Нагару Танигава - Увлечённость Харухи Судзумии

– Невероятно… – Коидзуми удивлённо смотрит на небо. Они оба в знакомом наряде, уж точно не в футболках.

Тот странный дом исчез бесследно. Похоже, он уже не появится. Это всего лишь лыжный рай. Неотмеченный на картах особняк испарился, не оставив и следа…

… говоря иначе.

– Юки?!

Судя по направлению звука, Харухи должна быть прямо впереди! Я кручу головой и глазами, чтобы найти её.

Харухи рядом с Нагато, помогает ей выбраться из снега.

– Ты в порядке, Юки? У тебя всё ещё жар… а? – Харухи озирается вокруг, как даман[56], вынутый из своей норы, – как странно… мы были в особняке.

Затем она, наконец, замечает меня:

– Кён, что…

Я не ответил, а просто положил на землю свои лыжи и палки и сел на колени перед Нагато. Харухи и Нагато – обе в той же одежде, что была на них перед бурей, во время наших "гонок".

– Нагато, – в ответ на мой зов её волосы слегка движутся, и она медленно поднимает голову.

– … – её лицо всё ещё неподвижно, а большие, как обычно, зрачки смотрят на меня. Нагато, вся в снегу, фиксирует свой взгляд на моём лице.

– Юки! – Харухи отталкивает меня и теперь держит Нагато.

– Я действительно не знаю, что случилось, но… Юки, ты очнулась? У тебя всё ещё жар?

– Нет, – быстро отвечает Нагато, стоя на ногах.

– Я просто упала.

– Правда? Но ведь у тебя был жар до этого… а? Что случилось? – Харухи прикладывает свою руку ко лбу Нагато. – Ух, ты! Температура спала. Но… – она осматривает пейзаж панорамным взглядом, – а? Метель?.. Особняк?.. Ничего нет? Это не было похоже на сон… Да? Или… действительно сон?

Не спрашивай меня об этом. Ты единственная, кому я могу отказать в техподдержке.

Пока я собирался изобразить невинность, откуда-то с близи до меня донёсся звук живого "эй!".

– Что стряслось?

Кричит Цуруя. Рядом с нею стоят три снеговика – большой, средний и маленький, и ещё одна фигура, ростом со среднего, находится неподалёку. Эта скачущая фигура, если подумать, должна быть моей сестрой.

Нам удалось вернуться.

Мы рядом с подъёмниками, неподалёку от трассы для новичков. Все пятеро на месте.

– Уфф, не важно, – Харухи решила дальше не давить, – Юки, я дотащу тебя, давай.

– Не стоит, – отвечает Нагато.

– Ах, да! – Харухи определилась. – Я действительно не знаю, что произошло и почему у меня нет зацепок, но ты точно перенапряглась. Хоть у тебя уже и нет жара, все видят, что ты не в порядке. Тебе надо отдохнуть!

И, не дожидаясь ответа Нагато, Харухи подхватила её и побежала к Цуруе и моей сестре. Её бег по снегу оставил бы позади и быстрейший из снегоходов. Будь на зимних Олимпийских играх такая категория, как стометровка по снегу с человеком за спиной, Харухи, без сомнения, взяла бы золото.

Вслед за тем…

Нас забрал Аракава после звонка Цуруи.

Нагато несколько протестовала против того, чтобы быть пациентом Харухи, по-своему проявляя свою жизнеспособность, но мой на неё взгляд, похоже, возымел эффект, и она наконец подчинилась харухиным указаниям.

Нагато, Харухи, Асахина и моя сестра первыми отправились на виллу. Коидзуми, Цуруя и я пошли назад пешком.

В середине пути Цуруя завела такую беседу:

– Вот странно, почему вы вернулись с горы, тяжело шагая и с лыжами за спиной? Что-то произошло?

– Уммм, не было бури?

– Хмм? А, ты о том снегопаде, что длился десять минут? Ничего такого особенного. Просто короткий внезапный снегопад.

Получается, что наши блуждания по снегу и вечность в странном доме для Цуруи прошли всего за несколько минут.

Полная жизни в шаге и голосе Цуруя продолжила:

– Мне интересно, почему вы все спустились в таком виде. Наверное, это из-за того неприятного падения Нагато. Слава богу, она быстро оправилась.

Коидзуми в ответ лишь слегка улыбается и не говорит ни слова. Я тоже молчу. Наблюдатель, спокойно оценивающий всё произошедшее, в данном случае – Цуруя, видел всё так, как она сказала. Раз так, давайте примем её точку зрения за основную. Мы могли быть в стране чудес или во сне, но здесь – реальность, тут находится оригинал мира.

После долгого движения в тишине Цуруя снова засмеялась и приблизилась к моему уху:

– Кён, можно спросить?

– О чём, сенпай?

– Могу сказать, что Микуру и Нагато не обычные люди, вероятно, и Харухи тоже?

Я осмотрел Цурую со всей серьёзностью и обнаружил, что её яркая внешность ни больше, ни меньше, чем видимость…

– Значит, даже ты догадалась.

– Я давно заметила! Я только не совсем поняла, откуда они. Но я думаю, что они занимаются чем-то странным у нас за спиной. А, только не говори Микуру. Деточка пытается быть как все!

Она громко расхохоталась, должно быть – в ответ на мою реакцию.

– Хмм, но Кён вполне нормальный. Ты пахнешь так же, как я.

Вслед за этим она посмотрела мне в лицо.

– Не важно. Я, правда, не хочу раскапывать, что за человек Микуру. И тебе было бы сложно ответить. Какая разница, кто она – друзья это друзья.

Харухи, кончай эти задумки с "почётным членом" или "почётным консультантом" и возьми Цурую в основной состав. Эта прямодушная девушка может лучше меня подойти на роль "обычного человека".

Цуруя легко похлопала меня по плечу.

– Позаботься о Микуру. Если у этой девочки есть что-то, с чем она не хочет, чтобы я помогала, тебе придётся взять это на себя.

Это… определённо так.

– Хотя… – глаза Цуруи засветились ещё ярче, – тот фильм, который для фестиваля. Спецэффекты были настоящие?

Возможно, Коидзуми услышал это, поскольку я заметил, как он, идя в стороне, пожал плечами и промолчал.

Когда мы прибыли на виллу, Харухи уже уложила Нагато в постель.

Она уже не выглядела задыхающейся и имела ровный цвет лица. Подобно травинке, качнувшейся от порыва ветра, она снова была собой – Нагато, какую я знаю.

Асахина и Харухи сидят у кровати Нагато, как будто они обе на вахте, а моя сестра с Сямисэном – в углу, в резерве. Возможно, они ждали меня, Коидзуми и Цурую, пришедших позже. Когда все собрались, Харухи заговорила:

– Эй, Кён. Мне почему-то кажется, что у меня был необычайно реалистичный сон. Мне приснилось, что мы были в особняке и приняли там ванну и ещё съели несколько бутербродов.

Ты просто бредишь – только я собирался это сказать, как Харухи продолжила.

– Юки говорит, что понятия не имеет, но Микуру вспоминает то же самое.

Я смотрю на Асахину, и мисс-горничная, вызывающая жалость, отвечает взглядом: "Извини".

Это не хорошо. Я надеялся оправдаться, назвав всё сном наяву или ложным восприятием, а теперь не могу выдумать никакого хорошего объяснения тому, что двое видели один сон.