Олег Мушинский - Нф-100: Мародеры

— Но башню всё-таки собрали, — заметил "боровичок".

— И, кстати, правильно собрали, — поддержал его Глеб. — Там почти ничего править не пришлось.

— Да если чертежи есть, наши инженеры что хочешь соберут, — похвасталась Кира. — Ну, чертежи, конечно, ваши позаимствовали.

— Наши чертежи без псионика не прочитаешь, — сказал Глеб.

— Мы и сами грамотные.

— Да дело не в грамоте, а в способности подключиться к мозгу данных, — возразил Глеб.

Кира удивленно повернула к нему голову.

— К какому мозгу? Стопку чертежей любой слесарь развернуть в состоянии.

— Какую стопку? — в свою очередь удивился Глеб. — Мы не делаем бумажных чертежей. Все данные хранятся в рабочем мозге, в его блоке памяти, и извлекаются прямо оттуда в мозг сборщика. Так удобнее.

— А если сборщик — не псионик?

— Любой техник — в какой-то мере псионик.

— И я — псионик, — с ноткой гордости сообщил "боровичок".

Топтун тоже что-то промычал. Непонятно, но наверняка в поддержку своего более разумного симбионта. В глазах Киры зажглось понимание. Правда, с таким хищным оттенком, что не хотел бы Глеб оказаться на месте того, к кому относился этот взгляд.

— Нет, эти чертежи были на бумаге. Я сама их видела… Стало быть, сделали их специально для нас.

— Думаю, это уже политика, — сказал "боровичок", задумчиво почесав затылок под каской, отчего та съехала на глаза. — От нее лучше держаться подальше.

— Разумно, — согласился Герман.

— Но, боюсь, уже поздно, — вздохнула Кира. — Эх, знала бы, чем дело кончится, ни за что бы не ввязалась в этот поиск.

— Все мы крепки задним умом, — подбодрил ее "боровичок". — О, добежали.

Поначалу Глеб ничего не увидел. Это у людей лагерь на пригорке за версту заметен был, а здесь удалось увидеть только охрану, да и то когда солдаты преградили путь колонне. Раненого тотчас унесли, а вот посторонних на позицию не пропустили.

— Техник? — спросил их офицер, разглядев на куртке Глеба полустёртые знаки различия. — Очень кстати, у нас на переправе мастодонт застрял. Глянь, что с ним, и валите оба на тот берег.

— Нам нужны высшие, — решительно возразила Кира прежде, чем биотехник успел открыть рот.

— Тем более, — сразу ответил офицер. — Высшие — это не те ребята, которых можно встретить на передовой, так что давайте-ка бегом в тыл.

— А вашей системой связи мы воспользоваться не можем? — не отставала Кира.

— Нет. Во-первых, не положено, а во-вторых, связи всё равно нет. Техник, я правильно понял, она с тобой?

Глеб утвердительно кивнул.

— Судя по последнему рапорту, там никакие руки лишними не будут, — сказал офицер. — А всё-таки подальше от поля боя. Вопросы есть?

Глеб помотал головой, мысленно примиряясь с очередным "теплым местечком", которое опять окажется пеклом.

— Ну и отлично. Противник отступает, так что доберетесь без проблем.

Офицер повернулся и, на ходу раздавая указания своим бойцам, зашагал туда, где выстраивались на позиции топтуны. До них было шагов двадцать, а они уже терялись в неясной дымке. Кира нахмурилась, однако богатством выбора ситуация не отличалась.

— Ладно, пойдем, спасем эту тварь, — проворчала она. — Только быстро, а то они нам весь город разнесут.

Глава 12

Словно подтверждая ее слова, мощный взрыв прогремел в самой крепости. Часть стены рухнула. Сквозь пролом внутрь хлынули неясные тени. Над проломом завис фантом. Он изображал из себя бегущего человека, быстро переставляя в воздухе босые ноги, и показывал тем, кто внизу, длинный язык. Дразнился, видать, но всем внизу было не до его подначек. Глеб разглядел вспышки выстрелов, причем стреляли в обе стороны.

— Насчет побыстрее, это ты была права, — сказал Глеб. — Может, кто-то тут и отступает, но уж точно не сдается.

За спиной загремели пушки топтунов. Снаряды умчались в направлении крепости, и над батареей тотчас развернулось призрачное покрывало. Из-за горящего сарая выплыл фантом и задумчиво уставился на это родственное ему по структуре чудо. Полсотни глаз — каждое на отдельном стебельке, произраставшем прямо из шеи — медленно покачивались.

— Уходим, — прошептал Глеб. — Только тихо.

Едва они сошли с места, как не меньше дюжины глаз повернулось к девушке. Та очень медленно отступила еще на шаг. Глаза продолжали с явным любопытством наблюдать за ней, полностью игнорируя биотехника.

— Как бы не привязался к тебе, — прошептал тот.

— Это плохо? — одними губами обозначила вопрос Кира.

— Будет таскаться за тобой, пока не рассеется, — ответил Глеб.

— Или пока не догонит, — выдвинула более мрачную версию Кира, делая еще шаг.

Фантом не двигался с места. Затем он вдруг отрастил себе сразу четыре руки, поднял их к небу и тихонько завыл.

— Прямо как напильником по мозгам, — шепотом пожаловалась Кира, не забывая осторожно пятиться.

Прилетевший из темноты разряд срезал фантому сразу две руки. Тот умолк и решительно поплыл туда, откуда стреляли.

— Бежим, — шепнул Глеб.

Они одновременно сорвались с места, но Кира тотчас вырвалась вперед. Эти края она знала отлично, и даже в темноте ориентировалась куда лучше биотехника.

Ближе к реке их обстреляли, правда, не прицельно. Может быть, вообще случайные разряды мимо пролетели, но пролетели настолько близко, что Глеб с Кирой упали на землю, а потом осторожно сползли в какой-то овражек.

Мимо неспешно проползла какая-то громадина. Стрелок то ли не осмелился по ней пальнуть, то ли признал своего, но больше выстрелов не было. Громадина бесцеремонно своротила деревянный заборчик и поползла дальше. Под тяжелыми лапами трещали доски. Слева появился фантом и направился к громадине. Та стерла его в пыль одним ударом.

— Мне кажется, эти адские полотенца меня просто преследуют, — тихо пожаловалась Кира. — Как будто у них какие-то планы на меня.

— У них нет ни планов, ни мозгов, — успокоил Глеб девушку. — Это просто тупые уродцы, слепленные из псионической энергии. Обрывки чьи-то снов. Точнее, кошмаров.

— В моем сне они были, — сразу припомнила Кира. — Может быть, они хотели мне что-то сказать?

— Они не могут хотеть, — возразил Глеб. — Говорю же, они совершенно безмозглые. Это даже не примитивы. Вот представь себе магнитное поле — они нечто похожее. Они существуют, подчиняются своим законам, но своего разума у них нет.

— А чужого? — уточнила Кира.

Глеб хмыкнул и пожал плечами.

— Куда бы они его поместили? — спросил биотехник. — И к тому же в них любой разум сразу сгорит. Ну что, будем считать, что та громадина уползла достаточно далеко?