Кэролайн Черри - Гордость Шанур

— Провалиться бы вам. — Пианфар пробежала пальцами по клавишам компьютера и вывела на экран графический курс «Гордости». — Вот маршрут.

Динамик разразился махеновским оханьем и шипением.

— У вас плохо с головой, хейни? Нужно сойти с ума, чтобы возвращаться сейчас таким путем!

— Это наш обычный курс. Чем он вам не нравится?

— Вы, должно быть, шутите?

— На причале остались кифские корабли, — сказала Пианфар вместо ответа. — Наверняка они двинутся вслед за нами. Вы уведомили об этом патруль?

— Конечно.

— Что ж, — пробормотала Пианфар. — Вы получили кассету, наш курс и необходимые предупреждения. В общем, не скучайте.

— А…

Пианфар выразительно взглянула на Хэрел, и та прервала связь. Шур запросила станцию:

— Обеспечьте нам приоритетный вылет.

— Да, «Гордость Шанур».

На мониторе компьютера быстро замелькали данные, свидетельствовавшие о том, что станция принялась расчищать путь для хейни, уводя в сторону все другие корабли. Хэрел запустила программу расстыковки. На главном экране появилось графическое изображение зоны Кирду, и Герен занялась корректировкой курса. Вскоре последнее сцепление «Гордости» с шумом убралось внутрь, и Пианфар громко объявила:

— Взлетаем!

Звездолет мягко оторвался от причала и под завывание внешних двигателей и внутренних генераторов, тут же начавших нагнетать искусственную гравитацию, стал медленно разворачиваться, чтобы лечь на курс. «Махиджиру» и «Аджа Джин» находились чуть поодаль.

— Капитан, станция уведомляет нас о том, что кифы также поднялись в воздух, — доложила Шур.

— Их не видно на экране, — заметила Герен.

Пианфар приступила к активации защитной оболочки, и через несколько минут компьютер уведомил ее о том, что корабельное оружие готово к действию.

— Хэрел, — бросила она через плечо, — следи за махенами — они не должны оказаться у нас на пути. Я не хочу, чтобы мы случайно подстрелили кого-нибудь из них.

— Надеюсь, они этого тоже не хотят, — съязвила Хэрел.

— Хм.

— А вот и кифы, — сообщила Герен. — Экран номер два.

— Где там наш эскорт? — хмуро поинтересовалась Пианфар. — Командный, свяжитесь с ними.

— Эскорт движется рядом с нами, капитан, — заверила ее Шур. — Сейчас они разговаривают со станцией.

— Ясно, — буркнула она и, не удержавшись, метнула быстрый взгляд на монитор, чтобы удостовериться, что махены действительно находятся на месте.

Гравитация тем временем продолжала нарастать, и Пианфар пришлось предпринять основательное усилие, чтобы заставить свою руку слушаться. На минуту она искренне позавидовала кифам: они никогда не переживали подобных ощущений, так как начинали принимать сильнодействующие препараты еще до старта.

Шанур снова подумала о Золотозубом и его приятеле Джике и призналась себе, что совсем не понимает махендосет. Торговать с простыми коммерсантами было одним делом, но вычислить тайные замыслы махе вроде Стастебураны — совершенно другое! Она нисколько не сомневалась, что и «Махиджиру», и «Аджа Джин» и вправду занимались бизнесом, но картинка, которую она наблюдала, окончательно убедила ее в том, что бизнес является отнюдь не единственным их занятием. Ну зачем бы обычным торговцам понадобилось снимать со своих кораблей грузовые отсеки, цеплять на них дополнительные ускорители и удлинять крылья? Любопытным было и то обстоятельство, что изображение обоих звездолетов хорошо вырисовывалось лишь до тех пор, пока они не стали разгоняться, а потом…

— Хэрел, посмотри: махены перемещаются на такой скорости, что наш сканер успевает выводить их на экран только в качестве каких-то непонятных штрихов.

— Я уже обо всем догадалась, капитан, — ответила та.

Это было что-то новое. С момента вступления в Соглашение махендосет не использовали корабли типа кифских гонщиков. Кончики усов Пианфар дрогнули так, словно она унюхала нечто скверное: «Махиджиру», рыскавший в районе Центральной, на самой границе зоны стишо…

Что он там искал? Сплетни? Его команда находилась в доке, уйдя с головой в мелкий текущий ремонт, пока сам он заключал вполне безобидные сделки, но… право же, махены были ничуть не глупее кифов и в случае необходимости могли разыграть и не такое шоу.

— Этот золотозубый ублюдок уже тогда все знал, — процедила Пианфар.

Хэрел ответила ей обеспокоенным взглядом.

— Кненны, — сказала вдруг Герен.

И вправду: на экране появилось целое скопление кненнских звездолетов, большинство которых пребывало в неподвижном состоянии.

— Боги! — воскликнула Шур. — Мы летим прямо на них!

— Не отвлекайся от кифов, — велела ей Пиан-фар. — На пульте, присмотрите за кненнами.

Тирен перевела картинку с паукообразными на свой монитор, и очистившийся экран центрального отсека тут же выдал изображение кифов.

— Капитан, мы засекли кненнов, — раздался из динамика голос Золотозубого.

— Мы рады за вас. Послушайте, махе, что вам известно? Что вы выясняли на Центральной?

— А разве нужно выяснять очевидное?

— Капитан, — позвала Тирен, — расстояние между нами и махенами сокращается.

Пианфар это видела. Она поскребла когтями по рукоятке переключателя скоростей.

— Эй, махе, мы идем на взлет, так что освободите нам поле. Я не хочу задерживаться в зоне Кирду ни на минуту.

— Пожалуйста.

Она выжала рычаг до отказа, и картинки на экране стали быстро сменяться, свидетельствуя о том, что «Гордость Шанур» стремительно понеслась вперед, оставляя позади себя и собственый эскорт, и ма-хеновские патрульные корабли, и кифов.

— Капитан, все системы корабля работают нормально, — доложила Хэрел.

— Соберитесь, — предупредила Пианфар. Она запустила программу подготовки корабля к прыжку, подавила тут же накативший приступ тошноты и сконцентрировала внимание на контрольном табло, начавшем мигать по мере того, как электроника «Гордости» стала переходить к другому режиму функционирования.

— Приборы работают нормально, — сообщила Хэрел. — Прыгаем?

— Да. — Пианфар взглянула на экран — «Махиджиру» и «Аджа Джин» изрядно отстали, и это ее вполне устраивало: для того чтобы прикрыть «Гордость» с тыла, им было вовсе не обязательно сидеть на самом ее хвосте, а вот в случае засады… Практика показывала, что первый корабль имел шанс проскочить и весь огонь атаковавших обрушивался, как правило, уже на второй и третий. Что ж, махены были в состоянии о себе позаботиться. Она искренне пожелала им всего наилучшего, несмотря на то что они постоянно пытались ее надуть и их цели не имели ничего общего с ее собственными. «Удачи! — мысленно сказала она Золотозубому. — Удачи вам, господин лжец!»