Дмитрий Шубин - Пять дней мимикрии

– Докладывает пост-два, – раздался взволнованный голос из динамика в фургоне.

– Что у тебя, второй? – спросила девушка.

– Засек движение в припаркованом седане. Машина «Вольво», принадлежит американской ТСН. Клянусь, раньше в ней никого не было, а если и был, то сидел несколько часов, не шелохнувшись.

– Второй, возьми пару человек и проверь. Если кто-то есть, ликвидировать.

– Слушаюсь, – дежуривший на посту слежения отключился.

Девушка взяла со стола лежащую радом пачку сигарет и нервно закурила.

– Это уже не по плану, – произнесла она.

– Докладывает третий. Группа возвращается с объектом. Груз спускают по пожарной лестнице…

– Докладывает второй, – вмешался встревоженный шепот. – Нахожусь в нескольких метрах от «Вольво». Вижу объектив видеокамеры, похоже, кто-то фиксирует нашу операцию.

– Второй! Немедленно ликвидируйте нарушителя. И не забудь скрыть следы.

Девушка пробежалась пальцами по клавиатуре и на мониторе возник образ обтекаемой машины. Объектив ночного видения показывал вид в мутно-зеленых тонах. Из ближайших к автомобилю кустов появился темный силуэт человека. Он лег на живот и пополз по асфальту. Остановившись у заднего колеса машины, он осторожно протянул руку вверх и резко открыл дверцу. Моментально привстав, человек выдернул из салона темную фигуру и повалил ее на землю. Раздался тихий хлопок. С двух сторон к машине приблизились еще два человека.

– Докладывает второй, – раздался голос в динамике. – Нарушитель ликвидирован. Судя по документам, корреспондент ТСН Джорж Луис Маккене.

– Второй, нарушителя доставьте сюда, упакуем вместе с астронавтом.

Девушка взяла небольшую трубку радиостанции и стала связываться с Сергеем Кобылиным.

Астронавт вылез из мини-автобуса в скафандре с отрытым забралом на шлеме и с металлическим чемоданчиком в руке. Он направился по ковровой дорожке к стоящей в конце ее группе людей. Справа возвышалась громада космической ракеты, плотные струи охлаждающего газа лились по ее корпусу. У небольшой трибуны находились облаченный в парадный мундир, министр обороны Иванов, руководитель полета и главный конструктор корабля. Двойник Перепеленко подошел к ним, поднес руку к шлему, отдавая честь, и когда министр тоже поднял кисть к козырьку, начал доклад:

– Товарищ генерал армии! Полковник Перепеленко к полету и выполнению работ согласно программе готов!

Иванов убрал руку и сказал:

– Ни пуха, ни пера тебе, сынок.

– К черту! – ответил двойник и непринужденно улыбнулся.

После рукопожатия астронавт направился к лифту, ведущему в кабину пилота. Министр обороны и его спутники направились к расположившейся недалеко толпе провожающих, приглашенных посмотреть на старт гостей и репортеров, фиксирующих отправку очередной ракеты, для показа этого в программе последних новостей. Хотя вывод очередного корабля в космическое пространство уже мало кого волновал. Конечно же, если бы хоть кто-нибудь узнал, что на самом деле находится в корпусе этой новой станции, от желающих посмаковать это в телеэфире и на страницах газет не было бы отбоя.

Много позже, когда корабль без осложнений вышел на орбиту, в банкетном зале космического агентства Роберт Оганесян сидел за столиком вместе с пресс-секретарем. На небольшой сцене выступали какие-то артисты. Основная часть гостей уже порядком выпила спиртного. Стоял гул разговоров. Начальник службы безопасности уже знал, что операция по подмену астронавта прошла не совсем удачно, но, главное, в космос уже внедрен их человек. Последние несколько минут Роберт ждал сообщения о том, что группа выехала за пределы территории космодрома, увозя с собой труп настоящего астронавта и впридачу труп какого-то американского журналиста. Кобылин находился в хорошем расположении духа, поэтому быстро поглощал омаров, обильно запивая их красным вином. Оганесян выжидал.

«Никакого спиртного, пока операция не закончится, – думал он. – Надо срочно доложить о журналисте Майе. И не забыть дать запрос в „сводки“ для выяснения личности этого американца. Не дай бог, он чей-нибудь агент. Если это так, то за нами следят какие-то спецслужбы, а это ничего хорошего не несет. Хозяйка мне голову оторвет за такую работу Отдела безопасности».

Сергей поднес ладонь к уху, зажав его. Выражение лица на пару секунд застыло, после чего сразу расслабилось. Он посмотрел на Роберта и дважды качнул головой вперед, подтверждая факт убытия группы.

– Концы в воду, – радостно произнес Оганесян, повернулся, поднял руку и сквозь шум крикнул: – Официант, водки!

Кобылин прекратил жевать, посмотрел на Роберта и, улыбнувшись, выкрикнул:

– Две водки!

Глава 21. Глобалнэт (2).

19 октября. Россия. г. Казань. «Мавзолей. Кафе по интересам». 20.35. Время местное.

– Ваш сайт в Глобалнэте имеет вид какого-нибудь помещения? – спросил Орлов у Петра Самуиловича.

– Ничего оригинального, офис в здании. Само же здание, полная копия обкома компартии Татарстана, – ответил управляющий клубом.

– Отлично. Вин, садись сюда. – Сэмплер указал на стул и когда «близнец» уселся, натянул ему на голову виртуальный шлем.

– У тебя что, брат никогда не был в сети? – спросил Петр.

– Не был. И не спрашивай почему. У него совершенно отличные от моих понятия о жизни. Он, можно сказать, большой любитель природных, естественных или, если хотите, материальных проявлений мира.

Григорий закрыл лицо Винпулькера забралом и тихо произнес:

– Ничего не делай, я все сделаю за тебя. Когда окажешься в другом пространстве, постой немного на месте, пока я не появлюсь. Понятно?

– Да, – коротко ответил двойник.

Орлов дернул мышкой по коврику и заставка, идущая на экране, сменилась рабочим полем, выдержанным в строгих традициях компьютерного дизайна. Быстро двигая курсор и одновременно перебирая левой рукой кнопки на клавиатуре, Григорий стал преодолевать путь входа в Нэт.

– Похоже, ты профессионал, – произнес сзади Петр. – Я так быстро не смогу.

На мониторе появилась просторная комната, стены покрывали плиты из красного гранита. Стояло несколько шкафов с книгами и большой дубовый стол с канцелярскими принадлежностями на нем.

– Это ваш офис в сети?

– Да, можно это назвать и так. Хотя запланированных встреч мы там не проводим. Этот кабинет мы используем в качестве входа в систему.

– Понятно. Ну, с Вином вроде бы все. Он уже там. Ты-то что, полезешь в Сеть с нами?

– Конечно. Но давай вначале вмажем по пиву.

Орлов с управляющим осушили налитые бокалы и уселись с двух сторон от Винпулькера. Скрипнула дверь и Григорий, обернувшись, увидел, что в компьютерный зал вошел молодой человек. Его обесцвеченные волосы были коротко обстрижены с боков и очень длинные сверху. Склеенные клочками каким-то составом длинные пряди свисали на лицо. Сквозь эту вуаль виднелись чистые, голубые глаза. В левой мочке уха блестела золотая серьга в виде розы, губы его были накрашены перламутровой помадой. Одетый в просторный узорчатый свитер и облегающее ноги лоснящееся трико, парень носил неестественно большие женские ботинки на высокой платформе.