Александр Мееров - Осторожно - чужие !

"Да он смешлив", - с раздражением подумал Крэл. А Лейж спокойно продолжал:

- Доктор Ваматр считает, что я способен действовать на Хука умиротворяюще, и вечно твердит: "Тебе он не откажет". Когда дед решил заполучить кратер, он поволок и меня к Хуку. Я сидел, "умиротворяя" безмолвно. Картинка, я вам скажу. Представляете разъяренного Хука? Ягуар! По его медной физиономии пошли пятна, даже зубами заскрипел. А потом подошел к сейфу - дело было на площади Палем - открыл его и вытащил оттуда груду бумаг и вывалил их на письменный стол. "Нате, Ваматр, нате, и распоряжайтесь, как хотите!" Ваматр с мольбой посмотрел на меня. С ума сойти можно. А ягуар продолжал: "Здесь все - акции, векселя, закладные. Если настаиваете на получении кратера, вам придется, доктор, объявить фирму банкротом. Берите!"

- А Ваматр? - уже с интересом спросил Крэл.

- А Ваматр, хитро улыбаясь, положил рядом с этой кучей пачку пригласительных билетов.

- С силуэтом скрипача?

- Вы там были?

- Угу.

- Больше никогда не ходите. Сможете сдержать себя?

- Спасибо, Лейж, вы излишне заботливы.

- О, да вы колючий.

Лейж впервые посмотрел на Крэла изучающе, и взгляд его красивых темных глаз с лукавой искрой не показался Крэлу неприятным. "Умеет расположить к себе. И чем только?" Ревниво подумалось о Нолане, и опять: "А может быть, у Нолана был все же не этот? Не такой красивый, и более естественный. Если когда-нибудь будут делать биороботов, то именно таких - расчетно-красивых, хорошо запрограммированных. Интересно, какая заложена программа у этого?.." Программа... Слово это вдруг ассоциировалось с цепочкой событий, приведших Лейжа в Холп.

Надо сейчас же выяснить все... Вот так, прямо, в упор спросить его... А если не настоящий?.. Ведь никому здесь нельзя верить...

- Лейж, почему вы... Скажите, как все это произошло?

- Вы о чем?

- Простите, может быть, вам тяжело, я понимаю, но поймите и вы меня. Я должен узнать правду. Мне трудно поверить Ваматру и тем более Хуку после того, как я... как я поверил самому Альберту Нолану. А Нолан убежден, что вас замучили, пытаясь вырвать секрет синтеза. Он считает вас мертвым...

- Как видите, он ошибается.

- А кто его ввел в заблуждение?

- Я.

- Зачем?

- Я был болен, Крэл, смертельно болен. Общение с протоксенусами мне обошлось дорого. Тогда они еще не приноровились к нам, не умели, так сказать, дозировать свое могучее влияние на людей. Они опасны и сейчас, но мы уже имеем некоторые средства защиты, а тогда... Я убежден был, что меня окружают враги, что меня непременно начнут пытать. И этот страшный час настал. Я собрал все силы и передавал, передавал сигналы Нолану...

- Но ведь этого не было?

- Нет, конечно.

- Почему же вы потом... когда излечились... почему вы не сообщили ему?..

- Я не хочу, не могу... Для меня он был богом. Я преклонялся перед ним, чтил его ум, порядочность, волю, а он... Не терплю фанатиков. Ненавижу!.. Он, получив сигналы, поверив в них, мог телеграфировать Хуку, отдать ему фермент и спасти - он же не знал, что я болен, в кошмарном бреду сообщаю ему о лимоксенусах, - он мог спасти меня от мук, и он... обрекал меня на муки, только бы не отдать секрет...

Теперь от красивого робота не осталось ничего. Лейж, Аллан Лейж из крови и плоти стоял перед Крэлом. Гордый и красивый особой красотой человеческой.

Волнение, охватившее Крэла, было слишком велико, и он не знал, что сказать в эти минуты, как вести себя с Лейжем. К счастью, на пульте защелкали реле, зазвонил напоминатель, и Крэл устремился к клавишам. Привычно забегали пальцы, экран засветился веселыми зелеными переливами, и Крэл, чтобы разрядить обстановку, кивнул в сторону башни:

- Изволят принимать пищу.

- Вы уже умеете определять избирательно?

Крэл для надежности еще раз взглянул на причудливый, бегущий рисунок и позвонил в виварий. Там подтвердили: началось кормление.

- Вот и с пищей беда, - озабоченно начал Лейж. - Доставать ее становится все сложнее. Расходы растут, и Хук свирепеет... Да, так о Хуке и кратере. Ваматр тогда прихватил не только меня и билеты. Он взял с собой прописи по селазину. Превосходно, черт возьми, отработанная технология получения сенсационного лекарства. Что бы о Ваматре ни говорили, а он дьявольски талантлив все же.

- На селазине, насколько я понимаю, фирма нажилась порядком. Модное лекарство! Панацея от всех недугов!

- Поверьте, Крэл, шарлатанства никакого. Безобидное стимулирующее средство, которое можно давать невинным младенцам. Успех? Просто люди любят лечиться. Особенно здоровые... Короче говоря, ягуар был укрощен, и я тут же получил задание - ехать в Африку. Питомник действительно стоит поместить в кратере потухшего вулкана. Высоко в горах разряженная атмосфера, холодно, мало влаги. По краям кратера - наши генераторы, обеспечивающие им подходящие условия. Ведь это здорово! Были, разумеется, возражения - дескать, в башне создается примерно то же самое. Ваматр парировал...

- Ссылаясь на то, что в естественных условиях обеспечивать нужный режим дешевле?

- Э-э, нет. Это бы не прошло. В горах не только низкое давление, меньше кислорода, ниже температура. Все это, в конце концов, действительно можно обеспечить в башне. На большой высоте радиация интенсивней, больше ультрафиолета, воздух ионизирован и, самое главное, масса неучитываемых частиц, приходящих из космоса, тех, которые задерживает толща атмосферы. Шеф наш убежден: если и удастся вывести тварей более совершенных, чем протоксенусы, то содержать их можно будет только там, в кратере. Вот я и оборудую обсерваторию, - просто и с приятной улыбкой закончил Лейж.

- Почему же обсерваторию?

- Авторство мое, Крэл, - весело похвастал Лейж. - Когда решался вопрос секретности, я предложил действовать под прикрытием телескопов. Обычно их стараются затащить повыше а горы, чтобы устранить влияние атмосферных помех. Задачи сходные, как вы понимаете. Ну вот, начнут люди возиться с телескопами, и никого не удивит, почему вдруг заинтересовались этим кратером. Всем все понятно - астрономическая обсерватория. Около нее маленький поселок для размещения персонала, электростанция, необходимая для энергоснабжения обсерватории и поселочка. Сюда подвозят продукты, материалы, оборудование. Естественно, никаких подозрений вызвать не может, никто и не догадается, что все это не для обсерватории, а для кратера, в котором питомник!

Лейж частенько стал навещать Крэла в его пультовой и очень внимательно следил за событиями в башне. Положение Крэла в Холпе сразу же после первого "Поняли!" определилось как особое, и "пост" его единодушно признавался фронтовым. Наиболее оживленными стали дискуссии по поводу "барьера непонимания". Понятие это укоренилось быстро, прочно, и уже возникали догадки о способах преодоления барьера, высказывались самые разнообразные мнения о значении и перспективах такого преодоления.