Татьяна Апраксина - Мир не меч - 2

— Пойду, — сказала Ярослава, чуть помедлив.

Хайо перехватил взгляд Рэни, она без зависти, но пустым потерянным взором созерцала Ярославу, Риайо, всех остальных, собравшихся у стола. Смотритель ласково положил ей руку на плечо, прижал к себе.

— Не бойся, и тебе найдется дело...

— Нет, не в том дело, не в том, — сбивчивым шепотом откликнулась Рэни, вставая на цыпочки, чтобы дотянуться до уха Хайо. — Просто когда она это сказала, мне как-то страшно стало... за нее. Я глупая, наверно...

Темный и душный страх положил руку на горло Хайо и хорошенько стиснул. Он зажмурился, утыкаясь носом в затылок Рэни, прижал ее к себе со всей силы, так что девушка ошеломленно пискнула, но не стала вырываться.

— Только ей не говори, прошу... — тоже шепотом сказал Хайо. — Не давай предчувствию силу пророчества.

Глава 6

Дети Прокруста

— Что-то меня многовато, — разглядывая себя в зеркало, сказал Вайль.

Аэль оторвалась от книжки, посмотрела на внимательно изучающего себя в большом, в рост, зеркале парня и улыбнулась. Что его было мало, она сказать не могла, ибо не слишком любила врать. Да, в любой толпе его было бы несложно заметить. Да, даже в Городе, где недомерками типа Аэль были те, кто сам так хотел, Вайль запоминался своими габаритами. Но рецепта изменения внешности у нее не было, да и причин она не видела.

— Уймись, мне нравится... — ласково улыбнулась она. — Самое оно...

— Правда? — Вайль подошел к кровати, где она валялась, уселся на краешек. Девушка скользнула ему за спину, положила руки на плечи, потом провела вниз по спине, прощупывая упругие мышцы. — Правда, правда. Есть за что подержаться.

— Ну ладно...

В крепко сложенном юном организме бурлила энергия. Пока еще вполне здоровая и в адекватных количествах. Но Аэль понимала, что еще пара дней шатаний по дому — и энергии будет уже в избытке, и Вайля потянет на какие-нибудь дурные подвиги. Может даже и с самыми лучшими намерениями — бессмысленная злоба в адрес первых встречных Вайля покинула. Зато на ее место пришла наивность, которая легко могла превратиться в новую злобу. Достаточно было пары столкновений с окружающими. А для этого далеко ходить не надо было — навыками общения Вайль пока что не обзавелся.

Видимо, нужно было его выгуливать, старательно следя, чтобы ни во что он не вляпался. Для начала. И показывать на своем примере, как можно легко избегать конфликтов, где пролегает граница между оскорблением и шуткой, как победить, не причинив и не испытав боли — все то, что другие узнают едва ли не с первых дней жизни.

— Одевайся, пойдем погуляем, поужинаем.

Вайль только пожал плечами и без особой радости отправился к шкафу. После возвращения из Страны Кошмаров он трое суток провел в квартире Аэль — отсыпался, читал, пытался научиться играть на гитаре. Получалось у него ровно то, что получается у каждого новичка: и аккорды напоминали хриплый стон, и паузы между ними были гигантскими, и вместо боя выходило бессмысленное неритмичное бряканье. Аэль объясняла ему, что на первую мелодию всегда уходит не меньше пары недель, и то упражняться нужно каждый день, но, как и всякий новичок, Вайль хотел всего и сразу — взять инструмент в руки и начать играть. Особо его раздражало то, что все у него получалось быстро — и аккорды он запоминал, и движения правой руки освоил почти сразу; для парня привычно было, что тело слушается его без усилий. Только в этот раз оно не хотело — и все объяснения Аэль, что дело только в терпении, его не устраивали.

— Что мне надеть? — вопросил он, стоя перед открытым шкафом.

— Сам решай, — отмахнулась Аэль. — Твоя тушка, твой вкус.

— А посоветовать?

— А ты просил не совета, а указаний, — ехидно улыбнулась Аэль. — Чтобы попросить совета, нужно сделать хоть что-нибудь самому, заподозрить, что получилось не очень, и потом уже спрашивать. Например — так: «Аэль, дорогая, как тебе кажется, эта рубашка подходит к этим штанам или лучше надеть другую? Что? Вон ту синенькую? Да ты с ума сошла, кто же надевает синюю рубашку к желтым джинсам!»...

— Осознал... — хмыкнул Вайль. В последнее время он стал лучше воспринимать и иронию, и намеки, и недосказанное. Слова Аэль стоило понимать, как «и полученный совет нужно оценивать критически». — Нет, желтенькое и синенькое — это как-то слишком. Аэль, дорогая! Как тебе кажется, — пафосно начал он. — Твой шкаф нарочно надо мной издевается, или у него просто дурной характер?

От смеха Аэль едва не скатилась с койки.

— А что с нм не так?

— Ну, ты посмотри на то, что он мне подсовывает...

Девушка подошла и посмотрела внутрь, провела рукой по висевшим на плечиках вещам. Широкий выбор гаваек, каждая из которых была раскрашена во все цвета радуги, ее впечатлил.

— Знаешь, дорогой, если ты наденешь что-нибудь из этого, я с тобой никуда не пойду.

— Вот и я о том же.

Совместными усилиями шкаф был вразумлен и произвел из себя добротные черные джинсы и рубаху из неотбеленного льна. Это вполне устроило обоих. Вайль привесил к ремню ножны с парой ножей, и счел это достаточным намеком для тех, кто решит ему напомнить о старых долгах. Аэль же переодеваться вовсе не стала — черный комбинезон был ее «фирменным» знаком и стилем. К тому же он отлично маскировал недостатки фигуры — излишнюю худобу и плоскую грудь.

Завсегдатаи Квартала провожали парочку изумленными взглядами. Вайля тут помнили хорошо, крепкой недоброй памятью. И то, что Аэль идет с ним под руку, улыбаясь каждому встречному, определенно что-то означало. Пожалуй, это был намек. Намеки в Квартале Наемников понимали с лету. Видимо, это означало, что дуболом находится под ее покровительством — и, следовательно, она и несет ответственность за все, что он натворит на территории Квартала. Это всех устраивало. Аэль была своей — более того, она была из старожилов и старейшин, и ее негромкое ехидное слово имело вес.

Именно Аэль несколько лет назад, во время катастрофы на завесе, организовала эвакуацию, да так, что не погиб никто. Пока соседи, гости и прочие горожане суетливо носились, пытаясь найти выход или сделать хоть что-нибудь, Квартал в полном составе переместился завесой выше. Для новичков это было испытанием, не все еще умели перемещаться, не у всех хватало сил, чтобы находиться на более высоком уровне, но их держали старшие. В результате, когда завеса была восстановлена Смотрителями, Квартал вернулся — сначала люди, а потом и привычные им пейзажи и интерьеры. Потери были минимальны — имущество, оборонные сооружения. Главное, что люди уцелели.

Аэль нравилось идти вот так: под руку с высоченным красавцем, зная, что он не будет заглядываться на длинноногих блондинок, что в этом-то ему можно доверять на все сто. Пусть Вайль пока требовал постоянного присмотра, словно ребенок с необитаемого острова, вдруг оказавшийся в столице. Это было вопросом только времени. А крепкое предплечье, на котором она держала ладонь, и какая-то безусловная преданность, которую испытывал к ней Вайль еще с Технотрона, никуда деться не могли. Как и рассветная нежность прикосновений, как и шепот пересохших зацелованных губ.