Валерий Быков - Книга власти.

-А если кто-то не хочет стать поселенцем, можно ли отказаться?

-Нет, нельзя. Этот город был основан ради того, чтобы стать источником поселенцев, и каждый месяц создавать новое племя. Мы как женщина что рожает потомство, может ли она не рожать, если племени нужны новые воины? Нет, не может. Женщина обязана рожать, она рожает детей и существует ради этого, наш город существует, чтобы рожать новые племена. Вы все здесь живёт в богатстве, роскоши и безопасности, имеете вещи, которые никто там за стеной не имеет. Еда, безопасный ночлег, защита, предметы и инструменты, одежда. Хотя многим из вас ради этого приходится много работать, но вы всё равно живёте намного лучше тех, кто живёт там за оградой в лесу. Вы должны уметь ради общего блага отказаться от всего и уйти отсюда, и жить как все, сражаться. Это наш долг перед другими людьми и мы не имеем права выбора.

-Мы понимаем год, сообщи нам завтра свою волю, мы все будем за, никто не хочет уходить. Мы очень ценим твоё мудрое и справедливое правление, если кто-то ради будущего всего города должен уйти за ограду, пусть так и будет. Тем более, поселенцы не изгои, они те, кто должен построить новые города, такие же, как наш, там за стеной. Это просто их работа ради общего будущего, и они не умрут. Там за стеной тоже есть жизнь, охотники иногда охотятся в лесу по нескольку дней, и им даже нравится.

* * *

И я начал создание первой партии поселенцев. Их надо было основательно подготовить, хотя я и разбавил часть группы охотниками, которые часто бывали за стеной и понимали что такое лес. Но я не мог отправлять в новые земли только охотников. Во-первых, так охотников просто не хватит, обученных и хорошо подготовленных людей не так уж много на самом деле, чтобы по 20-25 человек зараз отправлять каждые несколько месяцев. Во-вторых, поселенцы должны уметь не только охотиться, среди них должно быть минимум два строителя, что построят стену нового поселения и выжгут лес. И нужны ремесленники, что будут делать оружие охотникам, а также инструменты и простую одежду, а потом передадут свои навыки потомкам. Необходимо было отправить с ними и земледельца, который научит всех выращивать зерно. И конечно во главе группы должно идти минимум два моих отпрыска, причём желательно постарше, не моложе двадцати лет. Эти будут руководить группой, следить, чтобы все работали, и воспитывать детей. Я всё же надеялся, что сформированные мною семьи вырастут в крупные племена, а не в 50 человек. Эти семьи должны в будущем составить достойную глобальную конкуренцию усиливающимся неандертальцам. А я знал, со временем неандертальцы будут усиливаться всё более и более. И конечно, в племени должен быть один кадровый военный, пусть даже не гвардеец, но человек, который хотя бы понимает, как вести бой вообще, или обеспечивать безопасность поселения от неожиданной атаки, и его тоже надо заранее подготовить, и не только вести бой, но и вообще, в принципе жить в лесу.

Я выбрал первый отряд поселенцев и лично стал их учить. Это было не просто, надо было подготовить людей мастеров на все руки. И надо было многое им объяснить, например, поселенцы должны были не только сами уметь всё делать. Но они должны были передавать все навыки своим детям. В связи с чем я проводил не только практические уроки на природе, но подолгу объяснял им, внушал, почему и как они должны всё говорить своим потомкам. Надо было передать им мысль, что они должны всему научить своих детей, и дети их детей тоже должны были передать все знания следующим поколениям. А ещё я делал большую ставку на то, что поселенцы смогут сразу создать более крупное племя. А размер племени играет большую роль, более крупное племя при всех прочих равных факторах, всегда имеет более высокий уровень развития.

В общем, прошло три месяца, и первые поселенцы покинули наш город навсегда. Мы устроили им масштабные проводы, почти все жители города собрались напротив центральных ворот в поле снаружи, и, создав живой коридор, провожали этих людей навсегда. Да, церемония была пышной, раньше мы никогда так не делали, разве что, когда хоронили Тода, но то было в предыдущем городе, и мои современные граждане про это не знали. Итак, мы отдали им честь, и поселенцы навсегда покинули мой город. И впервые за многие столетия, поселенцы покидали мой город не тайно, не украдкой, они не бежали, а ушли сами, официально, с моего разрешения и с моей поддержкой. И в этот раз это были не случайные люди, которые, схватив, что под руку попалось, бежали от нищеты. Эти уходили организованно, они были подготовлены и знали что делать. Я даже примерно наметил, куда им идти. И они знали с чем могут столкнуться. Я предупредил, что они должны делать ограду не только против зверей, но и против неандертальцев, которые могут стать новой угрозой. Периметр поселения должен быть устроен так, чтобы в случае неожиданной атаки врага, дать его жителям хотя бы минуту времени, на подготовку к бою. И я знаю, они сделают всё как надо.

А уже этим же вечером город жил своей обычной жизнью, люди отдыхали у костра, возвращаясь с работ, и все были счастливы, а я продолжил подготовку ещё одной группы, что должна также отправиться прочь через месяц. И никто не был мной недоволен, всех всё устраивало, прошло тридцать с лишним лет после создания города, а кризисных тенденций не было. И я провёл расчёты и прикинул, что на самом деле город с населением 1200 человек не может формировать новую семью каждый месяц. И я решил снизить долю детей, что подвергались уничтожению. Я наметил следующий этап, решив увеличить население города до двух тысяч человек.

На следующее утро я огласил свою волю, и сказал, что надо расширить площадь города вдвое, и вырыть ещё одну туалетную яму рядом с действующей. Я распределил людей на работы, и сам стал наблюдать за строительством, и никто не роптал. Прошло несколько дней тяжёлого напряжённого труда, и мы увеличили площадь города вдвое, теперь она стала просто огромной, 200 на 100 метров. После чего строители построили ещё двести землянок и шалашей, и ещё немного места осталось. И те, кто раньше жил плотно стали переселяться в новые домики. Впрочем, что плохо, дома распределялись методом самозахвата, и лишь иногда я регулировал спорные вопросы. В связи с чем, жильё делилось мягко скажем не совсем справедливо, сильному больше, слабому меньше.

Мы продолжили расширение поля под земледелие, со временем оно стало совсем огромным. Теперь выйдя из ворот города, я мог наблюдать опушку леса лишь вдали. И ещё я заметил важную математическую особенность. Теперь, хотя общая численность охраны от диких зверей на поле стала больше, поскольку размер поля стал больше. Но количество охраны на единицу площади в принципе уменьшилось, и это важный фактор. Значит, по мере роста поля, производительность будет расти.