Дэвид Эддингс - Сапфирная роза

Новое покушение на жизнь Спархока произошло почти сразу же после того, как он увидел тень. Монах с опущенным на лицо капюшоном, один из многих толпившихся у входа в Совещательную палату, обернулся и метнул кинжал, целясь в лицо пандионца, не защищенное сейчас поднятым забралом. Только многолетняя воинская выучка спасла его. Не успев даже понять, что произошло, он отбросил кинжал защищенной доспехом рукой и, в два прыжка настигнув монаха, схватил его. С криком отчаяния тот воткнул неожиданно появившийся у него в руках кинжал себе в грудь. Тело его сотрясла страшная судорога, ноги подогнулись, потом искаженное болью лицо перестало что-либо выражать, и он обмяк.

- Келтэн, - напряженно прошипел Спархок, - помоги мне удержать его на ногах.

Келтэн поспешно обхватил безжизненное тело монаха с другого бока.

- С нашим братом все в порядке? - спросил какой-то монах, когда они протаскивали тело через дверь.

- Обморок, - равнодушно бросил ему Келтэн. - Мы отведем его куда-нибудь, где посвободнее, пусть там отдышится.

- Превосходно, - шепотом похвалил его Спархок.

- Видишь ли друг мой, я, в отличие от многих, могу думать даже на ходу, - Келтэн указал взглядом на дверь ближайшей комнаты. - Давай его туда и там взглянем, что это за тип.

Они втащили тело в небольшую комнату и притворили за собой дверь. Келтэн вытащил кинжал из груди монаха.

- Это даже и оружием-то не назовешь, - презрительно заметил он, оглядывая клинок.

- Однако его было достаточно, - проворчал Спархок. - Несильный удар отправил его на тот свет так же верно, как и добрый тяжелый меч.

- Может, яд? - предположил Келтэн.

- Возможно. Но давай-ка поглядим на него поближе.

Спархок нагнулся и разорвал монашескую сутану на трупе.

"Монах" оказался рендорцем.

- Как интересно, - проговорил Келтэн. - Похоже, тот лучник, что пытался убить тебя в прошлый раз, начал подыскивать себе помощников.

- А может, это и есть тот самый лучник?

- Вряд ли, Спархок. Если бы он был с луком, то вряд ли мог бы прятаться в монашеском одеянии, а в любом другом первый встречный узнал бы в нем рендорца.

- Похоже, ты прав. Дай-ка мне кинжал, его надо бы показать Сефрении.

- Похоже, Мартэл не так жаждет встречи с тобой, как рассказывает.

- Ты полагаешь, что за всем этим стоит Мартэл?

- А почему бы нет, - пожал плечами Келтэн и указал на тело, распростертое на полу. - А что будем делать с этим?

- Да просто оставим здесь. Кто-нибудь рано или поздно найдет его и позаботится о теле.

Почти все солдаты церкви спокойно приняли перемену командования. Простым воинам было просто все равно, но вот многие лейтенанты, капитаны и полковники были огорчены, узнав, что лишились своих чинов и превратились в обычных солдат. Солдаты были собраны на огромной площади перед Базиликой и оттуда их разводили на стены и к воротам Древнего города.

- Были какие-нибудь неприятности? - спросил Улэф Тиниена, когда они, каждый ведя за собой немалое количество солдат, встретились на перекрестке.

- Несколько отставок, вот пожалуй и все, - пожал плечами Тиниен.

- Ну, и у меня то же самое.

- Я там столкнулся с Бевьером, - сообщил Тиниен, когда они подъезжали к главным воротам Внутреннего городя. - У него, похоже, тоже все в порядке.

- На то есть причина, Тиниен, - усмехнулся Улэф. - Помнишь, что он сделал с капитаном, который хотел помешать нам пройти к Базилике? - Улэф стянул с головы рогатый шлем и почесал в затылке. - Да еще эта молитва... От нее, по-моему, у всех просто кровь стыла в жилах. Убить кого-нибудь в пылу спора - это понятно, но помолиться потом за его душу - это оказывает на многих впечатление.

- Что ж, возможно и так, - Тиниен оглянулся через плечо на солдат, кое-как плетущихся за его лошадью, не соблюдая никакого строя. На лицах их была печаль, видимо от того, что они чувствовали, что в сражении поучаствовать все же придется. Большинство из них никогда не воевали, и их охватил страх перед грядущими боями. - Эй, друзья! - укоризненно прокричал Тиниен. - Ну нельзя же так! Вы должны быть хотя бы похожими на солдат. Выровняйте-ка ряды и извольте идти в ногу. Мы должны хотя бы поддерживать свою репутацию, - немного помолчав он неожиданно предложил: - А как насчет песни? Мирных жителей всегда приободряет, когда солдаты поют, идя на битву. Мы должны показать нашу храбрость и презрение к смерти.

Несколько голосов неуверенно затянули песню. Тиниен приказал начать сначала. Так повторилось несколько раз, пока орущая во все горло колонна не удовлетворила его желание.

- А ты жестокий человек, - заметил Улэф.

- Я знаю.

К удивлению Спархока, узнав о попытке рендорца убить его, Сефрения оставалась спокойной.

- Ты уверен, что видел тень перед нападением? - спросила она.

Спархок утвердительно кивнул.

- Кажется, наши подозрения были небезосновательны, - с удовлетворением отметила Сефрения, глядя на маленький отравленный клинок, лежащий на столе. - Странно, что они при помощи этого хотели справиться с человеком, одетым в доспехи.

- Но тут все могла решить царапина, матушка.

- Но как он смог бы тебя поцарапать, если ты весь закован в сталь?

- Он пытался нанести удар в лицо, Сефрения.

- Так держи забрало опущенным.

- Я бы выглядел смешно.

- А что лучше - выглядеть смешным или мертвым? Кто-нибудь из наших друзей видел это?

- Келтэн. По крайней мере он знает, что это произошло.

Сефрения нахмурилась.

- Я надеялась, что мы сможем держать все это в секрете, хотя бы пока не узнаем, в чем тут дело.

- Келтэн знает, что кто-то пытался убить меня, вот и все. Они наверняка подумают, что это просто происки Мартэла.

- Ну что ж, не будем их разубеждать.

- Произошло несколько отставок, милорд, - доложил Келтэн Вэниону, когда они собрались у подножия Базилики. - Мы не могли утаить того, что собираемся делать.

- Этого можно было ожидать, - сказал Вэнион. - На внешней стене оставлены дозоры?

- На внешней стене остался Берит, милорд, - ответил Келтэн. - Из парня выйдет отличный рыцарь. Нужно только присмотреть, чтобы он остался в живых. Мартэл уже развернул войска, и, похоже, готов наступать. Я удивлен, что он все еще медлит. Наверняка кто-нибудь из жаб Энниаса уже сообщил ему обо всем, что произошло в Базилике утром. Ведь каждая минута задержки дает нам лишнее время подготовиться к обороне.

- Бедность, Келтэн, - объяснил Спархок. - Мартэл слишком алчен, чтобы поверить, что такая же алчность не присуща всем без исключения представителям рода человеческого. Он думает, что мы будем защищать весь Чиреллос, и дает нам время так растянуть оборону, чтобы его войско прошло сквозь нас как нож сквозь масло. Ему никогда не понять, как мы могли решиться покинуть внешний город и защищать лишь внутренние стены.