Генри Пайпер - Миры Бима Пайпера. Маленький Пушистик

Хотя суд был отложен на полтора часа, в зале уже негде было яблоку упасть — даже балкон был забит битком. Места для присяжных занимали офицеры в черной космофлотской и голубой десантной форме. Поскольку на сегодняшнем процессе присяжные отсутствовали, они решили, видно, что для них это самое подходящее место. В ложе для прессы была настоящая давка.

Беби с интересом разглядывал огромный экран, установленный за креслами судей. На нем, как в беспристрастном зеркале, отражалось все происходящее в зале. Когда начнется трансляция суда по телевидению, на экране появится то же, что увидят и многочисленные телезрители. Беби довольно быстро разобрался, что к чему, и его счастливый вопль и воздетые вверх ручонки засвидетельствовали, что он нашел на экране себя. В тот же момент хлопнула входная дверь, и на свои места прошествовали Лесли Кумбс, доктор Маллин со своими ассистентами Рут Ортерис и Хуаном Хименесом и Леонард Келлог.

В последний раз Джек видел Келлога в участке Джорджа Ланта с побитой мордой и обутого в старые мокасины, которые ему выдали вместо изъятых в качестве вещественных доказательств белых туфель, запятнанных кровью Златовласки.

Кумбс бросил взгляд на скамью напротив и, заметив Беби, радостно махавшего самому себе на экране, нахмурился и с возмущенным видом обернулся к Фейну, собираясь заявить протест. Судебный исполнитель отрицательно покачал головой. Кумбс попытался спорить, но, так ничего и не добившись, пожал плечами и проводил Келлога к отведенному тому месту.

Как только судья Пендарвис и его коллеги — круглолицый толстячок справа и высокий худощавый старик с седой головой, но черными как смоль усами, слева — заняли свои места, процесс начал раскручиваться с бешеной скоростью. После соблюдения необходимых формальностей слово предоставили Гасу Браннарду (который в данный момент выступал в роли обвинителя Келлога). Он быстро оттараторил, обращаясь к суду: «…известная под именем Златовласки… разумное существо, представитель разумной расы… сознательный и умышленный акт со стороны вышеупомянутого Келлога… жестокое, ничем не оправданное убийство…», вернулся на свое место, присел на край стола, взял на руки Беби и на протяжении всей пламенной речи Лесли Кумбса, обвинявшего Джека Холлоуэя в жестоком избиении вышеупомянутого Леонарда Келлога и безжалостном убийстве Курта Борха, самозабвенно играл со своим любимцем.

— Ну что ж, джентльмены, предлагаю теперь заслушать показания свидетелей, — объявил судья Пендарвис. — Кто вызовет их первым?

Гас передал малыша Джеку и выступил вперед, Лесли Кумбс моментально оказался рядом с ним.

— Ваша честь, — начал Браннард, — гвоздем всего процесса является вопрос: считать ли представителей вида Pushisticus pushisticus Holloueus Zaratustra разумной расой или нет. Однако, прежде чем мы приступим к его решению, нам следует с помощью свидетельских показаний полностью восстановить картину происшедшего в лагере Холлоуэя девятнадцатого июня шестьсот сорок четвертого года атомной эры. Лишь после этого мы сможем, основываясь на фактах, приступить к обсуждению статуса вышеупомянутой персоны по имени Златовласка в качестве разумного или неразумного существа.

— Я согласен, — кивнул Лесли Кумбс. — Большинство свидетелей должны были быть вызваны позже, но в целом я считаю, что предложение мистера Браннарда сэкономит нам время.

— А согласен ли мистер Кумбс оговорить в качестве особого условия то, что любое свидетельство в пользу или против того, что пушистики разумны, может быть применимо в равной мере и к вопросу о разумности вышеупомянутой персоны по имени Златовласка?

Кумбс на минуту задумался, но, решив, что здесь нет никакой ловушки, согласился. Один из судейских помощников прошел к свидетельскому креслу, сделал там необходимые приготовления и щелкнул тумблером: двухфутовый шар, укрепленный в изголовье, тут же загорелся ровным голубым светом. Первым вызвали лейтенанта Джорджа Ланта. Он сел в кресло, ему на голову надели блестящий шлем и присоединили электроды.

Лейтенант назвал свое имя и чин, и шар остался по-прежнему голубым. Потом ему пришлось немного подождать, пока Браннард с Кумбсом выясняли, кто будет начинать допрос. Наконец Гас залез в карман, достал оттуда серебряную монетку в полсола, потряс ее в ладонях и протянул сжатый кулак коллеге.

— Решка! — сказал Кумбс.

Браннард разжал кулак, глянул на ладонь и, нахмурившись, отступил.

— Итак, лейтенант Лант, — начал Кумбс, — расскажите, какую картину вы застали, когда прибыли в лагерь Холлоуэя?

— Там было два мертвых человека. Один из них — терранин, который был убит тремя выстрелами в грудь, а второй — пушистик, забитый до смерти.

— Ваша честь! — воззвал Кумбс. — Я вынужден настаивать на том, чтобы свидетель иначе сформулировал свой ответ, а его предыдущее показание было стерто из записи протокола. В данных обстоятельствах свидетель не имеет права именовать пушистика человеком.

— Ваша честь! — вмешался Браннард. — Возражения мистера Кумбса лишены законных оснований! Он не имеет права, в свете сложившейся ситуации, требовать, чтобы пушистиков не называли людьми: это равносильно тому, как если бы свидетель впредь стал именовать пушистиков животными!

Браннард завелся на пять минут. Джек начал рисовать в блокноте рожицы. Беби тут же отобрал у него карандаш и, держа его обеими руками, стал самозабвенно украшать лист каляками-маляками, похожими на те узлы, что он теперь завязывал на всем, что ему попадалось. Наконец суд сдался и потребовал, чтобы Лант, прибегая к тем словам, которые сам считает уместными, рассказал, по какой именно причине он в тот день прилетел в лагерь, что там обнаружил и какие принял меры.

Когда свидетель закончил, Кумбс сказал, что у него нет вопросов.

— Лейтенант, вы взяли Леонарда Келлога под арест на основании обвинения в убийстве, выдвинутого Джеком Холлоуэем. Отсюда следует, что вы восприняли заявление Холлоуэя как законное. Не так ли?

— Да, сэр. Я поверил, что Леонард Келлог убил именно разумное существо. Только разумные существа погребают своих мертвых.

Затем выступил со свидетельством Ахмед Хадра, потом выслушали еще двух патрульных, прибывших во второй машине, а также полицейского эксперта-криминалиста, проводившего сбор улик и делавшего фотографии на месте происшествия. После нескольких слабых возражений со стороны Кумбса Браннард вызвал Рут Ортерис, и та изложила свою версию убийства Златовласки, причин избиения Келлога и смерти Борха. Когда она закончила, главному судье пришлось постучать молотком, чтобы восстановить в зале порядок.