Window Dark - Я - оборотень

Весна в этом году выдалась теплой, даже в лесу снег почти исчез. Только в отдаленных тенистых районах можно было наткнуться на остатки прошлого великолепия. Домик находился в глубине леса. Я не нашел никаких дорог вблизи, хотя досконально исследовал все окрестности. Я даже не смог обнаружить следов от машины хозяина, и это было самым странным.

Казалось, что убежище оборотней отрезано от всего остального мира, и мне никогда уже не суждено увидеть лица людей. Конечно, я понимал, что если идти все время в одном направлении, то в конце концов мне удастся выбраться из леса, но я боялся, что, вернувшись обратно, не найду избушку, а убегать отсюда я не хотел. Зачем? По крайней мере, здесь у меня было надежное пристанище.

Возвращаясь к дому, я увидел стоящую у высоких елей черную «Волгу». Хозяин приехал вновь. Интересно, как он добирается сюда по такому бездорожью.

— Где тебя носит, — возмутилась Даша, увидев меня. — Его целый час ждут, а он шатается где-то.

В гневе она была такой хорошенькой. Впрочем, блондиночка по красоте ей не уступала. Я вздохнул и поспешил в комнату хозяина.

— Явился, — утвердительно произнес его голос. Сам он опять был скрыт от моих глаз спинкой кресла.

— Ну что ж, продолжим разговор, — сказал он, не дождавшись от меня ответа. — Сегодня тебе предстоит узнать о себе побольше. Ты знаешь, кем являешься?

— Я — оборотень, — несмело сказал я.

— А кто такой оборотень? — спросил он.

— Это такой человек, который в волка может превращаться.

— Э нет, ты не прав! Оборотень — не человек! Это все равно что сказать про волка: "Это собака, которая живет в лесу". У тебя в городе были друзья?

— Нет, — тихо сказал я.

— Вот видишь! Их у тебя и не могло быть, ведь ты не такой как они. Почему ты сбежал из дома?

— Я боялся, что кто-нибудь узнает, что я — оборотень.

— А почему? Что было бы, если бы кто-нибудь узнал про тебя больше, чем следует?

— Меня убили бы, — сказал я, вспомнив Федю.

— А что, уже пытались.

— Да, в меня даже стреляли. В последний раз меня чуть не убили. Еще бы одну пулю, и я, наверное, умер.

— Как это могло случиться? Ведь оборотни не уязвимы для пуль.

— Сам не знаю, но меня, действительно, чуть не убили.

— Готов поспорить, что это было серебро. Впрочем нет, если бы там присутствовало настоящее серебро, то ты бы сейчас здесь не стоял. По всей вероятности это оказался всего-навсего сплав. И все же тебе повезло. Если бы сердце задела пуля, пусть даже наполовину состоящая из серебра, ты сейчас находился бы среди мертвых.

— А почему серебро так действует на оборотней?

— Я не знаю. Впрочем, я думаю, тут действует обычный закон сохранения энергии: "Если в одном месте что-нибудь появится, то в другом что-нибудь обязательно исчезнет". Так и здесь, оборотни получили исключительные преимущества, но самое обычное серебро стало для них разрушителем организма. И плохо, что кто-то все это знает, как в твоем случае.

— Что же мне теперь делать?

— По крайней мере перестать надеяться на людей. Они тебе не помогут. Ты уже изгнан из их общества!

— Почему? — прошептал я.

— Потому что ты не такой, как они. Люди состоят из массы, из толпы. И они сильно не любят, когда кто-нибудь выделяется из их числа. Они начинают завидовать отщепенцу, ненавидеть его, ставить ему капканы. Я думаю, ты уже на себе испытал это.

— Но если мы не люди, то кто же? Слуги дьявола?

— Ну уж нет! Единственное, за что я благодарен марксистско-ленинскому воспитанию — это за атеизм. Вселенная бесконечна, и ее уже не втиснешь в рамки религии. Нет ни бога, ни дьявола. Везде пустота, и лишь крохотные искорки жизни вспыхивают на отдельных ее участках, столь малых, что на общем масштабе они незаметны. Но кто мы, ты хочешь знать? Мы симбиоз между природой и человеком. Мы древняя цивилизация (да, я не боюсь этого слова, цивилизация). Пока людей больше, они правят миром. Но они не вечны, когда придет время — мы станем у руля власти, и тогда людям придется потесниться. Мы лучше приспособлены к жизни, чем они. У нас есть свои знания, своя культура, пусть пока в незначительном количестве. Но это не повод, чтобы сбрасывать нас со счетов. Мы держим свои позиции уже тем, что о нас знают лишь единицы, да и кто им поверит, ведь мы противоречим всем законам природы. Но когда откроют новые законы, наше существование станет самым обычным делом, не вызывающим ни малейшего удивления.

— Но эти времена придут еще не скоро, что же делать нам, ведь мы не увидим расцвета оборотней? — чуть слышно спросил я.

— Жить, просто жить. Я считаю, что оборотень прожил свою жизнь не зря, если он посадил дерево, удачно женился и сделал еще одного человека оборотнем.

Мне вновь ничего не оставалось, как молчать. Я был погребен под лавиной новых знаний.

— А как вы отыскали меня? — произнес я сдавленным голосом.

— По запаху. Все наши издают особый запах, чем и отличаются от людей. Не переживай, ты тоже научишься различать тончайшие запахи и определять по ним кто есть кто? Скоро ты научишься многому, о чем раньше даже не подозревал. А теперь иди, и помни, что ты — оборотень!

Глава шестнадцатая. Засада в огне

"С понедельника начинаю новую жизнь" — заявляют в конце недели тысячи людей в разных странах земного шара. Самые стойкие из них выдерживают до следующей пятницы и клятвенно заверяют, что со следующего понедельника они, наверняка, начнут новую жизнь.

Моя новая жизнь началась не с понедельника. Впрочем от старой ее отличало лишь место жительства. Жизнь в тихом домике в глубине леса шла своим чередом, и мое появление ничуть не поколебало устои убежища оборотней. Со времен построения избушки через нее прошли тысячи, и я был лишь одним из многих. Жизнь моя текла бы куда более скучнее, чем в городе, если бы я не находил себе множество занятий. Вставал я часов в десять, завтракал и шел заготавливать дрова: погода была еще довольно холодной по ночам. После обеда я помогал Даше по кухне, а вечерами мы все вместе смотрели телевизор или играли в карты старой, замасленной уже колодой, засиживаясь, бывало, до глубокой ночи. Остальные обитатели тоже не выли от скуки. Старик методично вырезал поделки из дерева. Нина и Роман целыми днями пропадали в лесу. У Даши было полным-полно забот по кухне. Ванюша, который раньше вовсю крутился на подхвате, уступил эту роль мне и теперь целыми днями валялся в своей комнате и читал старые журналы, которых в доме накопилось великое множество. Временами Роман и Ваня уходили на охоту, доставляя к столу корову или свинью. Где они их находили, спрашивать не приходилось, но есть хотелось каждый день, поэтому вопросов о местах такой прибыльной охоты я не задавал. Впрочем, в последнее время такая необходимость отпала, так как приехавший из города грузовичок заполнил полкладовой различными фирменными баночками и пакетиками. По всей вероятности это была немецкая гуманитарная помощь. Все было прекрасно. Однако такая жизнь не могла продолжаться вечно, и я это прекрасно понимал.