Владимир Михановский - НФ: Альманах научной фантастики. Выпуск 18

— Вы мистер Чарльз Гарденер, — сказал робот.

Чарльз поднял голову. Теперь все было поставлено на карту, наступил решающий момент.

— Да, — сказал он.

— Я знаком с вашей фотографией.

Чарльз молчал. Что дальше? Очевидно, робот чего-то ждал от него, в противном случае он продолжал бы говорить или делать что-нибудь. Машинам неведомо ожидание из-за размышлений или неуверенности. Может, он, Чарльз, должен ему дать какие-нибудь указания, приказать что-нибудь? Надо попробовать.

— Пожалуйста, принесите мне стакан воды! — распорядился он.

— Скажите шифр или покиньте мою квартиру! — ответил робот.

Шифр? Ага, это была та записка, которая лежала на столе Баткинса и которую он уже почти забыл. И которой у него сейчас с собой не было, потому что он оставил ее в пиджаке! Что там было? Буквы. Какие?

Взгляд ученого скользил по столу. Вот впереди вверх ногами лежит заполненный формуляр, и на нем стоят буквы — буквы той записки: ENIHCM. Фамилия робота, которую он сам написал на формуляре, только прочитанная наоборот из-за того, что он дал ему бланк подписать — вот пароль! Чарльз прочитал каждую букву в отдельности:

— E-N-I-H-C-M…

— Жду ваших приказаний! — сказал робот.

«Фу, ты! Слава богу! — подумал Чарльз. — Возможно, Баткинс специально запрограммировал робота, очевидно, на всякий случай или по предчувствию, чтобы он был также послушен и мне!.. А может, он предполагал однажды продемонстрировать свое произведение на полном ходу? Я никогда не узнаю этого!»

Чарльз снова обратился к роботу.

— Принесите стакан воды! — повторил он.

Робот беззвучно удалился на кухню и принес оттуда то, что требовалось.

«Итак, он в моем распоряжении! — обрадовался Чарльз. — А что я с ним должен делать? Для начала, видимо, мне надо изучить его или, точнее, запас знаний, который вложил в него старина Баткинс». После долгих расспросов Чарльз установил: из того, что в целом понимается как общее образование, у робота почти ничего не было, а в доме Баткинса ему были известны далеко не все помещения. Чарльзу пришла спасительная мысль. Всего несколько минут потребовалось ему, чтобы продумать этот план с точностью научного эксперимента.

Затем он дал роботу точные инструкции, стараясь все время правильно учитывать его знание и незнание, а это было для него пока еще уравнением со многими неизвестными.

— Это он, — доложил Чарльз, сидя снова в машине и рассказывая о шутке, которую сыграл Баткинс со словом «машина».

— Это очень остроумно, — высказался капитан, — но что вам удалось вытянуть из него?

— Немногое, — вздохнул Чарльз. — Но зато я сделал кое-какие наблюдения. Кажется, во время перестрелки в отеле ему задело левую руку. Во всяком случае, он избегает ею действовать. Я старался «работать» как можно дольше, обстоятельнее, но под конец он стал подгонять меня и сказал, что еще сегодня должен зайти в ремонтную мастерскую. Понимаете что-нибудь?

— Это значит, он собирается пойти в «крепость» Баткинса, — задумчиво проговорил капитан. — Но минутку, если в него действительно попали, как он мог потом вести машину?

— Я тоже не знаю, — сознался Чарльз, — хотя не забывайте, что он не из крови и мяса. Частично поврежденная машина иной раз может продолжать работу, пока совсем не сломается.

— Может, ему просто надо зарядиться энергией? — предположил репортер.

— Тоже вероятно, — согласился Чарльз, — во всяком случае, мы можем там схватить его в тот момент, когда он будет частично отключен.

— Прекрасно, — капитан был удовлетворен. — Но как мы проникнем к нему?

Чарльз мог бы ответить на это, но ему не хотелось, чтобы другие подумали, что у него на все есть готовое решение. Поэтому он сказал:

— Да, это проблема.

Он правильно поступил, потому что сержанту пришло на ум то, о чем давно уже думал сам Чарльз, составляя свой план.

— Понаблюдать за ним! — воскликнул Пинкертон. — Заметить, какие кнопки он нажимает. А еще лучше — сфотографировать!

— У вас, — повернулся капитан к репортеру, — наверняка есть камера, которая тотчас же проявляет снимки!..

— Да, но ею нельзя быстро снимать кадр за кадром. Лучше понаблюдать из двух-трех точек с биноклями, а потом сравнить результаты!

Теперь, когда все с таким пылом стремились принять участие а завершении охоты, Чарльз Гарденер решил, что пора немного остудить горячие головы.

— Все-таки я еще раз хотел бы предупредить вас об одной вещи, — сказал он. — Если он преждевременно обнаружит нас, может возникнуть опасность самоуничтожения. Нет, я ничего не узнал о нем в этом плане, но, повторяю, просто не могу поверить, что старый чудак не застраховал его таким манером.

У капитана вытянулось лицо. Он спросил:

— Можно ли в «крепости» двигаться относительно бесшумно?

Чарльз и репортер утвердительно кивнули.

— Тогда мы должны использовать этот шанс, — решил капитан. — Все зависит от точно рассчитанного по времени плана, который мы разработаем по дороге. Нужно только, чтобы мы узнали о моменте его выхода отсюда и вообще периодически получали сообщения в пути о развитии событий поэтапно.

Короткий разговор с полицейским управлением снова привел все в движение. После этого они поехали к «крепости».

Спустя какой-нибудь час они из укрытий наблюдали с разных сторон, как робот вышел из такси и подошел к двери «крепости». Одна рука у него действительно висела плетью. Они попытались определить, какие кнопки он нажимал, и Чарльз подумал, что теперь код станет известен всем, даже если бы тот «ошибся» в одном или двух местах… После того как робот вошел в дом и дверь за ним закрылась, они все вышли из своих тайников и собрались у входа в «крепость». Сравнение показало, что в наблюдениях были расхождения, так что набралось немалое количество вариантов — 27, которые предстояло перепробовать.

Девятнадцатый вариант оказался правильным: дверь открылась. Капитан, лейтенант с сержантом, репортер и Чарльз вошли, и дверь автоматически закрылась. Вскоре они достигли прихожей. Осторожно прокрались к мастерским, но там робота не оказалось. Капитан тут же показал рукой вниз, на пол, давая понять, что им надо спуститься в энергетический отсек. И тут же раздался глухой шум, свет погас.

— Скорее туда! — крикнул Чарльз.

Полицейские включили свои карманные фонари, и все, позабыв про опасность, ринулись вниз.

Но и там ничего не было — ни робота, ни каких-либо признаков разрушения.

— Мы должны обыскать весь дом! — приказал капитан. — Мистер Гарденер, ведите нас!

…Когда они открыли дверь в лабораторию высоких напряжений, в нос им ударил едкий удушающий запах. Посветив фонарями, они увидели, что между большими шарообразными электродами искрового разряда висело нечто съежившееся. И только несколько оплавившихся остатков материала напоминало о бывшем мистере Макхайне…