Алексей Гравицкий - Напоминание

- Ну что, успокоился?

- Хи-хи-хи...

- Скажи теперь, но только без спецэффектов, кто ты такой на самом деле?

- А ты настырный. Ты уверен, что действительно, что действительно хочешь это знать?

- Да, и еще мне интересно зачем ты врешь.

- Уже много вопросов... Ну хорошо отвечу на все.

- Только честно.

- А я и не врал, я может быть не договаривал, но не врал. Я никто. Я ничто, но я все. Я везде и нигде.

Кстати, я это ты, часть тебя. Я твоя совесть, я мораль общества, я десять заповедей, я...

- Бог, - прервал тираду Сергей. - Хочу тебя предупредить: я не верю в бога.

- А во что ты веришь? Только не говори общих фраз - я вижу тебя насквозь.

Сергей открыл было рот, но запнулся и замолчал.

- То-то и оно! Вы не знаете во что вы верите. Иногда знаете, но душите эту веру, не говорите о ней, скрываете за общими фразами. Говорите, что верите в себя? Это благородно, это умно и красиво, но на самом деле в себя верят очень немногие, подавляющее меньшинство, да что там, хрен знает какая часть процента, почти ноль. Говорите, что верите в идеалы? Глупо! Меняются идеалы - меняется вера. Получается, что то, во что верили вчера, сегодня хаете и наоборот. И это называется взрослением. Говорите, что верите в Бога? Признаете свою слабость и открыто об этом орете.

Говорите, что не верите в Бога? Почти наверняка врете. Каждому из вас, кроме тех, кто верит в себя, хочется верить во что-то, что будет думать за вас. Верите в царя, в президента, в правящий класс, в высшую силу, в рок, в карму, в судьбу, в Иисуса с папашей и святым духом, в Будду. Хм, как сказал один из вас... давно, давно... хм, "кто верит в Магомета, кто в Аллаха, кто в Иисуса..." - что на самом деле одно и тоже.

Он замолчал. Сергей тоже молчал, ему почему-то стало тошно от этого разговора. Через некоторое время он (или оно?) продолжило:

- Но иногда, если вас загнать в угол, если вы теряете веру в нечто, которое говорит: "не убий," - и подразумевает: "не убий, а то покараю," вы начинаете верить в себя.

Так было в 1941 году. И что? Еще сотню-плторы лет вы гордились этим, вспоминали это, а потом забыли, забыли умышленно и стали верить в нового Бога - в науку, культуру, в прогресс. Я не скажу, что все это плохо, нет это хорошо, но вы опять потеряли веру в себя. Вы верите в механизм, в котором вы паршивые колесики и винтики. Вы называете тех себя, которыми были всего тысячу лет назад варварами, а ведь те пять лет, несмотря на весь ужас, на тот кошмар, с которым вы столкнулись, были золотым веком веры в себя. Вы побороли свою косность, вы пережили, вы поверили в себя, вы... Вы забыли все это, вы назвали, нет не назвали, заклеймили это варварством. А теперь, ха-ха-ха, теперь вы получили напоминание, и многие из вас теперь верят в себя, потому что больше верить не во что.

- Так значит...

- Так я надеюсь, что вы будите помнить это дольше, чем в прошлый раз, помнить и гордиться, и верить в себя, черт вас всех дери!

Сергей долго молчал, но он так и не продолжил свою странную речь, молчание тянулось и угнетало, потом Сергей не выдержал:

- Значит ты Бог? Создатель?

- Я никогда этого не говорил. Более того, я ничего не создавал, не разрушал и не контролировал.

- Похоже теперь придется поверить в Бога, - задумчиво протянул Сергей.

- Дурак! Ты что ничего не понял?

- Я понял, но... я же верю своим глазам.

- Веришь? Да я сам в себя не верю, я такой же, как и вы, только вы сотворяете себе кумира, а я верю в вас.

- Но как я могу не верить тому, что вижу?

- А что ты видишь? Молчишь? Так я тебе скажу, что ты видишь! Ты видишь сон во сне, а еще ты видишь зеркало и свое отраженное подсознание, с которым ты и споришь, и которое не понимаешь, а если и понимаешь, то загоняешь его обратно.

- Я...

- Я твое отражение, я твоя совесть, я супер эго. Хотя это определение и не очень ко мне подходит, но лучше вы все равно не придумали. Я откровение, которое приходит раз в жизни, - он резко перебил себя. - Все, хватит об этом! Ты хочешь знать, зачем я лгал, или где ты, или...

- Нет, мне это не интересно, теперь уже не интересно.

- Ты хочешь знать еще что-то?

- Нет... Хотя постой, да. Ты говорил, что для меня скоро кончится этот кошмар и еще что-то. Что ты имел ввиду?

- А ты не знаешь?

- Есть догадки, но я не хочу в это верить.

- Не верь. Догадывайся. На этот вопрос я не отвечу.

- Почему?

- Потому, что нет! Этого достаточно. Что еще?

- Ты показал мне мое лицо, теперь покажи свое.

- Нет!

- Да.

- Нет!

- Да!

- Нет!!!

- Да!!!

- Да? Да. Да! Да-а-а-а!!!

Зеркало помутнело. Замелькали неясные жуткие тени. Из того, что он видел раньше остались только глаза и дикий, мерзкий, истеричный смех. И снова все закружилось, и снова, куда бы он не посмотрел, он видел только глаза и слышал смех.

- Нет, - вырвалось у него.

- Да, - звучало со всех сторон.

- Нет! Нет! Нет! - Он бросился к зеркалу и схватил что-то, этим чем-то была черная резная трость. Воздух разрывал дикий смех. Рука Сергея судорожно сжала трость и швырнула в зеркало. Брызнули осколки.

- Кретин, - услышал он. - от себя не уйдешь.

И снова разрывая тишину и барабанные перепонки раскатывался и верещал истеричный смех. Все поплыло перед глазами...

... Он проснулся. Вокруг него быстро, как прошлогодний снег, таяли осколки зеркала. Вскоре осколков уже не было, но остался истеричный смех в мозгу, оставалась кровь на исцарапанном осколками лице, оставались разлад и разруха в душе, и они не собирались исчезать.

Через час он был переправлен в общую палату. Анджело ждал его.

- Скажи мне, Анджело, ты веришь в сверхъестественное существо, которое нами управляет? В Бога, например?

Анджело посмотрел на него как-то странно и покачал головой:

- Ни во что я не верю. Пошли лучше, мы тебя ждем, чтобы обсудить кое-что.

У Сергея внутри все оборвалось. Они что-то решили. Что? Однако боялся он зря.

- Мы решили поддержать твое предложение, - пояснил ему Анджело. - Хотя я лично не знаю зачем все это. Значит так, мы нажимаем кнопку, прибегает сестра с амбалами, амбалов вырубаем, сестра - это вообще не проблема, дальше каждый выбирается сам. Знаешь где выход?

- Нет, не совсем.

- Ладно, тогда ты пойдешь со мной.

Вопросы?

- Когда?

- Прямо сейчас.

- Как? А-а-а...

- А чего тянуть?

- Но надо же как-то подготовится.

- Тебе что, надо вещи собрать? Или хочешь при свете тусклой лампы начертить план побега, как в кино?

- Нет, но...

- Без "но". Ты заварил эту кашу, а теперь в кусты?

- Нет.

- Тогда бежим, - он подошел к двери и нажал красную кнопку.

Где-то вдали мерзко затрещал звонок, что-то хлопнуло, торопливо зашлепали шаги по коридору. Сергей стоял с глупо раскрытым ртом и хлопал глазами. Дверь распахнулась, вошла рыжая сестра, за ней два санитара. Сестра вопросительно посмотрела на Анджело, тот, пуская слюнявые пузыри, ткнул пальцем в Сергея. Сергей ничего не понимая смотрел, как два санитара надвигаются на него, хватают за руки, почувствовал, как его опускают на пол. Что происходит?