Фермер людей - Эдуард Сероусов

И в этот момент он услышал позади себя знакомый голос.

– Джон Слотер.

Он медленно обернулся. Перед ним стоял Даниэль Корпус. Один, без охраны, но с оружием в руке.

– Корпус, – кивнул Джон. – Пришли лично арестовать меня?

– Нет, – холодно ответил Корпус. – Пришёл лично убить вас.

Его глаза были полны ненависти.

– Вы всё разрушили. Всю систему. Весь порядок.

– Система была построена на лжи и страдании, – спокойно сказал Джон. – Она заслуживала разрушения.

– Вы думаете, что спасли этих… единиц? – презрительно произнёс Корпус. – Что дали им свободу? Но что они будут делать с этой свободой? Они созданы для одной цели – быть ресурсом. У них нет места в нашем обществе.

– Они найдут своё место, – ответил Джон. – Так же, как нашла Ева. Так же, как нашли тысячи других, сбежавших из системы.

Корпус покачал головой.

– Вы наивны, Слотер. Всегда были наивны. Думаете, общество примет их? Позволит им жить рядом? Есть за одним столом? Работать вместе? Никогда. Люди всегда найдут кого-то, кого можно считать ниже себя. Кого можно эксплуатировать без угрызений совести.

– Возможно, – согласился Джон. – Но теперь им хотя бы придётся признать, что это их выбор. Их сознательное решение – считать других менее достойными жизни. Больше не будет удобной лжи о том, что единицы – не люди. Больше не будет комфортного неведения.

Корпус поднял оружие.

– И за это я вас убью.

Джон смотрел прямо в дуло пистолета, чувствуя странное спокойствие. Он сделал всё, что мог. Даже если умрёт сейчас, правда уже разлетелась по миру. Его смерть ничего не изменит.

– Вам не выиграть эту войну, Корпус, – тихо сказал он. – Даже если вы убьёте меня, даже если вы убьёте всех нас – правда останется. И она будет разрушать вашу систему изнутри, медленно, но неумолимо.

Палец Корпуса напрягся на спусковом крючке.

– Прощайте, Слотер.

И в этот момент раздался другой выстрел. Корпус дёрнулся, его лицо исказилось от боли и удивления. Пистолет выпал из его руки, и он медленно осел на землю, держась за раненое плечо.

Джон обернулся и увидел Еву, стоящую в нескольких метрах с пистолетом в руках. Её лицо было решительным, но руки слегка дрожали.

– Я же сказала, что найду тебя, – просто сказала она.

За её спиной стояли Томас и несколько других членов "Человеческого Фактора", все вооружённые.

– Трансляция идёт по всем каналам, – сказал Томас, подходя ближе. – Корпорация пытается блокировать её, но наши специалисты постоянно меняют маршруты распространения данных. Правда расходится как лесной пожар.

Он взглянул на раненого Корпуса.

– Что с ним делать?

– Взять в плен, – решительно сказала Ева. – Он будет ценным свидетелем на предстоящем суде над корпорацией.

Корпус рассмеялся, несмотря на боль.

– Суд? Вы думаете, будет суд? Корпорация контролирует правительство, суды, полицию. Вы ничего не добьётесь своими "разоблачениями".

– Уже добились, – ответил Джон, указывая на собирающуюся вокруг них толпу людей. Обычных горожан, только что увидевших трансляцию, только что узнавших правду. Их лица выражали шок, недоверие, гнев – но гнев, направленный не на беглецов, а на корпорацию.

– Видите их? – спросил Джон. – Они знают. И теперь они не забудут. Не смогут вернуться к комфортному неведению.

Ева подошла к нему и взяла за руку.

– Пойдём, – тихо сказала она. – Нам ещё многое предстоит сделать.

Джон кивнул, чувствуя, как тяжесть многих лет падает с его плеч. Долгий путь от фермера людей к борцу за их свободу подходил к концу. Но новый путь только начинался. Путь к миру, где все признаны равными в своей человечности.

Он сжал руку Евы и вместе с ней пошёл навстречу будущему, которое они помогли создать.

Глава 21: Новый мир

Три месяца спустя Джон Слотер стоял у окна своего нового дома на окраине Нью-Детройта, наблюдая за восходом солнца. Ему всё ещё снились кошмары – о годах работы на ферме, о сотнях, тысячах людей, которых он отправил на "сбор". Но теперь эти кошмары приходили реже, и просыпался он не в холодном поту, а с тихой решимостью продолжать искупление.

Мир изменился после того дня, когда правда вырвалась наружу. Изменился не так быстро и не так полно, как хотелось бы, но всё же изменился. Первые недели были хаотичными – массовые протесты, беспорядки у зданий корпорации "Нутриенты Плюс", противоречивые заявления властей, пытавшихся одновременно дистанцироваться от корпорации и смягчить общественную реакцию.

Корпорация пыталась отрицать, затем преуменьшать масштаб, затем оправдывать необходимость. Но шквал доказательств был слишком мощным. Бывшие сотрудники, вдохновлённые примером Маркуса, начали массово разоблачать внутренние практики. Журналисты и активисты получили доступ к фермам и питомникам, публикуя шокирующие репортажи. Свидетельства бывших единиц, спасённых "Человеческим Фактором", не оставляли сомнений в истинной природе происходящего.

Под давлением международного сообщества и массовых протестов внутри страны правительство было вынуждено создать специальную комиссию по расследованию деятельности корпорации. Ведущие руководители, включая арестованного Даниэля Корпуса, предстали перед судом. Фермы были закрыты, единицы освобождены и признаны полноправными гражданами.

Но не всё было гладко. Общество, десятилетиями приученное считать "потенциал" чем-то меньшим, чем люди, с трудом принимало новую реальность. Были и протесты против интеграции бывших единиц, и случаи насилия, и экономический кризис из-за краха крупнейшей корпорации, и паника из-за временного дефицита продовольствия и медицинских ресурсов.

И всё же мир двигался вперёд. Новые технологии, ранее подавляемые корпорацией, начали заполнять пустоты. Синтетическое производство пищи и органов, более этичное и эффективное, получило мощный толчок к развитию. Международная помощь и сотрудничество помогли преодолеть острую фазу кризиса.

Для бывших единиц начался сложный путь интеграции в общество. Созданные "Человеческим Фактором" центры адаптации, психологической поддержки и обучения работали круглосуточно. Джон, Ева, Маркус и другие активисты посвящали всё своё время помощи тем, кто только начинал познавать жизнь вне модулей.

– О чём ты думаешь? – спросил тихий голос за спиной Джона.

Он обернулся и увидел Еву, стоящую в дверях. Три месяца свободы изменили её – она набрала немного веса, её раньше бритая голова теперь покрылась короткими волосами, в глазах появилось спокойствие человека, который наконец может не бояться.

– О том, как много ещё предстоит сделать, – честно ответил Джон. – И о том, как многое уже сделано.

Ева подошла и встала рядом с ним у окна.

– Сегодня открывается ещё один центр адаптации, – сказала она. – В Нью-Чикаго. Томас будет его возглавлять.

– Он справится, – кивнул Джон. – У него всегда был талант к организации.

– А в следующем месяце начинаются слушания по законопроекту о компенсациях, – продолжила Ева. – Маркус будет выступать