Аврам Дэвидсон - «Если», 1995 № 11-12

— Откуда ты взял пистолет? — поинтересовался Рассел.

— Он у меня давно. — У Белснора обмякли ноги. — Я сделал, что мог, — с тоской произнес он. — Это было необходимо.

— Выходит, другие в гибели Берта и Тони не виноваты, — заметил Сет. — Берта прикончил Тони, а смерть Дункельвольда — на твоей совести.

— Дункельвельта, — машинально поправил Белснор.

— И мы не знаем наверняка, что миссис Рокингэм мертва. Может, она просто убежала. С перепугу.

— Исключено, — возразил Белснор. — Она совсем дряхлая.

— Мне кажется, Фрейзер прав, — заключил Сет.

— Нам нужен новый староста. Где его пистолет?

— обратился он к Баблу.

— Остался в комнате Тони.

Белснор бросился к квартире Дункельвельта. Сет — за ним.

— Остановите его! — крикнул Бабл.

Следом за Белснором и Сетом Тагг, Фрейзер и

Бабл взбежали на крыльцо и ворвались в квартиру. Рассел остался с Мэри и Мэгги. Вскоре на пороге появился Сет с пистолетом в руке.

— Рассел, вы считаете, что мы не правы?

— Верни ему пистолет.

Удивленный, Сет остановился, но оружие Бел-снору не отдал.

— Спасибю, — сказал Белснор Расселу. — Мне пригодится твоя поддержка. — Он протянул руку к Сету. — Послушайся Рассела, верни пистолет. Он не заряжен. Я вынул все патроны.

— Ты кое-кого убил, — с мрачной рассудительностью произнес Сет.

— Он был вынужден, — возразил Рассел.

— Пистолет останется у меня.

— Мой муж хочет стать вашим руководителем, — вступила в разговор Мэри. — По-моему, эта идея не так уж плоха. Надеюсь, вы останетесь довольны. В Текеле Упарсине у него был большой авторитет.

— Почему ты не с ними? — спросил Белснор Рассела.

— Я знаю, что произошло. Твой поступок продиктован необходимостью. Надеюсь, мне удастся их убедить… — Он оборвал фразу. Белснор повернулся к остальным. Он не заметил, как у Сета вырвали оружие. Теперь Тагг криво улыбался и целился в Белснора.

— Отдай! — велел ему Сет.

Все закричали на Тагга, но он стоял неподвижно, не сводя с Белснора воспаленных глаз и дула пистолета.

— Теперь я ваш руководитель, — заявил он. — Голосования не требуется. — И добавил, обращаясь к троим мужчинам, что стояли вокруг него: — Идите к остальным. Ко мне не приближаться. Понятно?

— Он не заряжен, — повторил Белснор.

Сет выглядел сокрушенным — плечи поникли, на бледном лице прорезались морщины. Как будто он винил себя (да, наверное, так оно и было) за то, что позволил Таггу завладеть оружием.

— Я знаю, что делать! — Мэгги достала из кармана Книгу Спектовского.

Ей казалось, она нашла способ отобрать пистолет у Тагга. Наугад раскрыв Книгу и декламируя, она медленно двинулась к нему.

— Следовательно, можно сказать, что Бог-в-Истории проявляет себя в нескольких фазах. Первая: период Непорочности до начала деятельности Разрушителя Формы. Вторая: период Проклятия, когда Божество обладает наименьшей, а Разрушитель — наибольшей властью. Это объясняется тем, что изначально Божество не ожидало встретить Разрушителя Формы и оказалось застигнуто врасплох. Третья: рождение Бога-на-Земле, знаменующее конец периода Абсолютного Проклятия и Отдаления от Господа. Четвертая: период… — Мэгги подошла к Таггу почти вплотную. Он не двигался, пальцы побелели на рукоятке пистолета. Мэгги снова стала монотонно читать Священное Писание. — Четвертый период, когда Божество вступает в мир, дабы спасти страждущих и защитить все живое в Ипостаси Заступника, который…

— Назад! — прохрипел Тагг. — Не то убью!

— …который, несомненно, существует, но не в этом круге. Пять. Следующий, и последний Период…

Ужасающий грохот сотряс ее барабанные перепонки. Мэгги шагнула назад и ощутила острую боль в груди; ощутила, как легкие онемели от тяжелого удара. Вокруг нее все меркло, разливалась тьма.

«Сет Морли…» — подумала она и хотела произнести его имя вслух, но не смогла. И тут же услышала шум. Где-то вдали, во тьме, неистово пыхтело что-то огромное.

Мэгги осталась одна.

Пых-пых…

Теперь она видела цвета радуги, слитые в сияние, текущее, как жидкость. От него отделялись и катились к Мэгги справа и слева диски от циркулярных пил и зубчатые колеса. Прямо перед ней угрожающе пульсировала гигантская тварь. Мэгги слышала ее властный, гневный голос. Решительность чудовища пугала: оно не просило, оно требовало. Мэгги поняла, что означает это пыхтение: тварь пытается ей что-то сказать. Пых-пых-пых… Превозмогая боль, женщина в страхе воззвала:

— Libera me, Domine, de morte aetena, in die ilia tremenda11.

Пульсация не прекращалась, а беспомощная Мэгги медленно приближалась к Твари. Периферийным зрением она уловила нечто фантастическое: огромный арбалет со взведенной тетивой, а на нем — как стрела — Заступник. Внезапно Заступник понесся вверх, в самый маленький из концентрических кругов.

— Agnus Dei, — сказала Мэгги. — Qui tollis peccata mundi12.

Ей пришлось оторвать взгляд от пульсирующего водоворота и поглядеть под ноги. Далеко внизу — белая пустыня, яростный ветер, стремящийся похоронить скалы под снегом. Новый период оледенения… Мэгги даже думать было трудно, не то что говорить.

— Lacrymosa dies ilia, — прошептала она и захрипела; казалось, грудь превратилась в сосуд, наполненный болью. — Qua resurget ex favilla, judicandus homo reus13. — От этих слов боль как будто поутихла — значит, надо говорить на латыни (хоть она и не знала этого языка, даже не подозревала о его существовании). — Huic ergo parce, Deus! Pie Jesu Domine, dona eis reuieem14. Пыхтение не умолкало.

Мэгги сорвалась в бездну. Навстречу несся леденящий ландшафт преисподней.

— Libera me, Domine, de morte aeterna!15 — снова вскричала она. Но это не помогло. Лететь до дна пропасти оставалось считанные мгновения.

Зверь с широкими крыльями и шипами на голове и хребте, похожий на колоссального металлического дракона, взмыл навстречу и пронесся мимо, окатив Мэгги волной теплого воздуха.

— Salve me, fons pietatis16, — воззвала она к нему, без удивления узнав в нем Заступника, который вырвался из врат Преисподней к наименьшим, внутренним, кругам.

Вокруг нее расцветали красочные огни. Краем глаза заметив неподалеку алые сполохи и дым, она повернулась к ним и опешила: не тот цвет.

«Я должна искать чистое белое сияние ожидающего лона, в котором мне предстоит переродиться».

Теплый ветер Заступника повлек ее вверх. Цвета дыма и пламени остались позади, а справа она увидела яркий желтый свет. Как могла, Мэгги устремилась к нему.