушах каждого свидетеля и участника события тишина эта звенела тонкой, зловещей и назойливой нотой, словно бы в крепкой паутине черного мохнатого паука билась и пищала беспомощная колибри.

Маленькая летающая драгоценность...

- Ну что? - почти без всякого выражения спросил комиссар подбежавшего к нему старшего полицейского инспектора, пожилого и одышливого, на желтом лице которого, как будто на куске старого лежалого сыра, выступили тяжелые мутные капли. - Разумеется, - опять ни малейших следов?

Инспектор только судорожно заглотил порцию горячего воздуха, словно бы это был глоток противного теплого виски, поперхнулся - и виновато развел руками... Более того - со всей очевидностью выяснилось, что преступники не оставили вообще никаких следов своего пребывания в здании: вся сигнализация на месте и исправна, ни на одном из витринных стекол или иных мыслимых плоскостях нет ни единого отпечатка пальцев, нет следов на полу, паркете, цементе или земле... Вся охрана на своих местах - и никто ничего не заметил! Невероятно! Словно бы преступники появились из ниоткуда и исчезли в никуда...

- Такое впечатление, что в здание никто не заходил, и от него никто ни на чем не отъезжал... Ни одного разбитого стекла, ни одной поврежденной рамы... Неужели они подкупили всю охрану?!

- Это легко выяснить... - отмахнулся комиссар.

- Отключили сигнализацию и усыпили охрану? - высказал версию другой член следственной бригады.

- Это очень просто установить... - опять возразил комиссар. - Не в этом суть. Похитители пришли оттуда... - и он многозначительно поднял глаза куда-то вверх.

- Государственная коррупция?! - похолодев от собственного предположения, сипло спросил пожилой инспектор.

- Ну, причем тут это... - досадливо поморщился комиссар, брезгливо тряхнув кончиками пальцев. - К тому же, наши дурачки из правительства всегда оставляют следы. И обычно

- довольно грязные...

- А... Вы имели в виду - через крышу? - с удивлением попытался исправить промах своего коллеги другой криминалист. - Но там... там тоже нет никаких следов проникновения...

- И не должно быть... - с некоторым оживлением почти весело усмехнулся комиссар.

- Полное отсутствие следов - это уже хорошо знакомый мне почерк. Именно так был ограблен

- почти полностью! - Центральный Африканский музей древней истории. Да, история... - он почти незаметно для окружающих вздохнул. - Вы обратили внимание, что мы сталкиваемся с набором неожиданностей, которые гораздо богаче, чем набор отмычек у самого изощренного потрошителя замков? А мы пытаемся раскрыть этот феномен по старинке... Мне кажется более вероятной другая, почти непротиворечивая версия...

- Какая? - завороженно спросили хором сотрудники следственной группы.

- Преступники проникают в намеченные для ограблений здания через другое измерение...

- негромко сказал их шеф.

- Откуда?! - вылупился на комиссара пожилой опытный следователь, съевший свои зубы на ограблениях.

- Из параллельного пространства. Или - из другого времени... - сухо пояснил комиссар.

- Мы просто-напросто бессильны предотвратить это. Земная официальная наука давно уже отстает от блестящих разработок и достижений "теневой" науки, которая щедро финансируется из преступных источников.

- Они что, умнее наших мозговиков?! - хрипло спросил одышливый инспектор.

- Почему же? Вовсе нет. Просто - им лучше платят. Подобные тенденции наметились - увы!

- уже довольно давно: еще в конце двадцатого века в обиходе у преступников быстро появлялось все самое лучшее и передовое, - самые быстроходные машины, самое первоклассное оружие, самые превосходные средства связи и информации. Международные преступные кланы, кстати сказать, первыми создали общепланетный банк данных, о котором только еще мечтало разъединенное политическими страстями человечество. Когда каждая микроскопическая нация, принуждаемая своими вождями, стремилась непременно к полному суверенитету, собственному флагу, гимну и кабинету министров, - гангстеры всего мира как раз объединялись!