Александр Шаповалов - Переход

— Пойду, фрак поглажу, — сказал маг, демонстративно развернулся и отошел в сторону.

— Уверена, оденет самые драные джинсы, — смотря вслед Соловьеву, произнесла Аглая и повернулась к мужу — ну что, пошли?

— В кино?

— В кино, — усмехнулась женщина, беря мужа под руку. — В гостиницу, но потом в кино. И ещё я хочу мороженого и шампанского с клубникой.

— Будет исполнено, моя королева, — с радостью согласился оживший Кузьмин.

Следующий день начался с общего сбора всех участвующих в слете воздухоплавателей, от конструкторов до пилотов.

— Господа, — начал своё выступление председатель попечительского слета, немец Гостман, — рад видеть вас сегодня здесь. Вдвойне рад, что появились новые лица, а это значит, что появились и новые аппараты. И от имени всех воздухоплавателей говорю им — добро пожаловать в нашу дружную семью!

К стоящему на сцене председателю подошел один референтов и подал лист бумаги. Гостман внимательно прочел записку.

— Господа, в этом году по решению нашего совета принято решение не ограничиваться простой демонстрацией моделей и полетом в окрестностях Гамбурга. Мы предлагаем провести гонку на воздухопланах до Англии оттуда к Норвегии и обратно в Германию.

У Кузьмина открылся рот, когда он услышал сообщение. Несколько команд подняли со своих мест, выражая протест.

— Тише господа, тише. Эта часть нашего слета не обязательна, в ней принят участие лишь те, кто пожелает. Им будет выделено все, что они попросят, — попытался успокоить собравшихся председатель совета попечителей.

— Скажите, кто знал о том, что будут столь длительные состязания? — задал вопрос представитель Франции.

— Никто, — ответил Гостман. — Такое решение было принято на закрытом заседании совета. Гонка вызовет интерес к воздухоплаванью. И конце концов, пора всем показать, на что мы способны.

— А не кажется ли вам, что это слишком рискованно?

— Повторяю, участие в гонке примут только те, кто пожелают, — Гостман был разочарован реакцией участников слета. Будучи фанатиком воздухоплаванья, он ожидал, что возможность показать свои аппараты во всей красе вызовет восторг. — И напоследок сообщаю, что в нашем слете решили принять участие ещё пять дирижаблей. Это «Рим», — в зале раздались возгласы удивления, «Рим» был самым огромным и дорогим дирижаблем мира. — «Атланта», «Санта-Лючия», «Циклоп» и «Золотой дракон».

Когда Гостман закончил объявлять названия дирижаблей, в помещении стояла такая тишина, что было слышно, как билась муха об стекло. Пять самых красивых, больших и дорогих дирижаблей, созданных за последние восемьдесят лет впервые собрались в одном месте.

— Я только что получил сообщение, что владельцы этих аппаратов согласились принять участие в гонке, — продолжил Гостман. — Если кто-то хочет присоединиться к ним, прошу дать ответ в течения дня. Как вы понимаете, нужно уладить кое-какие формальности.

Кузьмин оглянулся по сторонам, никто из собравшихся не спешил заявлять о своем участии. Сомнения мучили его ещё с минуту, затем он поднял руку.

— Что ты делаешь? — тут же зашипела на него Аглая. — Опусти руку, мы не готовы.

— Прекрати, — жестко произнес Юрий, — я руководитель проекта и имею право принимать самостоятельные решения.

— Вы что-то хотели сказать? — наконец председатель совета заметил поднятую руку Кузьмина.

— Да, — поднимаясь, произнес Юрий. Я хотел бы заявить об участии нашей делегации в гонке.

— О, я рад, что в России не перевелись смелые люди, — ободрительно произнес Гостман. — Вам что-нибудь нужно?

— Дополнительное топливо, питание и теплые вещи, — немного подумав, перечислил Кузьмин. — Мои помощники вам предоставят список.

— Никто больше не хочет сделать заявления? — спросил Гостман. Немого, выждав, он продолжил. — Тогда я объявляю ежегодный слет воздухоплавателей открытым.

— Юра ты понимаешь, в какую авантюру нас всех втянул? — раздражено произнесла Аглая, едва они вернулись в номер. — Ты не согласовал свои действия с начальством, не посоветовался с нами. И это, между прочим, весьма оскорбительно.

— Аглая, прекрати, а то мы разругаемся, — примирительно произнес Юрий, подойдя к жене. Он хотел обнять её, но женщина отстранилась.

— Прекрати, мы сейчас говорим о серьезных вещах, — резко произнесла она. — Как ты мог…

— Хватит, — перебил жену Юрий. — Ты иногда забываешь, что я не только твой муж, но и твой руководитель. Который, между прочим, имеет большие полномочия. И ответственность за принятые решения лежит исключительно на мне. Я очень дорожу мнением моих подчиненных, но постоянно оглядываться через плечо, высматривая, не обидел ли я своим решением кого-нибудь, не намерен. Решение принято, и оно останется неизменным.

Есть сэр, — со злостью произнесла Аглая, — разрешите исполнять, или сначала упасть-отжаться?

— Насчет «упасть» идея неплохая, но попозже, — не замечая иронии в словах жены, ответил Кузьмин.

— Животное, — более миролюбиво произнесла Аглая и вышла из номера.

— Ры-рр, — оскалился в след жене Юрий, затем подошел к кровати взял ноутбук и бросился догонять жену.

На утро в ресторане отеля к супругам присоединился Соловьев. Он заявился в мятом фраке, причем бабочка свисала с одного боку, а на воротнике виделись следы женской помады разных цветов. Лицо мага было опухшее а белки глаз болезненно красного цвета.

— О, милая, посмотри на этого дитя порока, — съязвил Кузьмин, рассматривая севшего напротив чародея.

У Аглаи от удивления даже приоткрылся рот, она никогда ещё не видела Соловьева в таком виде.

— Андрей что с тобой?

— Вот оно, — маг дохнул на супругов перегаром и поднял указательный палец. — Вот оно, коварство женщин. Сначала посылают тебя на растерзание, а затем мило спрашивают, что с тобой.

— Но я…

— Не надо, — прервал пытающуюся оправдаться Аглаю Соловьев. — Это мой долг — прикрывать вас, не жалея свой глотки.

Маг ударил себя в грудь, так что пыль разлетелась во все стороны. — И я не в обиде, — рассматривая следы от губной помады, проговорил он.

— Судя по всему, вечер удался? — не скрывая улыбки, спросил Кузьмин.

— Не то слово, — выпятил грудь Андрей, — ну а какие новости у вас?

— Мы участвуем в гонке, — сказала Аглая.

— В какой гонке? — не понял Андрей. — Куда?

— На дирижаблях, до Англии и обратно, — поедая десерт, продолжала делится информацией девушка.

— Подождите, вы что, меня разыгрываете? — вновь спросил Соловьев и посмотрел на Кузьмина.

— Нет, — серьезно, в отличие от Аглаи, произнес Юрий.