Алан Норс - Звездный хирург. Сборник фантастических произведений

— На самом прочном из оснований — разумном эгоизме. Если не считать меня, вы, капитал, лучший военный во всей галактике.

— Мне лестно слышать это, но сейчас я больше исследователь, чем военный.

— Со мной было то же самое. Я нанес на карту больше новых миров, чем кто-либо в истории.

— Никакие рекорды и достижения не помогут человеку, который потерял рассудок, — холодно сказал Спок. — Как могли вы, капитан Звездного флота, поверить, что эскадра Федерации слепо повинуется вашему приказу и уничтожит всю расу антосиан? Это добрый и умелый народ — и ваше присутствие здесь — лучшее тому доказательство.

— Это был мой единственный просчет, — ответил Гарт. — Я поднялся над изжившей себя слабостью, а мои офицеры нет. А что касается вас, могу сказать: глаза у вас есть, но вы слепы. Галактика, окружающая нас, бесконечна. Конечно, Федерация[9] попытается выкорчевать и уничтожить нас, как обычно уничтожают муравьев, покинувших свой муравейник. Но я — не насекомое. Я король, и я верну свое королевство.

— Я согласен, — сказан Кирк, — что война не всегда неизбежна, и что вы хороший воин. Когда я был кадетом, я изучал вашу победу при Аксонаре. В Академии до сих пор ставят ее в пример.

— Так и должно быть.

— Да. Но когда я новоиспеченным лейтенантом впервые прибыл на Аксонар, я прибыл туда с миссией мира.

— Политики и трусы — они свели мою победу на нет.

— Нет, они одержали там другую победу, и она затмила твою. Государственные деятели, они были гуманны и миролюбивы, и у них была места — мечта, ставшая реальностью и распространившаяся среди звезд. И именно эта мечта делает меня и мистера Спока братьями.

Гарт, хитро улыбнувшись, повернулся к Споку.

— Вы что же, чувствуете, что капитан Кирк ваш брат?

— Капитал Кирк, — ответил Спок, — говорил образно. Если учесть это, то его слова логичны, и я вполне согласен с ним.

— Слепец, воистину слепец! Капитан Кирк — ваш командир; вы — его подчиненный. Все остальное — сплошное вранье. Но вы и вправду хороший командир, и я думаю, это в моем флоте у вас будет собственный корабль.

— Простите меня, — перебил Спок, — но где именно находится ваш флот?

Гарт сделал размашистый жест.

— Там, за стеной; дожидается меня. И у него есть причины — веские причины держаться за меня. Великолепное здоровье, неограниченная сила, солнечная система, управляемая элитой. Мы, джентльмены, и есть эта элита. И мы должны отобрать у этих выставленных на посмешище остатков былого то, что по праву принадлежит нам.

Спок изучал Гарта с выражением безграничного удивления на лице. Он напоминал бактериолога, столкнувшегося с микробом, которого ранее считал вымершим.

— Вы должны знать, — сказал он, — что пытаетесь повторить тот несчастный поступок, результатом которого стало ваше пребывание здесь в роли пациента.

— Я был предан, а затем варварски доставлен сюда.

— Напротив, с вами обращались справедливо и с милосердием, которого вы не проявили ни к одной из ваших жертв. Если рассуждать логически, то…

Гарт со сдавленным вскриком вскочил на ноги, указывая на Спока дрожащим пальцем. В зале сразу же воцарилась гробовая тишина.

— Уберите его — этот ходячий компьютер!

Спока увели, причем не очень вежливо. Кирк попытался вмешаться, но его остановила Марта, выхватив фазер словно из воздуха.

Гарт отобрал у нее оружие и немедленно вернулся к роли гостеприимного хозяина.

— Не хотите ли попробовать этого вина, капитан?

— Спасибо, но я предпочитаю присоединиться к мистеру Споку.

— А я предпочитаю, чтобы вы оставались здесь. Уверяю вас, у нас есть много развлечений гораздо более интересных, чем поэзия Марты. Кстати, вы играете в шахматы?

— Да, и довольно часто. Мы проводим на «Дерзости» много шахматных турниров.

— Распространенный обычай. А как бы вы ответили на ход ферзем на d3?

Ясное дело: Гарт пытался обмануть Скотта и не смог ответить на пароль; теперь он пытался узнать код у Кирка.

— Как вы знаете, существует множество возможных ответов, особенно, если ход сделан не в дебюте.

— Меня интересует один единственный.

— Даже ценой собственной жизни не могу догадаться какой.

— Ценой вашей жизни может послужить обычный фазер, — мягко улыбаясь, сказал Гарт. — Такое вполне может произойти, капитан.

— Сомневаюсь. Мой труп не принесет никакой пользы.

— Я могу заставить тебя умолять о смерти.

Кирк засмеялся.

— Пытки? Ты прошел курс тренировок в Академии, Гарт. Представь, что я пытаюсь сломить твое сопротивление такими методами; сработает?

— Нет, — признал Гарт. — Но учти, губернатор Кори не проходил этого курса, и, вдобавок, он ослаблен своей недавней, э… э… отставкой. Среди его оборудования мы обнаружили забавное кресло, применявшееся в лечебных целях. В таком качестве оно было абсолютно безболезненным, и, надо добавить, бесполезным. Я кое-что добавил к нему, и теперь оно вовсе не безболезненно; к тому же боль может быть продлена до бесконечности, так как плоть не разрушается.

— Очень подходяще, — поморщился Кирк.

— Скажи ему то, что он хочет. И мы уйдем с тобой вместе.

Кирк поджал губы. Старый испытанный метод кнута и пряника, причем в очень грубой и неуклюжей форме. Но он не выпустит пряник из рук: девочка слишком неуравновешенна для этого.

— Пытая губернатора Кори, — ответил он, — вы ничего не добьетесь. Я сделаю так, что вы будете вынуждены убить меня; или, в противном случае, помешаю вам.

— Фазеры могут быть поставлены на «оглушение».

— Если я буду без сознания, то вы не сможете шантажировать меня болью губернатора, не правда ли?

В течение долгого мгновения Гарт, не мигая, смотрел на Кирка. Затем спазм дикой ярости исказил его лицо. Он поднял фазер, направил его на Кирка и нажал на курок.

Кирк очнулся от тихого, но назойливого звука переливаемой жидкости. Затем звук прекратился, и он почувствовал, как к его губам поднесли какую-то чашу.

— Потихонечку, — произнес женский голос, — потихонечку, мой дорогой.

Это была Марта. Кирк открыл глаза. Он лежал на диване, а девочка сидела рядом с ним с кубком в руке. Рядом, на маленьком столике стоял графин.

— Так-так, они решили дать прянику еще одну попытку.

— Не понимаю тебя, — ответила Марта. — Я испугалась, что он посадит тебя в Кресло. Я сказала, что выведаю твой секрет. Я лгала. Я бы сделала что угодно, лишь бы спасти тебя от мук.

После секундной паузы Кирк сказал:

— Ты неплохо придумала.