Наталья Литвинова - Плаза Лей

— Мэй Костров, с самого начала я не хочу недоразумений. Я думаю, мы понимаем друг друга.

Сергею не нужно было ничего говорить.

— Я всё понял, — бросил он, — вы можете быть спокойны на этот счёт.

Эт ушёл, но на его месте появился Чит.

— Эта мадам, она не позволит тебе спокойно жить.

— Её отец не допустит этого.

— Очень она слушает его. Эта штучка сильнее любого ТОПи.

— Да, ты прав. Пойдём — ка лучше домой.

— Сейчас нельзя. Подумают, что ты неучтив, да и банкет ещё не закончен.

— Если хочешь, оставайся, а я пойду.

Сергей развернулся к выходу, оставив, Чита с кислой миной. У самого выхода из президентских апартаментов, Сергея догнал один из приближённых Эта, Рум. Внешне, Рум мало отличающийся от Эта, потому что одевался всегда в такие же цвета. Сергей знал наверняка, этот господин подсиживает своего босса. Преградив путь Сергею, Рум заговорил прямо ему в ухо:

— Если ты хоть пальцем тронешь Ял, клянусь, что Эт вновь вспомнит все свои прошлые обиды, касаемые тебя лично.

Не дождавшись от него ответа, Рум исчез в толпе гостей, а Сергей, так и не удосужившись, повернуться к нему, вдруг задумался. Он нутром почувствовал, что вокруг вновь что-то затевается. Вот, не могут ТОПи жить просто так. Подавай им заговоры, революции, террор, и вновь нужно быть начеку.

Сергей вышел на площадь. Так и есть. У них тут "своя свадьба". Толпа подростков, их всего-то человек пятьдесят на всю станцию, отстаивает какие-то свои права. А именно на курение. К слову сказать, этой заразы у ТОПи никогда не было, но вредная привычка ещё двести лет назад стойко укоренилась среди молодёжи. Взрослых эта дурь не брала, а подростки под её влиянием стали почти неуправляемыми. Теперь вполне понятно, почему Эт запретил курение.

" Долой Эта, лишившего нас радости!" — кричали электронные плакаты, вспыхивающие неоновым светом. Каждая вспышка сопровождалась невероятным воплем, усиленным динамиками.

Сергей лениво взглянул на хронометр и засёк время. Минут через десять появятся служители порядка. А вот и Ял. Именно здесь ей и место. Он видел её совсем недавно, когда в очередной раз помогал полиции растаскивать самых буйных. Сейчас она ещё не успела переодеться, а тогда она была одета точно так же, как и эти ребята. Платья ТОПи не носили, но подростки позволяли себе иногда, что являлось действием не совсем пристойным и это тоже пришло вместе с земными фильмами. Только у ТОПи платья одевали даже парни, бесстыдно поднимая юбки. Антеннами им служили яркие лохматые парики, а лица были раскрашены серебристой краской, чтобы не сразу было понятно, кто есть кто. В самом центре группы возвышалась Ял, восседая у кого-то на плечах. В её руках сверкала палица, которой она размахивала из стороны в сторону. С каждым взмахом над её головой застывало изображение символа свободы — маленький ТОПи с крыльями, как у стрекозы.

Сергей шагнул в сторону демонстрации, но тут за руку его кто-то схватил. Это был Чит.

— Ты с ума сошёл, Мэй Сед, тебе мало одного инцидента?

— Я хочу предотвратить и второй. Что у тебя на щеке?

— Именно то, что ты думаешь. Пошли отсюда.

— Нет, постой.

Сергей огляделся по сторонам. Как это обычно бывает, вокруг такого "веселья" столпился случайный люд. На их глазах подъехала, так называемая, полиция с клетками, оставшимися ещё от землян. Подростков хватали по одному и заталкивали в клетки, но, похоже, те и не спешили покидать площадь. Забавляясь, они отбегали в сторону и вновь возвращались, до тех пор, пока их всех не переловили, словно бродячих собак. На это ушло минут десять не больше. После стали расходиться и разочарованные зеваки.

— А, мы идём домой, Мэй Сед?

— Мы идём в другое место.

Земной демократией в среде ТОПи даже и не пахло, но именно, благодаря частой смене вождей, иногда её проблески намечались. Приманкой одной из таких несуразиц и являлся человек по имени Тус. Тус являлся типичным представителем среды простолюдинов. Но были вещи, которые отличали его от других. Дело в том, что он никогда не ленился, он никогда не увлекался бодрящими химикатами и никогда не разделял людей на сословия, но это не главное. Главное, что он мог постоять за другого ТОПи, обиженного кем-то. А если нужно, даже прикончить обидчика. В среде ТОПи и это допускалось. Загадка, но Тус периодически избирается в парламент, при чём при любой власти. Иногда без его участия и переворот мог не состояться, как таковой. Он являлся специалистом по дипломатии, переговорам с народом и наоборот. Тайны, интриги, а так же запутанные дела, это тоже его хобби. Сергей давно понял, почему это Тус всё ещё живёт и здравствует, да потому что он нужен для любой власти, как вкусная косточка для народа. Своеобразный талисман удачи, который помогает безотказно и правителю, и простому Топянину. Именно к нему отправился Сергей вместе с Читом.

Ностальгия подступает каждый раз, когда Сергей появляется на полях станции. Где-то, его далёкая "Удача", затерявшаяся в глубинах времени?

Именно здесь, на полях Сергей нашёл Туса. Зачерпнув горсть земли, он размял её в руках, и тут же запах прелой земли ударил в нос. А, ведь это частица именно той самой голубой планеты.

— А, Землянин — крестьянин! — услышал Сергей голос Туса у себя за спиной. Роста он был невысокого, коренаст, одет попросту, без всяких опознавательных накидок. Ещё в самом начале, Сергей понял, что антенны он носил тоже для отвода глаз, чтобы не раздражать высокое начальство.

— Скажи Тус, ты всем помогаешь в жизни?

— Что за вопрос?

Тус уселся в кресло-качалку, стоящее на краю поля, тем самым, вновь напомнив Сергею о прошлой жизни.

— И даже молоденьким девушкам, запутавшимся в своих чувствах? — продолжал допытываться Сергей.

— Даже так, — подтвердил Тус и рассмеялся.

— И их отцам…

— Стоп! Я этого не говорил.

— Молчу на счёт отца. Дело сделано, что о нём вспоминать? Но вот дочь?

— Да! — воскликнул Тус, и, вскочив на ноги, нервно заходил перед Сергеем. — Да. Приходила одна на днях. Ну и что? Тут ведь не знаешь, что лучше для ТОПи, а что хуже.

— Не пойму я вас ТОПи, и что вам не живётся в нормальной обстановке? Что вам нужно от жизни, Тус?

— Да, жизни Сергей! Жизни! А что такое жизнь? Это всё: движения тела, ума, души.

— Хватит, я всё понял, — остановил его Сергей, разгадав его излюбленный философский приём. — Ты когда-нибудь в шахматы играл?

— Играл.

— С элкомом. То есть, никогда не выигрывал.

— Что ты хочешь этим сказать?

— А, то что, перед тем как сделать ход, что ты делаешь?

Опустив голову, Тус досадливо заговорил: