Мартин Кейдин - В плену у орбиты

«Мы снова вернулись к исходному представлению, что основная роль принадлежит человеку, — размышлял Кейт, — и слава богу. Инженеры были поражены, когда убедились, что во время имитации полета „Джемини“ космонавты реагировали на аварийные ситуации и начинали операции по покиданию капсулы в среднем почти через четыре десятых секунды. Этих ребят нельзя просто назвать хорошими, это, черт возьми, самые лучшие люди, и нам давно бы уже пора оказать полное доверие тому существу, которому мы столько лет поклоняемся, — человеку». В общем позиция Кейта была непоколебима.

Кейт ни минуты не сомневался, что Дагерти справится с капсулой «Джемини», в нем есть настоящая закваска. Конечно, дело тут не просто в успешном рандеву слишком малое право на ошибку предоставляется ему.

«Раз уж судьба подарила нам возможность прийти на выручку Пруэтту, мы воспользуемся ею! — подумал Кейт. — А что касается самого Пруэтта, он, видимо, даже не отдает себе отчета, что безоговорочно принял свою обреченность. Этого следовало ожидать. Эта убежденность медленно и против его воли овладевала его сознанием. Пора встряхнуть Пруэтта, вернуть его к полной активности, заставить снова работать со всеми станциями слежения, заставить жадно ухватиться за ту единственную возможность спасения, которая у него осталась». Кейт был уверен, что знает такие слова, которые заставят Пруэтта вернуться к жизни.

— «Меркурий-7», говорит пункт управления на Мысе.

— Слышу… Мыс. Продолжайте.

И Кейт продолжал холодно, официально:

— Если вы уже кончили пререкаться и перестали критиковать решения начальства, перейдем к делу…

Пруэтт прореагировал по-своему:

— Да ты что, сукин сын, в самом деле!..

— Полегче, ученичок, — перебил Кейт, ухмыляясь, — так ты заставишь всех старушек в Штатах выключить радиоприемники.

— Да я… — внезапный взрыв смеха и затем: — О'кей, твоя взяла Джордж. Что там у нас на повестке дня?

У Кейта отлегло от сердца.

— Понял, Седьмой. Приготовься записывать…

ГЛАВА XIII

Врачам пришлось мешками раздавать дексадрин и всякое другое снадобье против сна. Надо было слишком много сделать в слишком короткий срок, и сон — эту назойливо неотвязную жизненную потребность — нужно было попросту отбросить, так сказать, отложить на некоторое время. А те, кому удавалось выкроить полчаса-часок, валились куда попало — на скамьи, на пол, в автомашины…

Обычно подготовка капсулы к полету занимала шесть — десять недель. Но так было с капсулами типа «Меркурий». В программе «Джемини» сроки были беспощадно сокращены. Дело в том, что оборудование капсул «Джемини» спроектировано по принципу быстромонтируемых готовых блоков. В отличие от капсул «Меркурий» здесь сети и узлы не накладывались друг на друга, как в слоеном пироге. В капсулах «Джемини» все блоки просто ставятся в готовые отсеки и с помощью несложных фишек, розеток и штекеров включаются в сеть.

В случае отказа какого-нибудь электронного блока не нужно тратить недели на его ремонт. Достаточно просто снять его, взять с полки запасной, в течение нескольких минут присоединить к специальному контрольному прибору, проверить все элементы его схемы, измерить все параметры и установить, исправен блок или нет. Если блок исправен, техники открывают люк «Джемини», аккуратно ставят его на положенное место, подключают и прочно закрепляют скобой. Затем быстро проверяют подключение блока к сети капсулы и переходят к очередным делам.

Разумеется, потом обязательно будет окончательная проверка всей капсулы «Джемини», ее систем и отдельных элементов как единого целого, но на все это уже не придется тратить столько времени. То, на что в капсуле типа «Меркурий» требовалось несколько недель, здесь выполняется за несколько часов. Впрочем, если подумать, то так и должно быть — ведь «Джемини» был уже вторым поколением, отпрыском первенца американской космонавтики — капсулы «Меркурий».

Да и новая ракета «Титан-2» представляет собой скачок по всем своим показателям. Теперь уже нет лихорадочной нервотрепки с заправкой жидким кислородом перед самым стартом. «Титан» заправляется топливом за несколько дней до старта и находится практически в полной готовности. Время взлета может быть рассчитано до доли секунды. Короче, эта громадина высотой в тридцать три метра впервые позволяет осуществить маневр с задачей рандеву в космосе.

Основное назначение программы «Джемини» — подготовка программы «Аполлон», конечная цель которой — закинуть двух человек на Луну, дать им побродить там, волоча ноги по лунной пыли. «Джемини» — это опытный корабль для отработки техники встречи и стыковки на орбите двух или нескольких кораблей. Капсула «Джемини» рассчитана на двух человек, и коренной принцип ее конструкции состоит в том, что возможности человека значительно шире и многообразнее, чем считалось прежде, что экипаж ее — два человека — должен стать неотъемлемой частью всей автоматики и механики капсулы и действовать слитно с ними как единое целое.

Вот почему даже друзья Дика Пруэтта не только высказывали серьезные сомнения в успехе, но и попросту возражали против всей этой затеи — послать в космос Джима Дагерти в капсуле «Джемини» одного. Они утверждали, что раз это двухместная капсула, то весь успех полета обеспечивается взаимной поддержкой и выручкой членов экипажа. Главные возражения сводились к тому, что совместная работа космонавтов важна не столько при движении по орбите, сколько в критический период длительного вывода на орбиту.

Если на этом этапе что-нибудь случится… Все оппоненты сходились на том, что Джим Дагерти не сможет один управлять капсулой, следить за показаниями приборов, увязывать свои действия с наземными пунктами управления, не сможет воспользоваться аварийной системой покидания и оторваться от ракеты, если по законам вероятности вдруг вырвется из нее огромный язык пламени, не раз пожиравшего могучие ракеты.

А тогда уже погибнут два человека, а не один…

Но Джордж Кейт был искренне убежден, что авария — даже катастрофа со взрывом ракеты-носителя — еще не означала гибели Джима Дагерти. «На кой черт тогда все их системы безопасности, — сердито бормотал он про себя, — если они не могут обеспечить максимальную вероятность спасения человека при такой аварии!»

Предположим самое страшное, что тогда? Ну что ж, начиная со стартовой позиции и вплоть до высоты в двадцать один километр, Дагерти может катапультироваться в случае взрыва или расчленения ракеты. Для этого ему нужно всего лишь дернуть D-образное кольцо, которое находится впереди его кресла, как раз между ногами. Немедленно взрывом сорвет крышку люка капсулы, и мощный ракетный двигатель выкинет космонавта вместе с креслом из капсулы. Даже если Дагерти катапультируется еще до взлета, он будет в безопасности. Кресло будет выброшено из капсулы под углом вверх, а затем автоматическая система освободит космонавта от кресла и раскроет парашют. Эта система ничуть не сложнее тысяч катапультируемых кресел на истребителях и бомбардировщиках, известных во всех странах мира. Можно встретить тысячи летчиков, которые благополучно воспользовались этой системой в куда более сложной обстановке, чем та, в которой мог оказаться Дагерти. Между прочим, отметил про себя Кейт, среди этих летчиков есть один, по имени Пруэтт.