Александр Матюхин - Абсолютное правило

И почему мне вдруг стали так нравиться игроки Зари? Уж не я ли день назад ненавидел их и хотел во что бы то ни стало выбраться из всей этой проклятой Игры и вновь начать жить нормальной жизнью? Наверное, сумеречные объединили нас. Сумеречные и их жажда к искоренению человечества. Иначе, наверное, и быть не может.

Я отступил на несколько шагов назад.

Только бы не переборщить и не оступиться. А то улечу вниз головой в стеклянные сугробы, и конец мне — спасителю человечества.

Замечательный получится итог — пережить взрыв здания и разбиться только из-за того, что поскользнулся на каком-нибудь обломке от оконной рамы.

Впрочем, зачем думать о плохом? Как выйдет, так и выйдет, тут уж ничего не изменишь.

И я побежал.

Три метра…

Два… Вот я уже вижу неровный конец обвалившегося бетонного пола… провод… только бы дотянуться и успеть схватить… только бы…

Ноги оторвались от пола! Я подпрыгнул, вытягивая руки, стараясь зацепить, ухватиться…

На мгновение мне показалось, что я просто повис в воздухе. Бесконечно долго, навечно, замер между землей и небом…

Дотянуться бы… Ну, еще немного…

Провод приблизился, и я уже цеплял его кончиками пальцев.

Крепче! Еще крепче!

Следом за руками последовало и все тело. Со всей силы я врезался в противоположную стену! Вывихнутое недавно плечо вновь вспыхнуло чудовищной болью, и теперь я точно расслышал, как что-то внутри громко хрустнуло. В глазах потемнело, и я уже не смог удержать провод, поехав по стене вниз!

Чересчур сильно разбежался, не рассчитывал, что стена все же ближе, чем казалось!

Дернулся.

Повис.

Я задрал голову, пытаясь понять, где нахожусь.

Хорошо еще, что сильно подпрыгнул. Перемахнул чуть выше окна и поэтому съехал ненамного. Подоконник был прямо над самой моей макушкой. Надо было всего-то поднять вверх руку, уцепиться за него, подтянуться и залезть. Правда, одна моя рука безвольно висела вдоль тела, а второй я крепко сжимал провод.

Вопрос — чем хвататься?

И вообще, что делать? Ведь надо было торопиться.

— Отталкивайся ногами от стены и подтягивайся! — Сом шипит сверху.

Я увидел его неровный силуэт на краю бетона. Рядом — Вероника.

Я чуть оттолкнулся ногами и, отлетев вбок от стены, рывком подтянулся.

Получилось, хоть и болезненно для ладони, но все же довольно ловко. Вновь подлетев к стене, я обнаружил, что достал до подоконника носом. Стекол в окне не было, и внутри царила сплошная темнота. Правда, не настолько сильная, чтобы нельзя было обнаружить, что догадки Сома оказались верны.

Я улыбнулся — бетонная лестница с обшарпанными и сбитыми ступеньками уходила вниз, исчезая за лестничным пролетом. Осталась самая малость — влезть.

Я повторил свой трюк еще четыре раза, прежде чем смог перевалиться через подоконник в приятную прохладу черного хода. Жар горящего здания досюда не доставал, и я почувствовал, как остывает пот на моем теле.

Отлично.

Отдышавшись, я поднялся с пола и подошел к двери ударил по ней ногой. Дверь с жалобным стоном слетела с верхних петель и повисла на нижних, открывая мне обзор. Горящая полка с той стороны шумно рухнула на пол, и потребовался еще один хороший удар, чтобы откинуть ее в сторону вместе с оторвавшейся окончательно дверью.

Проход освободился.

— Отлично! — Сом был краток. Он подхватил бесчувственное тело Евгения Валерьевича (и откуда столько сил взялось, интересно?) и последовал вслед за Вероникой в мою сторону. — Что с рукой-то?

— Это плечо. То самое, которое я вывихнул в парке, а потом еще раз в метро. Сейчас, кажется, сломал окончательно.

— Ничего не бывает окончательным, поверь мне, — сказал Сом. — И это вылечим, главное — добраться до безопасного места. И все-таки оно у тебя не сломано. Иначе ты бы не стоял сейчас здесь передо мной с таким идиотским выражением на лице.

Я усмехнулся. Сом все же умел иногда поднимать настроение.

— Сейчас выйдем на улицу и где-нибудь затаимся. Должен появиться Вася, — сказала Вероника. — Если через полчаса его не будет, тогда постараемся выбраться самостоятельно.

— Полчаса может быть слишком много, — пробормотал Сом. — Сумеречные тоже не дураки и скоро догадаются, что к чему. Перекроют дороги, и тогда нам не выйти.

— Хорошо, тогда пятнадцать минут.

Внизу виднелось черное отверстие прохода. Двери никакой не было.

За секунду до того, как мы спустились на последний лестничный пролет, я вдруг подумал, что в темноте вполне могут скрываться сумеречные, додумавшиеся, что это неплохой способ побега.

Но ничего не произошло.

И слава богу!

Мы вышли на улицу и тотчас свернули в первый же проулок.

Где-то вдалеке громко выла сирена. Никогда не разбирался в них — может, пожарная, а может, и милицейская.

Снизу то, что осталось от магазина, показалось еще более ужасным, чем расстрелянное метро. Никогда не думал, что доведется увидеть такие разрушения. Цитадель, а вернее, то, что осталось от нее, по-прежнему скрывалась под широким облаком пыли и дыма, подни4 мающимся столбом к небу.

Соседний дом, за стеной которого спрятались мыг тоже был поврежден. У него отсутствовали часть крыцн| и кусок верхнего этажа.

— Интересно, остался хоть один дом, который не зацепило?

Сом пожал плечами: "Разве это сейчас важно?"

Совсем недалеко от нас проехали две белые "шестерки" с затемненными стеклами. Мы прошли еще глубже в переулок, куда не доставал свет, и затаились.

Сом усадил Евгения Валерьевича у стены, а сам пошел к центральной дороге, в начало переулка, чтобы высматривать Васю.

Честно сказать, я не сильно надеялся на то, что Вася появится. Только тот его необычный дар еще оставлял надежду, хоть и верилось с трудом.

Прямо около магазина с визгом остановилась какая-то машина. Хлопнула дверца, и захрустело под чьими-то подошвами стекло.

Сом впереди вжался в стену.

— А я тебя вижу, — вдруг сказал кто-то и из-за угла прямо на Сома выскользнул чей-то силуэт.

Вероника подскочила как ужаленная, выхватывая пистолет. Я тоже резко, насколько это позволяла боль в плече, поднялся.

Сом не успел отреагировать. Фигура крепко обхватила его в объятия и чуть оттащила в глубь переулка:

— Увидят же, идиот! — вновь воскликнул голос. Вася?!

Черт возьми, да это же был не кто иной, как Вася!! Он отпустил Сома и подбежал к нам. Обнял Веронику, не сводя с меня взгляда чуть прищуренных глаз.

— Ну, ты даешь, парень! — Только сейчас я заметил в его руке транстерминатор. Хотя, зачем он ему? Он же все равно в любой момент может стать информацией.