Дмитрий Градинар - Чужое оружие

– Понято. Значит, Бессмертным нечего бояться? И, находясь здесь, посреди этой роскоши, мы не можем свернуть даже самой паршивой горушки на планете? Не говоря уже о звездолетах!

– Именно. Поэтому я предлагаю тянуть переговоры, сколько возможно. А в это время сюда нужно провести как можно больше технарей, инженеров, аналитиков, даже не знаю, кого именно. Навряд ли, конечно, в каком-то из экипажей найдется лингвист. Но все равно нужно попытаться, может быть, у нас получится… Свернуть горушку!

– Да-а. Задача… – потянул Барон. – Метод проб и ошибок, насколько я понимаю, тут никого не устраивает?

– Нажимать все кнопки подряд в надежде, что наткнемся на нужные? Мы уже пробовали. Никакого результата. Пользы от этого все равно не будет, а вот навредить можно. Вдруг какой-то из сенсоров – команда на взрыв Вселенной? Или хотя бы этого бункера, что нам абсолютно без разницы… Но Вселенную все-таки жалко. Кто знает, чем располагали эти двойники человечества. Кстати, видите: бар, столики, пепельницы… Эти предметы ничего вам не говорят?

– Кислород? – сразу понял Барон.

– Кислород! – подтвердил Балу.

– Не обязательно. Даже если на этой планете когда-то жили люди… Может быть, не двойники, а наши прародители. И тут когда-то имелась совсем другая атмосфера…

– Какая бы атмосфера тут ни была – хоть сто, хоть тысячу, хоть миллион лет назад, – заглубленный командный пункт должен иметь автономную систему жизнеобеспечения. И если наши прародители, как ты их назвал, дышали кислородом, а не парами серы, то где-то спрятаны и рекреационные устройства, и баллоны с водой и кислородом. Ведь мы находимся на порядочной глубине, а не просто на уровне минус какого-то этажа. Лабиринт, интеллектуальная защита высокого уровня… Нет, Барон, те, кто строил этот бункер, готовились провести в нем годы, не дни. Я в этом уверен!

– Интересно, а почему Бессмертные не уничтожили бункер? Ведь знали о его существовании, это бесспорно. Допустим, пройти лабиринт им оказалось не под силу. Но ведь у них есть и другие возможности! Даже не используя специальную технику, которой они, кстати, наверняка располагают, черви вполне способны просочиться, прогрызть себе ход, ведущий напрямую в бункер, минуя лабиринт, и здесь уже похозяйничать.

– Конечно, все это странно, я согласен. Но ты учти, что мы не знаем всех возможностей защитных механизмов бункера. Все, с чем пришлось нам столкнуться в лабиринте, явно имело направленность не пропустить именно человека. – Штурмовик невольно повторил мысли, высказанные Джоктом. – Для червей тут могут прятаться совсем другие сюрпризы!

– Не факт, что этим прародителям были известны Бессмертные!

– Почему бы нет? Бункер, в таком случае, возможно – разгадка причины, побудившей Бессмертных начать с нами войну без объяснения мотивов. Не исключено, что наткнувшись на дальние форпосты Солнечной, они решили, что встретили своего старого врага… А если они сами теперь управляют излучением звезды, у них должно хватать поводов к тому, чтобы не трогать бункер!

– Перехваченный сигнал?

– Ну конечно! Я сразу об этом подумал. Для того чтобы держать под контролем такую громадину, нужно постоянно иметь связь с исполнительными механизмами. Поскольку нам – к несчастью, и Бессмертным, – к счастью, такие технологии пока не по зубам, они, наткнувшись на такой подарок судьбы, просто используют несущий сигнал, изменяя его по своему усмотрению. Поэтому мы и не обнаружили никаких контролирующих станций вблизи звезды. Ведь только в нашем понимании они должны там находиться. А для более развитой цивилизации это не проблема, может быть, исполнительные механизмы кроются прямо в фотосфере светила? Фотосфера в любом случае стабильней, чем корона звезды.

– Все может быть, – подытожил Джокт. – Но пока мы фантазируем, не лучше ли продумать, о чем все-таки нам можно и нужно говорить с Бессмертными?

– Дельно, – согласился Балу, – предлагаю просчитать несколько вариантов. Давайте, я буду этим самым Блестящим Седьмым, а ты, Джокт – Великим и Ужасным… Моя задача – выяснить, какими возможностями вы тут располагаете и что планируете делать. К тому же, согласитесь, чуть-чуть изменить сигнал – этого мало. И если в ближайшее время не произойдет демонстрации посущественнее, например, уничтожение экипажа хотя бы одного из звездолетов, значит…

– Согласен! – подхватил Барон, – А наша задача – без всяких уничтожений убедить их, что мы еще не на то способны! Тогда, значит, наглость – наше второе счастье. Вот, например, можно начать с требования контрибуций. Десять миллионов тонн корабельных сплавов… Двадцать больших транспортов, груженных гравиквазарами! У них ведь тоже – звездолеты на квазарной тяге?

– А зачем победителю просить стратегические материалы? Значит без них – никак? До свидания, вы проиграли!

– Ну а что тогда? Бочку деликатесов со стола главного Бессмертного? Горсть самоцветов из Священной Дырки в Главной Планете? Картину слизью их великого червячьего художника? У нас, на Земле, своих гениев абстракции хватает.

– Начать можно с требования немедленного прекращения боевых действий во всех оперативных квадратах на период переговоров, – прервал красноречие Барона Джокт.

– О! Слышу слова не мальчика, но…

– Где это ты нахватался дипломатических штучек? – перебивая один другого, заговорили Балу с Бароном.

– Нигде. Смотрел по видео. Там просили о перемирии и обмене пленными, – признался Джокт.

– Допустим, с пленными и у нас, и у Бессмертных негусто. А вот насчет временного прекращения боевых действий… Знаешь, звучит солидно, что-то в этом есть, хотя можно и пролететь.

– Почему? – Балу, забыв, что в споре играет роль врага, встал на защиту Джокта.

– Потому что Бессмертные, может быть, и согласятся. А как нам предупредить ту же «Европу»? У них линкоры – каждый день по двадцать четыре часа в работе! Вот и первая нестыковка. Решат: сидите тут, запертые, даже со своими связаться не можете… Или еще хуже – с вами нельзя ни о чем договариваться, потому что обманете… Это только по видео такие трюки проходят, а нам нельзя ошибиться.

– Да, неувязка с прекращением огня может выйти.

– А если, ничего не объясняя, потребовать от них односторонних действий? Пусть выведут все корабли из зоны огневого контакта, в знак согласия вести дальнейшие переговоры и в подтверждение серьезности предложений. Какие существуют гарантии, что нас просто не водят за нос? А если согласятся, наши, скорее всего, тоже прекратят стрельбу, – внес уточнение Джокт.

– Прекратят, если не примут за слабость и не отправят звездолеты в погоню. Вот что бы ты сделал, Джокт, если сцепился с «Кнопкой», а она вдруг начала отход? Оставил в покое? Или радостно влепил пару торпед в корму?