Айзек Азимов - Фонд

— Вечность — это очень долгий срок. Давайте предположим…

— Предполагать всякий вздор — ненаучно.

— Ну ладно. Предположим, я разнесу бластером в щепки какой-ни-будь жизненно важный узел. Машины ведь не защищены от ядерно го оружия?

— Тогда, — в бешенстве заорал Техник, — ты умрешь!

— Да знаю я это! — Мэллоу тоже кричал. — Но что будет с генератором? Кто починит его?

— Сэр! — Техник не переставал кричать. — С вами сполна рассчитались. Вы получили, что хотели. А теперь убирайтесь отсюда, я вам больше ничего не должен!

Мэллоу насмешливо поклонился и вышел.

Через два Дня он добрался до того места, где его ждал экипаж «Далекой Звезды», чтобы вместе с ним возвратиться на Терминус.

А еще через два дня вышел из строя полученный Техником щит и, как тот ни ругался и не дергал его, починить его так и не удалось.

Впервые за шесть месяцев Мэллоу отдыхал. Раздевшись догола, он загорал, лежа на спине в солярии своего нового дома, широко раскинув смуглые, сильные руки. Мускулы постепенно расслаблялись — напряжение покидало его.

Его собеседник вложил ему в рот сигару и зажег ее. Затем откусил кончик своей и сказал:

— Вы, должно быть, устали. Вам нужно отдохнуть подольше.

— Может, и так, Джэл, но лучше я буду отдыхать в кресле члена Муниципалитета. Потому что я постараюсь в это кресло сесть. И вы мне в этом поможете.

Анкор Джэл удивленно поднял брови:

— Но разве я смогу помочь вам?

— Разумеется, сможете. Во-первых, вы в политике собаку съели. Во-вторых, ваше место занял Джоран Сутт, человек, который костьми ляжет, только бы не видеть меня среди членов Муниципалитета. Вы не очень высоко оцениваете мои шансы, да?

— Невысоко, — согласился бывший Министр просвещения. — Дело в том, что вы смирниец.

— Формально это не является препятствием. Я получил светское образование.

— Ну и что? У предрассудков свои законы. А что ваш приятель Джейм Твер? Каково его мнение?

— Год назад он говорил, что мне следует стать депутатом Муниципалитета, — охотно ответил Мэллоу, — но я разочаровал его. Да он и не довел бы это дело до конца. Поверхностный человек. Шумный и бойкий, но на самом деле зануда. Меня устроит только полная победа, и поэтому мне нужны вы.

— Джоран Сутт самый мудрый политик на всей планете, и настроен он против вас. Я не уверен, что мне удастся его обхитрить. И насколько я знаю, он идет напролом и не брезгует никакими средствами.

— У меня есть деньги.

— Это может помочь. Придется заплатить немало, чтобы заставить их забыть о предрассудках, вонючий вы смирниец.

— У меня хватит.

— Ладно, я тогда этим займусь, но не вздумайте потом плакаться в жилетку, что это я втравил вас в историю. А это кто пожаловал?

Мэллоу поджал губы и сказал:

— Я думаю, сам Джоран Сутт. Он пришел очень рано, но я его прощаю; я скрывался от него целый месяц. Послушайте, Джэл, перейдите в соседнюю комнату и включите приемник. Я хочу, чтобы наш разговор был вам слышен.

Босой ногой он подтолкнул члена Муниципального Совета к выходу из комнаты, затем кряхтя поднялся и набросил на себя шелковый халат. Вместо яркого ультрафиолетового света зажглось обычное освещение.

Секретарь Мэра боязливо вошел в комнату; импозантный дворецкий чуть слышно закрыл за ним дверь.

Мэллоу завязал пояс:

— Любое кресло по вашему усмотрению, Сутт.

Легкая усмешка скользнула по губам Сутта. Он выбрал себе удобное кресло, но удобно в нем не расположился, а, усевшись на самый краешек, сказал:

— Если вы скажете, каковы ваши условия, то мы сможем перейти прямо к делу.

— Какие условия?

— Вы хотите, чтобы я задавал наводящие вопросы? Ну, скажем, чем вы занимались в Корелле? В вашем докладе имеются пропуски.

— Я представил его несколько месяцев назад. И у вас тогда не было к нему претензий.

— Да. — Сутт в задумчивости провел пальцами по лбу. — Но с тех пор вы занялись важными делами. Нам многое известно, Мэллоу. Мы знаем, сколько вы строите фабрик и с какой спешкой, и сколько вам это стоит. А кроме того, этот ваш дворец, — он неодобрительно посмотрел вокруг, — обошелся вам в сумму, превышающую мой годовой заработок. А потом вы закатываете чертовски дорогие приемы для высших слоев общества…

— Ну и что? Это доказывает лишь, что вы наняли расторопных сыщиков.

— Это доказывает, что у вас появились деньги, которых не было год назад. А это может означать все, что угодно, например, что в Корелле происходило много такого, о чем мы и не подозреваем. Откуда у вас эти деньги?

— Мой догорой Сутт, вы вряд ли надеетесь на то, что я отвечу.

— Вы угадали.

— Я так и думал. И поэтому я вам скажу. Эти деньги я получил прямо из казны кореллианского Коммдора.

Сутт замолчал от неожиданности.

Мэллоу улыбнулся и продолжил свой рассказ:

— К вашему сожалению, эти деньги получены на законных основаниях. Я Старший Торговец, и в Корелле я получил много сварочного железа и хрома в обмен на целую кучу разных побрякушек. Половина прибыли досталась мне согласно контракту с Фондом. Вторую половину получит правительство в конце года, когда все добропорядочные граждане уплачивают налоги.

— В вашем докладе нет упоминания о каких-либо торговых сделках.

— Как нет в нем описания того, что я ел в тот день на завтрак, сведений о том, как зовут мою нынешнюю любовницу и других не относящихся к делу подробностей. — Улыбка Мэллоу превратилась в ухмылку. — Меня послали туда, цитирую вас, «для того, чтобы я смотрел во все глаза и ничего не упустил из виду». Я и не упустил. Вы хотели узнать, что произошло с захваченными торговыми судами Фонда. Я их не видел и ничего о них не слышал. Вы хотели узнать, обладает ли Корелл ядерной энергией. В моем докладе говорится о том, что личный охранник Коммдора вооружен ядерным бластером. Больше я ничего не заметил. А те бластеры, которые я видел, сохранились еще со времен Империи. Они могут оказаться «пугачами». К тому же неизвестно, заряжены они или нет.

Так что я поступал в соответствии с вашим приказом, но, кроме того, я еще и свободный торговец. Согласно законам Фонда, Старший Торговец может открывать новые рынки сбыта и получать причитающуюся ему прибыль. Я не думаю, что вы можете что-то на это возразить.

Сутт уставился в стену и, с трудом сдержав гнев, сказал:

— Но обычно торговля служит для распространения религии.

— Я подчиняюсь законам, а не обычаям.

— Иногда обычаи важнее законов.

— Тогда подайте на меня в суд.

Сутт мрачно взглянул на него:

— Вы хоть и получили ваше гражданство и образование, но по характеру остались смирнийцем. Послушайте, однако, и постарайтесь понять.