Ларри Нивен - Проект «Барсум»

Эвиана сделала еще один шаг, и Макс ощутил на своих губах сладкий поцелуй. В следующее мгновение Эвиана зарделась и бросилась прочь.

Игроки снова захохотали. Слегка обидевшись, Макс бросил на них колючий взгляд и помчался за Эвианой.

Стоя на большом валуне, Макс всматривался в окружающее белое безмолвие, пытаясь разыскать беглянку.

— Эвиана! — крикнул он, но слышал в ответ лишь завывания ветра.

Вдали виднелись маленькие, будто чесночные, зубчики далеких гор. Несмотря на то, что воздух был чист и прозрачен, горы почти сливались с горизонтом.

— Эй! — услышал наконец Макс и тут же получил снежком в ухо.

Увидев Эвиану, Макс громко, но не зло выругался и помчался за ней. Нагнав женщину через несколько десятков шагов, он схватил ее за руку, и, заливаясь безудержным смехом, они оба повалились на свежеприготовленный техниками «Парка» снег.

— Ну все, хватит, — прекратив смеяться, сказала Эвиана и, отряхнувшись, поднялась на ноги. — Я не думала, что вы такой упрямый.

В те моменты, когда ветер стихал, были слышны голоса остальных игроков, которых теперь скрывали нагромождения льдин.

— Разве это так важно? — не без гордости спросил Макс.

— Конечно, — ответила Эвиана, всматриваясь в сторону доносящихся голосов игро ков. — Женщинам всегда в мужчинах нравятся настойчивость и чувственность.

Макс, глядя на Эвиану с восхищением, не ответил. Раньше ему казалось, что эта женщина — просто слегка тронутая, взбалмошная особа, хотя и безвредная. Но оказывается, oна вполне смогла оценить его, Макса, достоинства и увидеть в нем настоящего рыцаря.

Неожиданно Эвиана прижалась к Максу тихо прошептала:

— Я боюсь…

— Вы? Боитесь? — удивился Макс. Эвиана кивнула.

— Я не знаю, с чем мы столкнемся завтра, но я знаю, что все рассчитывают на меня, — женщина сделала паузу, подыскивая верные слова. — Мишель надеется на меня…

Макс был ошеломлен:

— Какая Мишель?

Эвиана проигнорировала вопрос и снова тихо прошептала:

— Мне страшно.

Неожиданно она резко выпрямилась.

— Думаю, нам пора возвращаться.

— Я знаю, чего вы страшитесь, — сказал Макс, пытаясь ухватить начавшую обрываться ниточку между ним и Эвианой. — Я всегда испытываю дрожь, когда выхожу на борцовский ковер, хотя многое уже заранее предопределено. Но я профессиональный борец вот уже четыре последних года, в прессе меня называют Мистер Скала.

— Значит, вы просто дурите публику?

— Не знаю… Мы полностью отрабатываем три-четыре раза в неделю и честно делаем свое дело. Хотя… — Макс замедлил шаг. — Знаете, я больше не хочу быть клоуном. Я хочу быть героем. Я хочу, чтобы публика рукоплескала мне как борцу, а не как шуту. Я просто хочу… уважения.

— Как же вы это почувствуете?

Макс немного помолчал.

— Это невозможно ухватить руками, но… когда я выхожу на ковер в этих чертовых розовых штанах, мне кажется, что я предаю себя самого.

— Значит, вы хотите стать героем? — глаза Эвианы засветились. — Вы и так герой. Я помню, как вы боролись с монстрами. Как же после этого вы можете говорить, что вы не герой?

Макс закрыл глаза и попытался осмыслить последнюю фразу Эвианы. Значит, он герой… герой…

— Вы смеетесь надо мной, — открыв глаза, горько произнес Макс. — Я знаю, вы видите во мне груду мышц.

— Глупо, — ответила Эвиана и прижала его руку к своей щеке.

Максу показалось, что Эвиана что-то скрывает, чего-то недоговаривает.

— Кто же вы? — решившись, прошептал он.

Женщина отвернулась.

— Я Эвиана.

— А кто такая Мишель?

— Мишель? — на лице Эвианы появилась улыбка. — Мишель — это та, кому я нужна, кого я подвела, кого бросила в беде.

Уже можно было разобрать отдельные реплики и возгласы игроков, резвящихся друг с другом. Особенно веселилась Трианна.

Макса вдруг переполнили нахлынувшие чувства, и он решился на поцелуй. Эвиана опустила глаза и покраснела.

— Простите, — прошептала она. — Я действительно… Пожалуйста, простите меня.

— За что, Эвиана? За что я должен вас простить? — Макс был крайне изумлен.

— Мне так стыдно. Если бы вы только знали, кто я на самом деле…

Женщина задрожала, хотя пыталась остаться сильной, остаться Эвианой, хладнокровной и невозмутимой.

— Все мы здесь для того, чтобы вылечиться, — прошептал Макс и прижал Эвиану к себе.

— Но это так трудно.

— Да, трудно, — вздохнул Макс. — Когда-то давно я прочитал строчки, которые часто мне помогали. Кажется, их написал человек по имени Нил Берт: «Единственный способ чего-то достичь — это очень захотеть». Если вы подвели Мишель или Мишель подвела вас — вы обе должны захотеть помочь друг другу, и тогда между вами установится мир.

— А вы сами… — прошептала Эвиана. — Часто вы себе прощаете?

— Нет, не часто, — чуть подумав, признался Макс.

Неожиданно Эвиана приподняла голову и стыдливо произнесла:

— Макс, поцелуйте меня, пожалуйста, еще раз.

— Но на нас, кажется, смотрят…

Техники из «Парка Грез» притушили свет и ослабили ветер.

ГЛАВА 24

ПЕЩЕРА

После многокилометрового перехода игроки облюбовали небольшую и уютную пещеру в ближайших отрогах. Где-то там, в ущелье, вновь закружила вьюга, а в пещере было тепло, как в деревенской избе. Высокую температуру воздуха создавали термальные ключи, бившие во многих местах и несущие свои воды в большое озеро. Ледяные сталактиты свисали над игроками дамокловыми мечами, но были ничуть не страшны, в свете фонарей и большого костра они казались сказочно красивыми.

Йорнелл бесцельно бродил босиком по одному из ручейков. Шарлей нашла гвардейца самым элегантным и подтянутым мужчиной в команде. Она решила, что лишь первые сотрудники «Падших ангелов» были такими вот красавцами.

Острая боль отвлекла Шарлей от интересных наблюдений.

— Что, здорово болит? — спросил Оливер, срывая с колена девушки пневматическую повязку.

От боли перед глазами Шарлей поплыли черные круги, но она, стиснув зубы, ответила:

— Нет, ничего.

Чуть оправившись от боли, Шарлей взглянула на Трианну Ститвуд и Джонни Уэлша, которые, словно дети, резвились в озере.

— Вот вам! Вот вам! — кричала Трианна, брызгая в лицо Уэлшу.

Снежная Лебедь сидела на противоположном берегу в окружении нескольких игроков и разучивала с ними какие-то песни. Иногда был слышен голос Орсона Сэндса, на удивление высокий и приятный. Вовсю старался и Пегас Ему явно мешало присутствие Орсона.

Оливер Франк по-прежнему хлопотал вокруг Шарлей.