Елена Жаринова - Дети Филонея

— Что там предки? — спросил он Лену.

— Уже лучше, — вздохнула она. — Людмила Евсеевна не вытерпела, позвонила в клинику. Ну, доктор Яшин настроен оптимистично, он ее успокоил. Она очень хотела сегодня прийти, но к тебе можно не больше двух посетителей. И я, — Лена кокетливо вытянула губки, — ее умолила пропустить меня вперед. Они с Никитой Андреичем в четверг придут.

Вообще-то вместо Генки могла захватить маму, хотел возмутиться Влад. Но передумал: оно и к лучшему. Еще маминых причитаний здесь не хватало.

— Да, я же тебе почитать принесла! — спохватилась Лена. — Ген, доставай.

Генка полез в портфель, достал оттуда здоровенную книгу и положил Владу на колени. Тот охнул от тяжести. Спросил, опешив:

— Это что? Книга о вкусной и здоровой пище?

— Это энциклопедия животных! — радостно сообщила Лена. — С иллюстрациями! Новое издание! Понимаешь, здесь с книгами строго, — смущенно добавила она. — Все проверяют. Я хотела твоего любимого Стивенсона принести, но не разрешили. Сказали, приключенческая литература повышает уровень адреналина, а это тебе сейчас вредно. Так что читай про зверюшек!

— Тогда лучше бы комиксы принесла, — буркнул Влад.

И насторожился. Ну-ка… Это был пробный камень. У самого Влада Свойства обнаружились именно от столкновения с такими мелочами. Но Лена лишь недоуменно свела брови домиком. Оглянулась на Генку. Тот чуть заметно махнул рукой: что, дескать, с психа возьмешь?

Влад снова сдержался. За последние четверть часа у него на нервах выросла здоровенная мозоль. Он поистине с макиавеллиевским хладнокровием протянул Генке руку на прощание и прочувствованно сказал:

— Спасибо, что Ленку не бросаешь.

Генка с готовностью накрыл его руку своей — маленькой, пухлой, покрытой рыжеватой шерстью.

— О чем речь, старик? Ты, главное, себя береги. Ты нам нужен. Ленусик! Нам бы уже этого… пора!

У самых дверей Лена обернулась. От ее тревожного и виноватого взгляда у Влада заныло сердце. Она словно просила ее спасти от гадкого, но неизбежного адюльтера. Бедная Ленка… Она терпеть не может грязи.

Но что он может сделать? Сейчас он заперт здесь, а скоро Маятник качнется, и он будет разруливать еще одну безвыходную ситуацию. Он еще никогда не был в таком тупике!

Упав лицом в подушку, Влад в бешенстве зарычал.

— Ты чего воешь?

Влад медленно поднял голову. Мальчишка снова стоял перед ним. Точнее, постоял немного и сел в кресло, по-хозяйски закинув ногу на ногу.

— Это кто к тебе приходил? — осведомился он, цапнув из сетки апельсин. Не дождавшись ответа, схватил энциклопедию и едва не уронил.

— Ого! Такой убить можно. Полезная вещь!

— Так, — прошипел Влад. — Встал и вышел. И закрыл дверь с той стороны.

— Ты же вроде меня узнал, — удивился мальчишка.

— Узнал, — пожал плечами Влад. — В пятницу, седьмого апреля, около полуночи мы ехали в метро в одном вагоне, а еще там был человек, обладающий Свойствами, потом произошел Сбой, и все, кто был в вагоне, получили Свойства, и теперь все мы живем то в одной, то в другой Реальности. И чего тебе от меня надо?

Мальчишка округлил глаза.

— Ни фига ты загнул… А я думал… Ну-ка, рассказывай все по порядку. Что там сбилось? На, хочешь дольку?

Прогнать парня без объяснений было просто непорядочно, Влад это понимал. Пришлось прочитать короткую лекцию. Взял он и апельсиновую дольку, а потом еще одну — промочить горло. Надо же, какие сладкие апельсины Ленке удалось достать!

— Ни фига себе! — восхитился мальчишка. — А я решил, что это параллельные миры. В полночь открывается портал, все такое… Но так даже круче. Такого, по крайней мере, я нигде не читал.

— Рад, что тебе понравилось, — фыркнул Влад. — Потому что больше я тебе ничем помочь не могу.

— Зато я тебе могу, — сказал мальчишка. И демонстративно позвенел ключами. — Слушай. Я тут буквально только что придумал офигенный план побега.

Влад скептически уставился на гостя. Потом спросил:

— Как тебя зовут, Монте-Кристо?

— Теперь когда как, — тяжко вздохнул мальчик.

В Реальности-2 его звали Электрон. "Понимаешь, просто мама в юности тащилась от киношного Электроника… Но сокращенное Эл мне даже нравится". Зато в Реальности-1 его родители проявили меньше изобретательности и назвали сына Иваном.

В клинику Эла отвезли прямо из школы. "Сам дурак, болтал много, вот училка и настучала". Однако задерживаться здесь мальчик не собирался.

Все лоджии на этажах соединялись между собой дверями. Ключи от этих дверей находились у дежурных по этажу, которые через каждые два часа совершали обход. Одна из дежурных, растяпа Олеся, выронила связку ключей прямо на балконе у Эла. Не растерявшись, он подобрал их и спрятал.

— Олеся — бестолочь, она часто забывает закрыть за собой дверь и спохватывается только на обратном пути. Она ни за что не вспомнит, где потеряла ключи. Но я ждал, вдруг все-таки вспомнит, доложит санитарам, те придут, устроят шмон… Найдут — ну и ладно. Я же псих, что с меня возьмешь? Может, я себя сорокой считаю, вот и тяну все блестящее. Так представляешь — Олеся сама походила по палатам, и у меня была, глазами побегала-побегала, и все. Докладывать побоялась — ее бы выперли на раз-два. Похоже, у нее на такой случай были припасены дубликаты. А я выждал пару дней и начал прогулки.

И вот во время одной из вылазок Эл подслушал разговор.

— Вообще-то я не собирался подслушивать. Я просто прогуляться хотел после отбоя. А возле кабинета завкорпусом услышал голоса.

Разговор завкорпусом и медсестры Эл запомнил почти дословно. Закорпусом распорядился: "Пациенты 85 21, 85 22 — А415 с завтрашнего дня". Спросил: "Как там 83 29?" "Заканчиваем первый курс, — ответила медсестра. — Сдвиги есть. Вчера зашла к нему, а по радио как раз сообщают, что в Бонне какого-то коммуниста убили. И он с такой горечью говорит, дескать, что же это волки позорные делают? Газеты попросил принести". "Принеси, — разрешил врач. — В газетах плохого не напишут. А перестройка сознания должна происходить на всех уровнях. Да ты бы, Даша, сама газету почитала. А то — какого-то коммуниста. Не какого-то, а самого товарища Шехтермана, село".

— А она ему так кокетливо: "Видно, у меня в крови А415 не хватает". А он ей: "Дошутишься, дура". Ну, потом всякие чмоки-чмоки пошли, и я отправился восвояси. Перестройка сознания! Чуешь, чем пахнет?

Влад чуял.

— Ты не в курсе, какой у меня номер палаты? — нервно спросил он.

— Ага, заерзал! Не боись. 85-е — на той стороне. Но и до нас скоро дойдет. Вколют этот А415, и запоем "Интернационал" как миленькие.

— Ты не веселись, а давай, выкладывай, что там у тебя за план, — строго сказал Влад.