Антон Медведев - Сокровища негодяев

В моей голове начали появляться первые проблески понимания. Я вспомнил наш полет над лесом, встал с кресла и подошел к иллюминатору. Черт побери, да ведь нас обстреляли! Ну конечно, я ведь сам видел…

Я встал и подошел к злосчастному иллюминатору — и сразу же увидел на полу и на стене пятнышки крови.

— Могло быть и хуже, — тихо пробормотал я, возвращаясь в кресло. Даяна расслышала мои слова и улыбнулась.

— Ты так думаешь? А мне казалось, что хуже уже некуда.

— В каком смысле? — Я чувствовал, что Даяна что-то недоговаривает.

— В том смысле, что из-за наших повреждений мы можем здесь немного… задержаться. — Даяна одарила меня своей неземной улыбкой и засмеялась.

О черт! — я-неожиданно вспомнил о маленьких милых зверюшках. В самом деле, если мы задержимся, то мне несдобровать. Впрочем, не одному лишь мне — как только эта мысль, смазанная недавно выпитым спиртным, скользнула мне в голову, губы мои сами собой расплылись в улыбке.

— Тебе смешно? — удивилась Даяна.

— Ты даже не представляешь насколько. — Я тихо прыснул в кулак, подавив в себе истеричное желание расхохотаться.

— Похоже, тебя стукнуло немного сильнее, чем я предполагала, — В глазах Даяны мелькнуло легкое недоумение. — Думаю, тебе стоит немного прилечь.

— Полностью с тобой согласен, а посему спешу откланяться — у меня сегодня выдался не самый лучший день. — Я встал и пошел к двери, не забыв при этом прихватить по пути бутылку с остатками спиртного.

Проснулся я глубокой ночью. Все, кроме одиноко сидевшего в пилотской кабине Багзли, спали.

— Дежуришь? — спросил я охранника, усаживаясь в соседнее кресло.

— Да. — Багзли на секунду оторвался от книги, мрачно взглянул на меня и снова вернулся к чтению.

— Что с кораблем? Долго провозимся? — Я попытался разглядеть что-либо сквозь иллюминатор, но из-за света в кабине мне это не удалось.

— Еще не известно, завтра снимем панели обшивки, будет видно. — Багзли отвечал с видимой неохотой.

— Ладно, не буду отвлекать, дежурь… А я пойду еще вздремну. — Я встал, вернулся в свою каюту и вновь завалился спать.

Разбудил меня Гарри. Я открыл глаза и едва успел поймать брошенную в меня банку пива.

— Не расслабляйся, — усмехнулся Гарри. — Через двадцать минут завтрак, потом будем вкалывать. Оклемался?

— Уже лучше, — Я приподнялся на кровати, прислушиваясь к своему организму. Никаких особо тревожных симптомов я не заметил, а потому со спокойной душой открыл банку и с наслаждением припал к холодной жидкости. Гарри ухмыльнулся и вышел, предоставив мне дальше самому разбираться с похмельем.

Завтрак прошел без эксцессов, если не считать того, что жевать разбитым ртом было очень неудобно — не еда, а пытка. Но винить было некого, а потому я кое-как позавтракал, проглотил горсть таблеток — мало ли какая зараза может обитать на этой дрянной планете, и вскоре уже спускался по трапу «Горгоны».

Внешний вид корабля наводил на самые грустные размышления. Попадание сразу нескольких ракет не прошло даром, такого обстрела не выдержала даже активная броня — развороченный в нескольких местах борт был ярким тому подтверждением. Сквозь проломы хорошо были видны разбитые механизмы, оборванные жгуты проводов, смятые и искореженные трубы. Работы было много, и мне оставалось лишь надеяться на то, что нам удастся справиться со всем этим за пару недель…

Увы, доклад капитана о характере повреждений не оставил мне никаких шансов. Вечером мы собрались в кают-компании, чтобы обсудить итоги минувшего дня, — именно там и прозвучали печальные для меня новости.

— Будь мы на базе, ремонт занял бы не меньше десяти дней — это с учетом работы квалифицированных ремонтников плюс наличие специального оборудования. У нас же ничего этого нет, так что возиться придется как минимум пару месяцев.

— Другие варианты есть? — Голос Даяны звучал спокойно и расслабленно, она удобно устроилась в кресле и с удовольствием потягивала из высокого фужера цертариновый сок.

— Вряд ли — по крайней мере пока я их не вижу. Дело ведь не в запасных частях — что-то мы починим, без чего-то обойдемся. Просто слишком много работы — надо снимать броню и панели обшивки в двух отсеках, латать дыры, сращивать проводку. Шестой отсек трогать не будем — просто срастим коммуникации и закроем дверь, чтобы воздух не уходил. Но все равно меньше, чем в два месяца, мы не уложимся — слишком уж нас мало. Если бы мисс Стоунер не оставила на Мельхиоре весь экипаж «Горгоны», мы бы, конечно, управились быстрее…

Все молчали, и в этой тишине все отчетливо услышали тихие всхлипывания Клары. Мне тоже стало немного не по себе — судя по всему, жить мне осталось очень и очень недолго. Впрочем, человек всегда цепляется за соломинку — мне в голову неожиданно пришла довольно интересная мысль, и я поспешил ее обнародовать.

— А если у нас будет еще человек десять — пятнадцать помощников — сможем мы успеть недели за две, максимум три? — спросил я капитана, при этом Даяна удивленно подняла голову, а Гарри удовлетворенно щелкнул пальцами — видимо, до него сразу же дошел мой план.

— Может, и смогли бы — смотря кто эти люди… — Капитан замолчал, так как смысл моей идеи был весьма очевиден.

— Думаю, Макс, у тебя и у этой дурочки все еще есть шансы. — Даяна поставила бокал на стол. — Завтра с утра попробуем поискать экипаж «Анаконды» — не знаю, что у них там произошло, но вряд ли они откажутся нам помочь. А заодно и поищем кое-что для меня…

Мы вылетели на рассвете — Гарри занял пилотское кресло, Даяна сидела рядом, я удобно расположился на заднем сиденье. Шел дождь, Гарри вел глайдер очень осторожно, стараясь не попасть в поле зрения радара. Тяжелый радиационный костюм несколько сковывал движения, но в целом я чувствовал себя вполне удобно — голова не болела, многострадальная челюсть тоже не беспокоила. Я молча смотрел на проплывающий мимо унылый пейзаж, думая о том, что шансов выбраться живым из этой переделки у меня, по большому счету, практически нет — если меня не прикончат зверюшки, это сделает Даяна. Я ни на секунду не усомнился в том, что она решила меня списать, и отсутствие козырей в моих руках плюс поврежденный корабль делали этот приговор окончательным. Чем больше я над этим размышлял, тем яснее становился единственный оставшийся у меня вариант — прикончить Даяну, пока я еще в состоянии это сделать. Но и сразу делать это не годилось — быстрая смерть этой крокодилицы не принесла бы мне того удовлетворения, на которое я рассчитывал. Посмотрим, что даст нам этот полет — а там уж будет видно.

Индикатор радиоактивности показывал постепенное возрастание уровня излучения, а значит, мы двигались в правильном направлении. Гарри опустил глайдер еще ниже, и теперь по бокам машины то и дело скребли жесткие ветки. Я уже хотел было предложить Гарри посадить глайдер — подлетать ближе было опасно, когда он наконец опустил машину на землю.