Станислав Коронько - Игрушка богов

Опустив голову, Тимур уставился на свои живот и грудь. Словно хотел увидеть эти волны. Восстанавливать после поездок верхом стало для него так естественно, что он даже не задумывался, как это происходит. Воспринимал это чудо как само собой разумеющееся. И даже не подозревал, что всё это время находится на связи с инкубатором. Нет, не на связи- на поводке. А вместо ошейника- петля-удавка. Пока идёшь куда ведут- всё нормально. Попробуешь свернуть, взбрыкнуть- петля начнёт затягиваться. Пока не задушит.

Тимур глубоко вздохнул, спросил:

— И как ты только это видишь?

— Не знаю. Когда хочу, начинаю всё видеть. Из чего вещи состоят, откуда ветер дует, как земля звучит. Знаю, когда и чем ты пошевелить хочешь. Прежде чем сам шевельнёшься. Знаю, когда люди неправду говорят. Животных понимаю. Могу огоньки из воздуха зажигать.

— А как ты Курца вылечила?

— Приказала веществу закрыть эту… трубку, по которой кровь текла. Потом приказала ему расти и закрыть рану.

Вопрос просился на язык. Но сформулировать его было пока что слишком трудно. Поэтому Тимур с глупейшим выражением лица спросил другое:

— А зачем ты собирала растения?

— В Курце были маленькие живые частицы. Они быстро росли. Поэтому надо было их отравить. А убивать их сама я испугалась. Могла повредить Курца.

Наконец Тимур определился. Вряд ли девочка имела понятие о молекулах и атомах, поэтому он постарался быть как можно более доходчивым.

— Вещество, которое ты видишь, состоит из маленьких круглых частиц? И они все разные?

— Да.

Внутри Тимура что-то оборвалось. Но всё же он нашёл в себе силы спросить:

— И ты можешь управлять этими частицами?

Не колеблясь ни мгновения, Диана с показной гордостью кивнула.

— Охренеть… — только и смог выдавить Тимур из пересохшей глотки.

Двенадцатилетний ребёнок- малограмотная, тщедушная девочка, пережившая насилие, потерю памяти, лишения, голод и людскую жестокость- мог видеть молекулярную структуру вещества. Мало того- она могла ею управлять!

Неудивительно, что Эзекиль так боялся Диану. Он ей и в подмётки не годился. Потенциально она была могущественней любого дракона. И её силы только начинали расти. Что она сможет творить вблизи башни вообразить, наверное, не мог и сам Эзекиль.

Следующий вопрос Тимур задавал с потаённым страхом.

— А ты, случайно, не можешь изменять эти частицы?

— Нет, — уныло ответила Диана. С мольбой в глазах уставилась на Тимура. Спросила: — Это плохо? Что я не умею это?

Лицо Тимура озарила улыбка.

— Нет, это очень хорошо. Такие вещи слишком опасны.

Обрадованная этими словами, девочка расцвела.

— Но, — строгим тоном произнёс Тимур, — никому не говори, что ты умеешь. И больше не используй свои способности. Пока я не попрошу тебя. Хорошо?

— Хорошо. Не буду. — Пройдя молча с десяток шагов, Диана свободной рукой дёрнула Тимура за рукав его свитера. — А чужие волны мне тогда принимать?

Тимур нахмурился.

— Что ещё за чужие волны?

— Кто-то шлёт нам волны. Другой. Чужой. Они бесполезны. Отражаются от меня и улетают обратно. Я их отклоняю, но это плохо у меня получается.

Сердце Тимура заколотилось с бешеной скоростью. Эзекиль! Следит, ищет. Возможно, его слуги уже близко.

— Нет, Диана, эти волны не принимай. И, если вдруг поймешь, как можно стать для них совсем невидимой, то стань такой.

— Хорошо, сделаю.

— Надеюсь, у тебя это получится.

На щеках девочки заалел румянец. Она кинула на Тимура кроткий взгляд и быстро выпалила:

— Спасибо, что защищаешь и переживаешь за меня.

Тимур задумчиво посмотрел на Диану. Печально улыбнулся, произнёс:

— Дурочка. Из-за меня ты теперь идёшь к существу, которое хочет тебя убить. Тут не за что благодарить.

— Но я должна туда идти. Я чувствую. Там моё место. Если не приду туда, мне будет плохо и больно. Поэтому спасибо, что ты рядом и хочешь помочь. У нас всё получится. Я знаю, я смогу защитить тебя.

Пока Тимур думал, что на это ответить, его опередил Курц.

— Эй, вы двое! — остановив неподалёку своего коня, крикнул он. — Нам ещё километров десять проскакать надо, а уже скоро темнеть начнёт. Если не хотите спать под открытым небом, давайте на лошадь. Потом продолжите.

— Как же он достал… — обречённо пробормотал Тимур. Обернулся, посмотрел в наглые глаза своего коня. Спросил: — И почему ты такой трясучий и неудобный?

— Потому что ты неправильно сидишь, — ответила Диана. — И ему из-за тебя тоже неудобно.

Словно в подтверждении этих слов, конь кивнул головой и махнул хвостом.

— Ишь какой неженка нашёлся… Неудобно ему из-за меня. А как я намучился, а?

— Подсади меня, — попросила Диана. — И садись впереди. Я тебя научу.

— Эй, вы! — В голосе Курца зазвучало раздражение. — Глухие что ли?! Я сказал, на лошадь и вперёд.

— Достал…

Глава 12

— Какой ты, однако, продуманный… — с восхищением и изумлением в голосе сказал Тимур, разглядывая место, где им предстояло провести ночь.

Сначала было непонятно, куда Курц привёз их и почему он так упорно уверял, что спать им придётся в тепле под крышей. Во все стороны простиралось всё то же безграничное поле, и только полоска леса исчезла за холмами- они спустились в низину и подъехали поближе к реке. Метрах в двухста от берега нашли довольно глубокий овражек. Он был подозрительно правильной круглой формы и имел гладкие, поросшие травой склоны. Словно и не овраг это был, а воронка, оставленная снарядом. Причем очень большим- не каждому снаряду под силу сделать в земле дырку глубиной метров пять и радиусом примерно в пятнадцать.

Курц спрыгнул с лошади, неся под мышкой свой меч, спустился в овраг. Отыскал в густой траве верёвку, потянул за неё- и кусок почвы квадратной формы вместе с растущей на нём зеленью отъехал в сторону, открыв ведущий вниз лаз. Землянка, самая настоящая землянка! Яма в земле и навес из досок или жердин, который был полностью засыпан почвой и уже сросшимся дёрном. Всё, что оставалось Тимуру, — удивиться.

Не меньше был изумлён и Себастиан.

— А мальчик-то хорошо подготовился, — слезая с лошади, пробормотал священник. Снял свою сумку, кинул её у ног, нагнувшись, принялся расстёгивать пряжку седельного ремня под брюхом своей кобылы. — Видать, всерьёз вознамерился до наместника добраться.

— Чую, нас ещё ждут сюрпризы, — произнёс Тимур, спрыгивая за Дианой с коня.

Советы девочки пошли ему на пользу. Поезда верхом показались Тимуру не таким уж и утомительным занятием, каким была ранее. Конечно, до лёгкости и непринуждённости настоящего наездника было ещё далековато, но теперь, по крайней мере, не болела поясница и не натирало кожу на бёдрах. А всего-то и надо было, что расслабиться и прекратить бояться вылететь из седла. Тут же посадка становилась правильной и толчки лошади гасились сами собой. Появлялось ощущение, что едешь, а не участвуешь в каком-то извращенном родео, в котором задача коня не стряхнуть, а утомить своего наездника мелко подскакивая на одном месте.