Александр Рыжов - Земля Тре

Глеб почему-то растерялся. Мысли и чувства смешались, и он не мог в них разобраться. Долгожданная победа пришла так внезапно, что в нее трудно было поверить. Странное состояние, похожее на сон, охватило его - он стоял и тупо смотрел на каменные плиты.

Зал опять погрузился во мрак, и Черные Братья зашевелились. Коста успел вырваться из окружения и, таща за руку Пяйвия, подбежал к Глебу.

- Очнись!

В голове со звоном лопнул стеклянный шар. Глеб огляделся. Разрозненные группки стражников собирались воедино - назревала новая атака. Он поднял меч, но Коста схватил его за локоть и потянул к черной дыре:

- Сюда!

Они нырнули в треугольное отверстие и друг за другом побежали по узкому тоннелю. Бежали наугад - никто не знал, куда ведет этот тоннель, но другого пути не было. Не прошло и нескольких секунд, как сзади послышались звуки погони. Глеб притормозил, но Коста ткнул его в спину:

- Не спи!

Бежать было тяжело - измотанные до крайности, они едва переставляли ноги. Пол был неровный - не пол, а полукруглая ложбина, края которой загибались вверх и круто переходили в стены. Тоннель петлял, и бежавший впереди Глеб скользил на поворотах, обдирая руки об острые камни. Топот десятков ног, доносившийся сзади, становился все громче и громче. Охранники настигали беглецов - оставалась минута-другая, не больше...

- Тупик!

Голос Пяйвия сорвался. Перед ними выросла сплошная серая стена - ни проема, ни лаза, ни крохотной щели. У Глеба опустились руки, а сердце сжалось в комок и покатилось в бездну.

Топот нарастал. Коста шарил руками по стене. Пяйвий в безумном порыве грохнул по ней мечом.

- Пустота! - вырвалось у Глеба.

Коста саданул булавой по гранитной толще. Мелкие камешки, брызнув, обожгли лицо. Глеб обернулся и увидел стражников, выскочивших из-за поворота.

- Быстрее!

Коста вложил в удар всю свою силу. По стене побежали трещины, она зашаталась, и камни с грохотом посыпались вниз. За пеленой взметнувшейся пыли Коста разглядел пролом размером с люк корабельного трюма и крикнул:

- За мной!

Черные Братья были уже совсем близко. Первые двое рванулись в бой, но Глеб с Пяйвием отбросили их назад и вслед за Костой протиснулись в узкую дыру с изломанными краями.

- Где мы?

Первое, что бросилось в глаза, - лестница. Глебу хватило секунды, чтобы сообразить: тоннель вывел их туда, куда надо. Вот он - коридор, по которому они шли вначале, а вот - выход на поверхность. Коста обрушил булаву на черного воина, выглянувшего из пролома, и без лишних слов толкнул Пяйвия к лестнице.

...Путь наверх оказался труднее, чем можно было предположить. Глеб цеплял ватными ногами крутые ступени и пару раз чуть не сорвался в пропасть. Пяйвий выбрался наружу и протянул ему руку.

- Не надо...

Глеб выбрался из подземелья самостоятельно, сделал шаг, другой, и ноги подкосились. Коста вылез последним, и тотчас из черного провала показалась голова стражника. Пяйвий занес меч для удара, но воин в маске вдруг выронил оружие и, закрыв глаза руками, исчез в темноте. Пронзительный крик вырвался из подземелья, его подхватило стоголосое эхо.

- Что с ним? - удивленно прохрипел Коста.

- Не знаю... - Мысли в голове Глеба ворочались туго и со скрипом, как несмазанные колеса.

- Свет! - догадался Пяйвий.

Был день. Тусклый молочный свет сочился с небес и облизывал скалы. Он-то и спугнул Черных Братьев. Больше из дыры не показывался никто, лишь где-то внизу слышались слабые голоса.

Коста, чертыхаясь, искал пластину, на которую надо было нажать, чтобы вход во дворец Аццы закрылся. Не найдя, плюнул и поволок к дыре огромный валун. Пяйвий помог ему, и вдвоем они наглухо закупорили опасный колодец.

- Теперь все...

Коста без сил растянулся на плитах. Пяйвий лег рядом и привалился спиной к валуну. Так они лежали, не шевелясь и не произнося ни слова. Холодный ветер обдувал распаренные лица, в израненных телах пробудилась тупая боль. Ныли бесчисленные ушибы и царапины, Глеб, до крови закусив губу, прижимал к камню обожженную руку. Всем казалось, что так будет продолжаться бесконечно - битва опустошила их, и нужна была целая вечность, чтобы вернулись силы. Но вот разбитые губы Пяйвия дрогнули.

- Мы победить...

- Да, - выговорил Глеб, и горячая струйка крови потекла по щеке.

- Аццы больше нет. Вы сделать это!

- Мы победили вместе!

Коста кряхтя поднялся.

- Болтать будем после. Надо спускаться, пока не стемнело. У меня этот Остров уже в печенках...

Глеб сжал зубы и задержал дыхание, чтобы из груди ненароком не вырвался стон. Оперся на локоть, потом на выпрямленную руку, сел. Вдохнул соленый воздух. Пяйвий был уже на ногах.

- Пошли.

Коста сделал шаг к краю каменной площадки, и его плечи вздрогнули.

- Что за...

Глеб вскочил, словно скала под ним превратилась в раскаленную сковородку. Миг - и они с Пяйвием подбежали к Косте. Подбежали и застыли в оцепенении. Ступенчатый желоб, по которому они поднимались на вершину, исчез скала круто обрывалась и отвесной стеной уходила в море!

- Как же так? - растерянно проговорил Глеб. Было ясно, что желоб вместе с частью гранитного кряжа обрушился, пока они бились в подземном дворце с Аццы и ее стражей. В то, что обвал произошел случайно, не верил ни один из троих.

- Огги... - снова прошептал Пяйвий. Коста с мрачным лицом обошел площадку. Все ее края были сколоты - скала превратилась в громадный столб с плоской вершиной и четырьмя гранями, на которых не видно было ни единого выступа. Крутолобые волны толкались о подножие, шевеля груды мелких осколков. Спуститься вниз было невозможно.

- Опять вляпались! - процедил Коста и обвел пространство тяжелым взглядом из-под сдвинутых бровей.

Они стояли на краю обрыва. Море всхлипывало и вздыхало. Ветер рябил чернильную воду и, путаясь в береговых складках, жалобно стонал.

- А может... - начал было Глеб, но в этот миг за их спинами раздался приглушенный смех. Все трое разом почувствовали, как кровь застыла в жилах.

- Какая встреча! - произнес знакомый голос.

Волосы на голове Глеба зашевелились. В центре площадки, рядом с валуном, стоял Аксан. Он был в прежней одежде, покрытой засохшими бурыми пятнами. Морщинистое старческое лицо напоминало гипсовый слепок.

- Какая встреча! - повторил он негромко. - Я рад. А вы?

Пяйвий стоял белый как мел. Коста исподлобья посмотрел на нойда и спросил:

- Обвал... твоя работа?

- Моя. - Аксан метнул в сторону быстрый взгляд, и увесистая глыба, отколовшись от скалы, полетела в пропасть.

Коста поднял оружие и двинулся вперед. Рот Аксана растянулся в усмешке. Он повел глазами, и булава налилась неподъемной тяжестью. Лицо Косты посинело от натуги, спина согнулась, но удержать булаву он не смог, и рукоятка выскользнула из пальцев.