Виктор Кувшинов - Пасынки зинданов (Мир, которго нет)

«Как хорошо, что я был слепой, а то умер бы еще от страха, когда тебя встретил!»

«Не меня, а Моа!»

«А каково имечко! Неужели ты придумала?»

«Нет, это мир постарался. Давай, стирай!»

Женька «поднапрягся», выразив абсолютное желание не видеть здесь эту жутковатую в своей мертвенной неподвижности женщину, и изображение поплыло, растворяясь в темноте астрала. Через какое-то время Женя «увидел» все ту же ветвящуюся паутину ветвей мира и Лэину сферу рядом с собой, а между ними тянулся светящийся луч, как и прежде связывавший их души.

- Отлично! Какой бы хорошей Моа не была, ее место в прошлом! – донесся возглас Лэи. – Остался только еще один инородный и мертвый кусок. Скорее всего, это остатки нарушенной оболочки Яна. Может, мне пойти?

- Да нет! – беззаботно ответил Женька. – Сейчас я его, в два счета уделаю.

- Ну смотри! Я, все-таки буду страховать! – озабоченно ответила Лэя и осталась наблюдать за эволюциями Жениной ауры в сетях почти восстановленного мира.

Астральный ремонтер приблизился к непонятной потухшей массе и «закрыв глаза» прикоснулся к ней. Дальше случилось что-то непонятное. Он действительно ощутил себя на мгновение внутри Яна, но только на мгновение. Затем, как будто щелкнул выключатель, и он полностью стал Яном…

…«Что же случилось? Я по-прежнему слеп, но не чувствую земли под ногами, как будто плыву в воздухе. Странно, что-то мешает – будто кто-то другой пытается достучаться до меня… Ах, да! Я же рассказывал историю детям, но куда же они подевались?.. Нет, этот зов, ведший меня куда-то, стал просто невозможно сильным, а потом… что же было потом?..»

Лэя с ужасом «увидела», как Женина аура втянулась в тусклый бесформенный обрывок, который стал наливаться светом, подсоединившись к ближайшей ветви мира и начал куда-то по ней скользить. Лэя, онемев от ужаса, «смотрела», как вытягивается и истончается связывающий их луч.

- Нет! – крикнула она сама себе и всему миру. – Ты еще меня не знаешь!

Страх потерять любимого, поднял внутри все ее силы и бросил сознание по лучу. Она ощутила слабого и подавленного миром Женю внутри ничего не понимающего Яна. Одновременно она почувствовала, словно бритвой по нервам, попытку мира стереть Женину настоящую информацию и память. Промедление было подобно смерти для ее родной половинки, и она ударила…

Пройдя волной по лучу, она наполнила собой Женину душу и взорвала оттуда все искусственные оболочки, больше не заботясь ни о благополучии мира, ни о переживаниях Яна. Они опять оказались среди паутины ветвей в сумраке второго уровня мира. Только сейчас, они уже представляли собой одну целостную, яростно сверкающую сферу, но Лэе не было до этого никакого дела. Ее сознание слилось с Жениным, и сканировало его, пытаясь понять, не нанес ли мир ему повреждений.

«Прости, пожалуйста, моя фея! И спасибо!» – наконец откликнулся виновато-признательной мыслью Женя.

«Слава богу, ты в порядке! Ладно, разъединяемся! А то я не пойму сама, с собой или с тобой заговариваюсь!» - повеселевшей мыслью отозвалась Лэя.

«А мне хорошо! Так ты от меня никуда не сбежишь!» - откликнулся изнутри ее Женя.

«Нет, так слишком хорошо! Еще немного и мы перестанем быть отдельными личностями, и придется нам вечно сидеть на втором уровне, а нас ждет еще одна родная душа.»

«Ладно, согласен, расходимся!» - как им ни было хорошо вместе, они все же разделились на две самостоятельные ауры, по-прежнему связанные лучом.

Пребывая во все еще несколько растрепанных чувствах, они осматривали место их астрального сражения с миром. Как ни странно, но сильных повреждений информационным нитям они не нанесли. Только одна ветвь была разорвана немного в стороне от точки их слияния, но и она не отмирала, а питалась силами с обеих сторон. Видимо в мире были задействованы дублирующие связи, делавщие наведенную реальность особенно жесткой. Они не стали пытаться восстановить ветвь. Им было ясно главное – Ян был полностью ликвидирован, и вероятность повторного «влипания» Женьки в этот образ была сведена к нулю. Лэя все же сильно раздосадовалась:

- Да пошли ты этот мир куда подальше! Теперь его и так запеленгуют. Никуда он не денется!

- Лэя, остынь! Ну чего ты обижаешься на машину! Ругай лучше меня! Мир просто уловил вернувшуюся к нему Янову сущность и стал готовить его к повторной инкарнации. Почем ему знать, что там еще и моя душа примешалась?! Я больше чем уверен, что против нас здесь ничего и не замышлялось. Просто мне надо хоть чуть-чуть думать, прежде чем лезть в эти системы, чтобы не напарываться на защиты от внешнего вмешательства и внутренних сбоев.

- Тогда получается, что тебе вообще нельзя сюда влезать, а значит, собирайся, и идем домой! – казалось, добила Лэя последний логический гвоздь в гроб Жениных рассуждений.

- Э-э нет! Передергиваешь! – возмутился только-только нацелившийся на спасение мира Женька. – Ты права, мне не следует лезть в самоподдерживающуюся систему мира, но заметь, что, вырвавшись из образов Яна и Моа, мы свободно можем выходить сюда, а самое главное, свободно входить в мир в тех образах, в каких пожелаем!

- Да, надо признать, что мы как бы исключили себя из этой системы. Но к чему ты клонишь? – насторожилась Лэя.

- Может быть, я прожил в этом мире слишком долго, но я прикипел к его жителям. И потом, у меня никак не выходит из головы прекрасная сеть ветвей мира. Я хочу помочь и ему, и его обитателям. Наверно, я опять сглуплю, но, несмотря на эту попытку захвата, я все равно хочу разыскать тех, кто создал это чудо, понять, что они хотят, и попытаться исправить этот мир к лучшему.

- Тогда обещай, что после того, как я уйду, ты не будешь лазать по этим нитям!

- Конечно! Тем более, что никакого толку от этого не будет, пока я не получу доступ к коду. Максимум, что я смогу, это выходить на изнанку, чтобы быстрее перемещаться туда, куда мне понадобиться.

- Лучше и с этим не рискуй понапрасну, а то вдруг мир решит тебя опять захомутать, а я буду далеко, да еще в десять раз медлительнее. Я ведь не знаю, смогу ли оттуда, как сейчас, прыгнуть по лучу в твои объятия и выручить свою незадачливую половину? И даже если смогу, то сколько времени это займет?

- Если ты «провозишься» там с полчаса, это будет пять часов по здешнему времени, - подсчитал на лету Женя.

- Вот то-то и оно. Скорая черепашья помощь! Ой и страшно мне тебя здесь оставлять! – вздохнула Лэя.

- Не бойся, больше никаких крестьянок!

- Все бы тебе насмехаться!

***

Спустя некоторое время, в деревне, где произошло странное событие, сопровождаемое яркой вспышкой и исчезновением в ней слепого рассказчика, появилась пара путников, ведущих под уздцы одного коня. Они прошли по улице к дому старосты и спросили, где можно купить еще одного скакуна.