Кеннет Балмер - Воин Скорпиона (сборник)

— Ах, Дрей!

Рассказывать осталось мало.

Мы сидели в комнате, залитой малиновым светом Зима, дожидаясь, когда Генодрас добавит топазовые огни. В противоположном конце помещения стояли, смеясь и болтая, мои друзья, и уже совершалось боккерту для нашей помолвки. Жизнь внезапно сделалась драгоценным и золотым чудом.

Когда через окно проникли косые зеленые лучи и смешались с малиновыми, я увидел, как из-под стола шмыгнул скорпион. Раньше я не видел на Крегене ни одного.

Я вскочил, охваченный неистовой, болезненной ненавистью, дурным предчувствием, что граничит со знанием. Вспомнил отца, который лежал побелевший и беспомощный, когда ненавистный скорпион шмыгнул прочь. Я прыгнул вперед, занес ногу, собираясь раздавить безобразную тварь, — и почувствовал жжение синего огня, пронизавшего меня до нутра… Я падал… и Делии, теплого чудесного существа, не было больше рядом со мной. Я открыл глаза, узрев резкий желтый свет, и понял, что потерял все.

Я находился на побережье Португалии, неподалеку от Лиссабона, и у меня возникли некоторые трудности, прежде чем я, голый и совершенно неспособный объяснить свое появление, смог вырваться на волю и попытаться вести какую-никакую жизнь в начале девятнадцатого века на Земле.

Скорпион ударил вновь.

Часами я стоял, глядя на звезды, выискивая взглядом созвездие Скорпиона. Там, в четырехстах световых годах отсюда, на дикой, прекрасной и жестокой планете Креген, под малиновым и изумрудным солнцами Антареса, находилось все, чего я хотел в любом мире и чего я лишился, казалось, на веки вечные.

— Я вернусь! — выкрикивал я снова и снова, как уже кричал однажды прежде. Услышат ли меня саванты, проявят ли сочувствие, вернут ли меня в рай? Перебросят ли меня вновь Звездные владыки через бездну, чтобы опять использовать в качестве пешки в своих загадочных планах? Я могу лишь надеяться.

Столько всего… так много… и все пропало.

— Я вернусь, — яростно твердил я. — Я никогда не откажусь от Делии с Синих гор, от моей Делии Стромборской!

В один прекрасный день я вернусь на Креген под Антаресом.

Я вернусь.

Вернусь.

Солнца Скорпиона

Посвящается Дональду А. Уоллхейму

ЗАМЕТКА О КАССЕТАХ ИЗ АФРИКИ

Некоторая часть странной и удивительной истории Дрея Прескота, которую мне благодаря счастливому случаю выпала честь редактировать, уже увидела свет.[16] Однако, когда я слушаю свой маленький кассетный магнитофон, то власть спокойного уверенного голоса Дрея Прескота по-прежнему не отпускает меня. В невероятно долгой жизни этого человека ещё многое остается неузнанным, и мы должны быть благодарны, что нам подарили те сведения, которые теперь стали доступны.

Эти кассеты, которые передал мне мой друг Джеффри Дин в тот памятный день в Вашингтоне — кассеты, полученные им в Африке от Дэна Фрезера, который единственный из нас видел Дрея Прескота и говорил с ним, представляют собой невероятную ценность. И все же нескольких кассет недостает. Это совершенно ясно из контекста. Незачем и говорить, что это настоящая трагедия, и я настойчиво просил Джеффри выяснить, не сможет ли он каким-нибудь образом установить, как они пропали. Он пока оказался не в состоянии предоставить никакого объяснения. Будет слишком фантастично надеяться, что благодаря какой-нибудь счастливой случайности кто-то, возможно, наткнется на эти недостающие кассеты — скажем, в камере хранения аэропорта или в столе находок. Если же они, как я опасаюсь, лежат заброшенные в какой-нибудь пораженной эпидемией западно-африканской деревне, неузнанные и забытые, то кто-нибудь вполне может употребить их для записи каких-нибудь новомодных однодневок.

По описанию Дэна Фрейзера, Дрей Прескот — человек ростом немного выше среднего, шатен с прямыми волосами и карими глазами, взгляд которых отличается странным спокойствием и властностью. При виде его плеч у Дэна глаза на лоб полезли. Дэн сразу почувствовал в нем какую-то колючую честность и бесстрашную смелость. Двигается он, по словам Дэна, словно крупная дикая кошка, бесшумная и смертоносная.

Родившийся в 1775 году, Дрей Прескот настойчиво называет себя простым моряком, однако его рассказ уже показывает, что даже в земной период его жизни, когда он пытался без особого успеха сделать карьеру, его ждала какая-то великая и почти невообразимая судьба. На мой взгляд, он всегда ожидал, что с ним случится что-то значительное и таинственное. И когда Саванты, эти полубожественные жители Качельного Города Афразои, переместили его с Земли на Креген, мир под Антаресом, он положительно упивался испытаниями, предназначенными для его проверки. Что-то в его характере наверно, присущая ему психологическая независимость, склонность быстро приходить в ярость при столкновении с несправедливости власти и особенно его вызывающая решимость исцелить в Бассейне Крещения покалеченную после падения с зорки ногу его возлюбленной Делии, — заставило Савантов выбросить его из обретенного им рая.

Позже, после того как Звездные Владыки переправили его обратно на Креген, под Солнца Скорпиона, он все-таки смог пробиться наверх, став зоркандером клана Фельшраунг. Затем, после того как Прескот попал в рабство и угодил на мраморные карьеры Зеникки, он завоевал уважение — в том же анклавном городе Зеникке — в глазах Шуши, внучатой тетки главы дома Эвард, которая даровала ему титул князя Стромбора, передав ему во владение все наследие своей семьи. Судя по тому, что он говорит в дальнейшем своем повествовании, все эти перемены мало на него подействовали. Мне как-то не верится, будто это правда. В тот ранний период своего пребывания на Крегене Дрей Прескот рос и мужал, но происходило это не так, как у нас на Земле, и нам это, наверно, нелегко понять.

Что же касается редактирования кассет, то я сократил определенные куски повествования и попытался внести какой-то порядок в путаницу имен, дат и топонимов. Например, Прескот не проявляет последовательности в употреблении имен и названий. Иной раз он произносит слово по буквам, и это сильно облегчает написание. В других случаях я пытался записать имя или название, опираясь на фонетику, следуя, надеюсь, указанным им ориентирам. Например, слово «джикай» — jikai — он произносит именно так — jickeye. Он часто употребляет слово «на» между именами собственными. Как я понимаю, оно эквивалентно английскому «of» — «из»,[17] употребленному скорее как французское «de». Но он также употребляет и слово «нал». В одном месте он говорит «Мангар на-Аркассон», а в другом «Саванты нал-Афразоя». На мой взгляд, такое употребление не связано с удвоенной гласной. На Крегене явно действуют грамматические правила, отличающиеся от привычных нам на Земле. При таких обстоятельствах я чаще всего заменял оба эти предлога на «из».