Роджер Желязны - Заря Амбера

— Если папа отстранит Локе от командования, это здорово нам повредит, — сказал Эйбер. — Солдаты любят его и готовы пойти за ним хоть в преисподнюю, если он позовет. В этом отношении Дэвину до Локе далеко. А тебя армия пока не знает и за тобой не пойдет. Потеря Локе станет для нас ужасным ударом.

— Да, в чем-то ты прав, — признал я.

— Ну так что же ты собираешься делать? — спросил Эйбер. — Расскажешь обо всем отцу или промолчишь?

— Не знаю! Если бы ты только смог узнать карту!

Я принялся в задумчивости расхаживать по комнате. До разговора с Эйбером — пока я считал, что виноват Локе, — все выглядело намного проще и понятнее. Теперь же, со слов Эйбера, выходило, что предатель — кто угодно, но только не Локе.

Но кто же?

Я вздохнул.

— Нет, заговоры и интриги — не моя стихия.

— И не моя, — отозвался Эйбер. — Они требуют массу терпения, а я нетерпелив. Если тебе нужен совет, поговори лучше с Блэйзе.

— С кем, с кем? С Блэйзе? — Честно признаться, совет Эйбера сбил меня с толку. — А почему именно с ней? Я думал, ты отошлешь меня к Фреде.

— Фреда тоже неплоха, но истинный мастер интриг у нас Блэйзе. Она знает обо всем, что творится в Джунипере.

— Блэйзе? — переспросил я еще раз, не веря собственным ушам. — Ты точно говоришь о нашей сестре Блэйзе?

Наверное, вид у меня был дурацкий. Во всяком случае, Эйбер не сдержался и хихикнул.

— Не вздумай ее недооценивать, — предупредил он. — У Блэйзе тут настоящая шпионская сеть. Она платит половине слуг.

— А как насчет второй половины?

— Вторая половина с ней спит.

Я фыркнул.

— Ну что ж, неплохой способ сэкономить. Блэйзе… Тут было над чем задуматься. До этого момента я не принимал Блэйзе всерьез. При нашей первой встрече у меня сложилось впечатление, что Блэйзе, конечно, знает, с каким нарядом какие драгоценности надевать, и вообще разбирается во всяких тонкостях придворного этикета, но этим ее познания и ограничиваются. Это, конечно, тоже по-своему важно, но мне от таких тонкостей ни жарко ни холодно. То есть это я тогда так решил. Возможно, я поторопился, сбросив Блэйзе со счетов.

Я уже почти поверил, что Эйбер прав и карту подкинули специально. А потом снова вспомнил цирюльника Инвиниуса. Он пробрался в замок с одной-единственной целью — убить меня. И кто-то рассказал ему, как я выгляжу, что собой представляю и что нужно мне сказать, чтобы усыпить мою бдительность.

Так кто же подослал ко мне Инвиниуса? И как он (или она) убрал тело из моей комнаты, умудрившись остаться незамеченным?

— Но я точно знаю, что в Джунипере есть предатель, — сказал я.

Эйбер изумленно уставился на меня.

— Что?! Кто это?

— Этого я пока не знаю.

И я рассказал ему, как Инвиниус пытался перерезать мне глотку. Пожалуй, этой тайной тоже стоило поделиться.

— Так вот почему ты так подскочил, когда я вошел к тебе с помощью карты! — сказал Эйбер. — Ты думал, что я зашел проверить, как все прошло.

— Ну, или завершить работу. — Я вздохнул и покачал головой. — Если бы тогда вместо тебя вошел Локе, сейчас все было бы гораздо проще.

— Тебе повезло, — медленно произнес Эйбер. — Будь это Локе, ты уже был бы мертв. Локе — наш лучший фехтовальщик.

— Ну, ты ведь не видел, как дерусь я.

Эйбер пожал плечами.

— Резонно, конечно. Но Локе — лучший боец, какого я только видал. Он учился у доброго десятка мастеров во Владениях Хаоса. Он рос, не расставаясь с оружием. В конце концов, его мать…

— Фреда упоминала о ней, — сказал я. — Что, еще какая-то разновидность адской твари?

— Леди Риасса де Лиор аб Ситалла — отнюдь не адская тварь.

— Так ты с ней встречался?

— Ну, официально мы друг другу не представлены… но да, я несколько раз ее видел.

Я пожал плечами.

— Ну, может, ты и прав. Иначе с чего бы отцу на ней жениться?

— Верно.

— И раз ты говоришь, что Локе — великий фехтовальщик, я готов поверить тебе на слово, хотя сам никогда не видел, как он работает.

— Прекрасно.

— Но я допустил ошибку — решил, что здесь мне ничего не грозит, и ослабил бдительность. Больше я такого не допущу. Никогда.

Эйбер прикусил губу.

— Предатель… до сих пор о таком даже речь не шла… Но на самом деле, свой резон в этом есть. Эта Тень очень, очень далеко от Владений. На самой границе тех мест, где еще можно пользоваться Логрусом. Здесь мы могли жить в безопасности… однако же нас поразительно быстро разыскали.

Я развел руками.

— Ну… и что же теперь?

— Блэйзе… — нерешительно произнес Эйбер.

— Судя по тому, что ты о ней говоришь, она с равной легкостью может оказаться ценным союзником и вероятным подозреваемым. Она легко могла провести Инвиниуса в замок и прислать его ко мне.

— Да, верно. Когда мы там сидели и пили, она тебя видела и знала, что тебе нужно привести себя в порядок. Но то же самое можно сказать и о Пелле, и о Фреде — да и обо мне. Или об отце, если уж на то пошло. Или о любом, с кем ты столкнулся в коридоре.

— Или о любом, кто видел, как я выхожу из экипажа, — сказал я, припомнив, какая толпа тогда окружила отца. Среди прочих там были Локе и Дэвин… и еще несколько десятков человек. И любой из них мог не вовремя что-нибудь сказать не тому человеку и тем самым подставить меня под удар.

Я вздохнул. Да, так мы ни до чего не доберемся.

— И что же нам теперь делать? — спросил я Эйбера.

— Расскажем Блэйзе о карте, которую ты нашел, — сказал Эйбер, — и о твоих подозрениях. Чем больше я об этом думаю, тем сильнее мне кажется, что Блэйзе сможет тебе помочь. А я поговорю с Фредой. Может, хоть кто-то из них найдет ответ.

— Только не рассказывай пока об адской твари, которая прикинулась цирюльником, — попросил я. — Я не хочу преждевременно раскрывать все свои карты.

— Хорошо… ты, пожалуй, прав. Придержи эти сведения. Возможно, они еще пригодятся впоследствии.

Я спустился на этаж ниже и отыскал покои Блэйзе. Ее служанка провела меня в гостиную, выдержанную в ярких тонах. Все вокруг было убрано живыми цветами. Моя сестра полулежала на небольшом диванчике. В одной руке она держала бокал с красным вином, а другой обнимала какого-то красавчика. Молодой человек поцеловал Блэйзе руку, косо посмотрел на меня и выскользнул через боковую дверь. Я молча посмотрел ему вслед, и мне вспомнилось язвительное замечание Эйбера — насчет того, что Блэйзе спит с половиной слуг. Это, конечно, преувеличение… по крайней мере, мне хотелось на это надеяться.

— Оберон, — произнесла Блэйзе, вставая. Я поцеловал ее в подставленную щечку.

— Блэйзе, ты сегодня очаровательна.