Юрий Слащинин - Боги в изгнании

· Теперь у нас вон сколько богов, - кивнул он на боевиков, готовых выполнить приказ. - Бомбы у них изъяли, оставив пустые контейнеры. И пусть лезут дальше, чтобы не замерзнуть в бездействии. Осаждавших Габар фаронов разоружили и направили на заводы, чтобы заменили эксплуатируемые касты. Пусть поработают, если хотят жить. Словом, все идет по плану м можно перемещаться в столицу.

· А как там? - спросил Тадоль-па.

· Празднуют. Линг переходит в Вечные.

На большом экране «Разумника» изображалось праздничное шествие экс-Предводителей и Верховных кселензов из Дворца Гильорта на столичную площадь. Гремела музыка, пестрели, светились, переливались красочные транспаранты с призывами крепить единство правящей касты, утверждать всюду и во всем Новый Порядок. Горожане и гости столицы, рядами выстроенные вдоль пути следования кортежа, восторженно глазели на самые знаменитые лица Кселены и исторгали радостные проявления верноподданнических чувств.

Торжественный голос диктора, вкраплявшийся в показ, перечислял свершения бывших Предводителей Гильорта и заслуги нынешних Верховных кселензов. Был сделан легкий поклон и в сторону низших каст, любезно предоставивших Предводителям свои тела, чтобы те могли по достоинству насладиться плодами своих трудов, получить заслуженные почести благодарного им народа. И, как бы в подтверждение истинности этих слов, тысячи рук вскинулись вверх в кастовом приветствии.

За Верховными кселензами на площадь вошли, сопровождаемые такими же неистовыми криками восхищенных участников торжеств, полки Бауков-ветеранов. Прекрасно вооруженные и экипированные в мундиры времени установления Нового Порядка, они солдатской выправкой своих носителей демонстрировали мощь и дисциплину.

Кари ждала появления на экране Ворха. И он предстал скоро, глядя задумчиво-скорбными глазами. Такое внимание одной персоне как бы подсказывало зрителям, за кем надо следить.

- А где же Дабер? Я не видел Дабера, - сказал Минтарл и оглянулся, ожидая, что кто-нибудь ответит на его вопрос. Но Дабера никто не разглядел в рядах Верховных. Это было непонятно.

Раздались звуки, требующие всеобщего внимания, гул толпы смолк, и в сопровождении эскорта высших чинов фаронов на площадь вывезли катафалк с телом Линга. Выше головы покойного на голубой подушечке сверкал Баук; его золотые ножки-усики мелко вздрагивали, как бы от нетерпения получить тело носителя. Появился и он - будущий носитель. Из рядов фаронов вытолкнули полуобнаженного мужчину, чтобы каждый мог оценить красоту его тела, и повели к катафалку. Наступила торжественная минута. Весь мир замер, готовясь увидеть воскрешение к новой жизни Предводителя Гильорта.

· Право отдать свое тело Предводителю Верховного Гильорта заслужил скуд металлургических заводов южного континента Аз, - со сладким почтением в голосе говорил диктор.

· Но это же… - всматривался в экран и не верил своим глазам Минтарл. Оглянулся на задвигавшихся товарищей.

· Эйлев!… - произнесла Кари.

И все заговорили, зашумели:

· Как он попался? И жив…

· Он должен был погибнуть.

· Значит, попался уже на юге, когда снял фальшивый Баук.

· Чтобы надеть настоящий.

· Надо спасти его. Это же просто.

Взоры всех невольно сошлись на Кари: что думает она? А Кари уже расслабленно смотрела сквозь экран в бесконечность и глазами Ворха увидела площадь, переместила ментальный взор за толпы людей, отыскивая удобное место для фокусировки.

· Удобный момент для появления в столице, - объяснила она свои действия притронувшемуся к ней Тадоль-па. - Да и пора.

· Пора! - согласился ученый. Он посмотрел на избранников, повскакивавших из-за столиков, на вытянувшихся боевиков и, подбадривающе тряхнув головой, прощаясь, плотно придвинулся к Кари.

Раздался хлопок-Кари и Тадоль-па исчезли… Один за другим стали исчезать из зала другие командиры и боевики, составлявшие особый ударный отряд по захвату Гильорта. Оставались обтрепанные и немощные, те, кто уже взваливал на себя трудную судьбу защищать Габар.

Последним собирался исчезнуть бывший дежурный диспетчер Ойлен. Он медлил, сочувствующе глядя на остающихся.

· Я бы взял, но еще не могу, как Кари, - объяснил он, встретившись с вопросительным взглядом Минтарла.

· Спеши, мальчик, - сказал ему Минтарл. И, охватив взглядом оставшихся, как бы от их имени добавил: - Мы для того и страдали, чтобы летали вы лучиком. Вам будет тоже нелегко.

Исчез и Ойлен…

А на экране тем временем продолжался помпезный показ воскрешения экс-Предводителя. Под елейные слова диктора, распространявшегося о том, как всю жизнь готовился этот скуд быть носителем Баука великого кселенза, чтобы просветить свой убогий мозг его выдающимся сознанием, Эйлев пошатывающейся походкой подошел к катафалку и, склонившись над подушечкой, коснулся теменем Баука Линга.

- На нем уже сидит Баук, - заметил Ригцин. - Иначе бы Эйлев раздавил его.

Эйлев распрямился с Бауком на голове и воздел руки к небу, вызвав восторженный рев зрителей. Под этот гул экс-Предводители Гильорта облачили носителя своего собрата в пурпурный плащ, выказывали другие знаки внимания. И никто не заметил появления над столицей фигурок кселян, которые быстро уплывали из зоны видимости.

Чудо произошло на глазах собравшихся на площади и было хорошо увидено с экранов, наверное, всем населением Кселены: носитель Баука Линга, одетый в пурпурный плащ и потому приметный, этот раб-носитель вдруг… полетел. Взвился над площадью и с плавным ускорением унесся в небо, скрылся за проплывающим облачком. Онемевшие на миг толпы кселян взревели: кого-то это пугало как предвестие более страшных событий, о которых теперь день и ночь говорили расплодившиеся проповедники; кого-то радовало как подтверждение слов других проповедников о силе новой всепланетной религии.

- Он… вознесся! Взят в космос! - зазвенел голос диктора. Захлебываясь от восторга, он выбрасывал в мир весь запас приготовленных слов о деяниях бывшего Предводителя Верховного Гильорта, пока не запнулся от пришедшей на ум кощунственной мысли, что вознесся раб с Бауком, а не… Если бы Линг, то не потребовался бы его носитель. И диктор замолчал, предоставив миру длительную паузу для самостоятельного обдумывания произошедшего.

Единственный из всех собравшихся на площади, истинный смысл случившегося понял Ворх.

«Всем в Гильорт, - крикнул он ошарашенно переглядывающимся Верховным. И по пути к моторсу приказал подскочившему Бишону, сменившему Дабера: - Прикажешь фаронам уничтожать всех летающих. Они вышли из Габара… Действуй. А я подниму касту».