Джон Бойд - Последний звездолет с Земли

Моряк приблизился к столику, за которым сидел Хагуд со своими гостями, и, увидев Хиликс, зарычал:

- Доктор, зачем ты прячешь эту гнедую кобылку?! Пора выпускать ее из загона!

- Ты слишком много выпил, - попытался урезонить моряка Хагуд.

- Что, ты смеешь утверждать, что я пьян? Я могу одним глотком опорожнить целую бочку водки, закусить тобой, а рукой землянина выковырять из зубов твои остатки!

Он остановился и положил тяжелую лапу на плечо Хиликс. Его оглушительный рев перешел в глухой рокот:

- Мадам, я знаю, земные женщины не умеют танцевать, но вальс - это совсем не трудно. Разрешите дать вам первый урок...

Халдан, даже не замечаемый напыжившимся моряком, поднялся и вышел на танцевальную площадку, услышав конец фразы Джона:

- Я всего лишь провинциальный моряк и редко бываю в городе. Но я с удовольствием преподам вам урок... - Он повысил голос и рявкнул Галапову: - Играй вальс!

В наступившей тишине отчетливо прозвучал голос Халдана:

- Потанцуй со мной, ты, сукин сын!

Под влиянием неожиданного вдохновения, причину которого юноша никогда не смог бы объяснить, Халдану пришло в голову, что рыжий гигант, должно быть, горячо и искренне любит свою мамочку.

- Что ты сказал, заморыш?

По обиженному, недоверчивому тону вопроса Халдан догадался, что его выстрел удался. Юноша повторил свое предложение, выделив последние слова.

Выстрел был не просто удачным, он угодил в самую десятку. Неправдоподобная скорость, с какой пьяный моряк ринулся в атаку, лучше всего свидетельствовала, что со времени царя Эдипа ни один сын не любил свою мамочку так сильно, как Джон Вайтвотер.

14

Внешне слабый и беззащитный, как газель перед разъяренным носорогом, Халдан приготовился к защите. Из аккордеона Галапова неслась синкопированная версия "Танца скелетов".

Когда стремительно мчащийся Вайтвотер готов был нанести удар, Халдан отскочил в сторону и подставил противнику ножку. Моряк проехал на животе через всю танцевальную площадку, врезался головой в пустые столики у стойки бара и разметал их, словно кегли. Сходство было столь очевидным, что кто-то из гостей крикнул:

- Браво! Вот это удар!

Послышались хлопки зрителей.

Вайтвотер поднялся, потрогал рассеченную губу и взглянул на окровавленные пальцы. Вид собственной крови привел его в бешенство. Все же он перевернул только три столика вместе с сидящими за ними гостями, когда, ловко направленный Халданом, полетел в другой конец зала.

На этот раз аплодисменты были более шумными.

Но, самое главное, юноше удалось завлечь противника в выгодную для себя позицию. Когда моряк в третий раз бросился на него, он поймал его вытянутую руку и провел бросок через плечо. Моряк перевернулся в воздухе, грохнулся об пол с такой силой, что его подбросило, и ногами вперед въехал в полыхающий камин.

Вопли боли, раздавшиеся из огня, были встречены публикой продолжительными овациями, а Галапов заиграл "Вилли, потанцуй со мной еще разок".

По-видимому, Вайтвотер все-таки извлек урок из этой краткой лекции. Теперь он не лез очертя голову, а медленно заковылял в сторону Халдана на подпаленных ногах, не делая необдуманных движений. Он приблизился, расставив руки, как клешни, и обхватил ими Халдана.

Халдан сунул голову в пасть льва. Все, кто сидел в зале и чьи симпатии были на стороне юноши, громко вздохнули, заметив эту ошибку.

Моряк широко расставил ноги для большей устойчивости и начал притягивать юношу к огромной груди, чтобы раздавить в железном объятии. Но в планы Халдана не входило быть раздавленным.

Он с силой ударил коленом вверх.

Вайтвотер рявкнул на несколько децибел громче прежнего, отпустил Халдана и схватился за пах. Юноша ребром ладони врезал ему по шее, и Вайтвотер как подкошенный рухнул на пол, задрожавший под его тяжестью.

Моряк скорчился и, держась за ушибленное место, застонал:

- Бросай платок... платок...

Халдан никогда прежде не встречал такого выражения.

Он обошел поверженного противника, который упал на правый бок, предоставив юноше возможность для удара ногой в подбородок. Халдан аккуратно нацелился носком сапога, готовясь нанести смертельный удар, в то время как Галапов играл "Добрые старые времена", а толпа в зале скандировала: "Оле! Оле!".

- Остановитесь, Халдан!

Это был властный приказ специалиста. Годами воспитываемая привычка к дисциплине заставила юношу замереть.

На залитую кровью площадку для танцев вышел Хагуд.

- Когда кто-нибудь просит платок, он признает свое поражение.

- Простите, - сказал Халдан. - Я не знал здешних обычаев.

- Вставай, Джонс. Мне надо осмотреть твой рот.

Моряк медленно встал на одно колено и с трудом поднялся, безропотно открывая рот.

- У тебя рассечена губа, а этот зуб едва держится. Иди домой и проспись. Завтра в десять я загляну к тебе.

Мотая головой и что-то бормоча себе под нос, полуконь, полуаллигатор неуверенно заковылял к задним дверям, ведущим на улицу.

- Похоже, вы быстро адаптируетесь у нас.

Хагуд взял юношу под руку и проводил обратно к столику.

Халдана немного трясло, но не от напряжения, вызванного дракой.

Значит, присяжные на Земле не ошиблись в своей оценке. Под тонкой оболочкой цивилизованности дремал необузданный дикарь, который сегодня порвался наружу. Он испытал радость оттого, что освободился от тормозов и мог дать выход скопившейся ярости. Он был готов убить Вайтвотера и сделал бы это с удовольствием.

Как только юноша сел за столик, Хиликс спросила ледяным тоном:

- Это было так необходимо?

- После сна я очень раздражителен.

- Бедняга только хотел потанцевать со мной. Согласна, его поведение выглядело несколько грубоватым, но в том, что он говорил, была какая-то поэзия.

- Только хотел потанцевать с тобой?! - Халдан взглянул на девушку с недоверием. - Не будь наивной! Если тебя так захватила его поэзия, я готов хоть сейчас приволочь тебе этого мерзавца. Можешь провести брачную ночь с ним!

- Да, вы наверняка быстро приспособитесь к нашим условиям, - с непонятной грустью проговорил Хагуд.

- Что-то ты слишком агрессивный!

В голосе Хиликс звучал упрек, но в глазах светилось удивление и блеск, напоминающий его собственный дикий взгляд. Это она, а не он приспособилась к Аду так быстро, словно родилась здесь.

- Доктор Хагуд, вы, наверное, устали и хотите вернуться к жене и двенадцати детям, из которых к тому же восемь ваших. Так что мы с Хиликс просим извинить нас и отправляемся спать.

- Я еще не знаю, пойду ли вообще с тобой, - возразила Хиликс. - Я тебя боюсь!