Джон Уиндэм - Планета в подарок

— Комиссар и я уже обсуждали эту возможность, сэр. У нас нет никаких доказательств применения наркотиков, за исключением тех редких случаев, когда это предписывает современная медицина.

— А если попробовать задержать ее по подозрению в хранении?

— Слишком рискованно, сэр. Я уверен, что мы не найдем ничего стоящего.

— Ну, всегда можно что-нибудь найти. Нужно только очень захотеть. А как насчет бродяжничества?

— Бродяжничества, сэр?

— Она же говорит им, что они проживут двести лет, а это предсказание судьбы, не так ли? Значит, она занимается мошенничеством и ее можно привлечь по статье за бродяжничество и мошенничество.

— Весьма сомнительно, сэр. Она не занимается в чистом виде предсказанием судьбы. Насколько я понимаю, она всего лишь утверждает, что у нее есть нечто существенно увеличивающее предполагаемую продолжительность жизни.

— Тем не менее это может оказаться обманом.

— Может, сэр. В этом и заключается главный вопрос. Только вот ответа на него, похоже, никто не знает.

— Ну, не можем же мы ждать двести лет, чтобы выяснить истину, не так ли? Как мне кажется, лучше всего выписать ордер на арест — за попытку сознательного нарушения мира и порядка — и держать ее столько, сколько нам будет нужно.

— Я очень сильно сомневаюсь, что на основании имеющихся у нас фактов кто-нибудь подпишет такой ордер.

— Возможно, Эверхаус, возможно. Однако ситуация, может статься, завтра или послезавтра изменится. Вы еще вспомните мои слова. В любом случае собирайте информацию. У меня такое впечатление, что она скоро понадобится.

— Есть, сэр, так я и сделаю.

«КОРОЛЕВА И АНТИ — Г»

«Вечерний Флаг» не сомневается, что выражает мнение большинства своих читателей, когда требует, чтобы Первая Леди немедленно воспользовалась новейшим достижением британской науки…»

— Две пинты, дружище… Тогда я так прямо ей и сказал: «Слушай сюда, моя девочка. Есес-с — сенное есть есесс-сенное, а это — нет. Раз-зе моя ма возникала нащет того, чтоб прожить двести лет? Или твоя ма? Не-е-е — и тебе нечего. Это неесссес-с — сенно!» Сп-с — сибо, дружище, выпьем.

— Верно, Билл. Это, черт возьми, неессес-сенно. И чего она сказала?

— Она голову задрала и говорит: «Уж если на то пошло, в этом нет ничего плохого». «А я и не спорю, — с-сазал я, — только пре-пре-упрежаю, мне понятно, че те надо. Ты бы с удовольствием виляла своей жадницей, нацепив бикини, а меня бы заколотили в ящщик. Ну так вот, не видать тебе этого, и все тут! Когда они там говорят «Пока смерть не разлучит нас“, они же не имеют в виду всякие там глупос-си про то, как один буит жить дольше друоо, так что мо… жишь выкинуть этот твой… как его там… из головы, не для тебя он. А как узнаю, шо занималась этими глупоссями, моя крошка, я тебе врежу по п-првое число — и не говори, бутто я тебя не п-прждал Неессес-сенно это». Я ей все прямо шказал, можешь не сомневаться.

— Ей не понравилось?

— Не-е. Ныть начала, ныть, нечестно мол, дескать, у нее есть пожить подольше. «Ладно, тогда, — грю, — можешь попробовать, и посмотришь, что с тобой буит».

Ну, тут она включилась на всю катушку, а я как заору, шоб заткнулась, а она не перестает. Птом грит: «Я имею право!» А я на нее как посмотрю!.. «И ты тоже имеешь право, — она грит, — только не имеешь права грить, что я не имею права». «Может быть, — это я грю, — попробуй… увидишь». И тода она бросила хныкать и так строго на меня пошмотрела. «Билл, — грит, — а если бы и ты получил эту… ну… антиштуку, тоже? Мы были тода оба…» Я н-а нее как зыркну. «Слушай, мол, сюда. Из двух неев-тев… тес-сенных не получится один мормальный. Что ж это выходит, мне придется челых двести вонючих лет чирпеть твой вонючий язык? Лучше не придумаешь! Тоже мне счастье!»

— Берт, эй, Берт! Включи «Би-би-си», ладно? Вот молодец. Там выступает та женщина, которая говорит, что надо делать, чтобы жить двести лет. И не то чтобы мне так уж хотелось столько прожить. Иногда наступают моменты, когда я знаю, как себя при этом чувствуешь. Однако было бы интересно послушать…

— Добрый вечер, леди и джентльмены. Добро пожаловать на очередной выпуск программы новостей. Наша передача последнее время занимает одно из первых мест по популярности. Мисс Диана Брекли… Руперт Пиджен берет интервью у мисс Брекли…

— Ваше заявление на прошлой неделе, мисс Брекли, ужасно всех нас взволновало.

— Ну, мистер Пиджен, этого следовало ожидать.

— На тот случай, если кто-то из наших слушателей не читал последних газет, напомните, пожалуйста, основные моменты своего заявления — так, чтобы всем было понятно.

— А разве непонятно? Если кто-то хочет жить подольше, теперь это стало вполне возможно.

— Да чего уж тут не понять! И вы утверждаете, что открыли способ лечения, благодаря которому достигается желаемый результат?

— Я не думаю, что следует задавать риторические вопросы.

— Прошу прощения?

— Вы утверждаете, что ели сегодня завтрак, или правильнее будет спросить: завтракали ли вы сегодня, мистер Пиджен?

— Ну, я…

— Именно, мистер Пиджен. Получается несколько навязчиво, не так ли?

— Э — э… в вашем заявлении утвер… я хочу сказать, вы заявили, что есть люди, уже прошедшие курс лечения.

— Заявила.

— Сколько человек?

— Несколько сотен.

— И все они женщины?

— Да, но это просто результат случайного стечения обстоятельств. На мужчин средство действует аналогично.

— Сколько лет проживут эти люди?

— Ну, как я могу ответить на этот вопрос, мистер Пиджен? Сколько собираетесь прожить вы?

— Но, насколько я понял, вы утверждали… то есть я хотел…

— На самом деле я сказала, что увеличивается предполагаемая продолжительность жизни; если курс не прерывать, она может удвоиться и даже утроиться, в зависимости от выбранного варианта лечения. А это совсем не то же самое, что знать наверняка, сколько проживет каждый человек. Когда, например, вдвое увеличивается предполагаемая продолжительность жизни, одновременно вдвое увеличивается вероятность несчастного случая или возникновения какой-нибудь болезни.

— Значит, тот, кто втрое увеличил предполагаемую продолжительность своей жизни, не может с высокой степенью вероятности рассчитывать реализовать ее?

— Верно.

— Однако если удастся избежать несчастных случаев и серьезных болезней, можно дожить до двухсотлетнего юбилея?

— Да.

— Ну а теперь, мисс Брекли… В нескольких газетах было написано, что никто из этих людей, которым вы давали антигерон… Правильно я произношу это слово?