Петр Стыпов - Гости с Миона

— Нет, сэр. Я не в курсе этого дела!

— Все равно, ракеты следовало уничтожить!

— И наших людей, сэр?

— Ну и что же? — желчно ответил Старик. — Погибнет несколько человек, но зато никто ничего не узнает! Будет предотвращен весьма и весьма неприятный международный скандал!

Трое мужчин, вытянувшись в струнку, с мрачным видом, молча, выслушивали упреки Старика. Он подошел к окну, посмотрел наружу и обернулся:

— Вот что, — обратился он к ним. — Позаботьтесь о том, чтобы все наши люди держали язык за зубами. В случае чего, пусть отрицают, пусть выступают с опровержениями! Нам ничего не известно о похищении инженера. Кто он там — русский или болгарин, это не имеет никакого значения! Правда, этот болван Вега может выложить коммунистам все, что знает. Отлично! Мы объявим его невменяемым. Заявим, что он — их агент и что все это— провокация. Понятно?

— Да, сэр! — ответили хором все трое.

— Если потребуется, обратимся к ним с протестом. Все средства хороши в этом случае. Необходимо дать понять всему миру, что мы не причастны к этой истории. Вы свободны, господа.

Оставшись один, Старик сел за стол и начал нажимать разные кнопки. В ответ раздавались голоса секретарей.

Он спрашивал их о последних новостях. Нет ли сведений о пропавшем «Космосе»? Нет. Эфир молчит по-прежнему.

А коммунисты? Как они объясняют этот случай?

К своему изумлению, Старик узнал, что коммунистическая печать продолжает писать о несчастном случае со Скрябиным и об утрате, которую понесла наука вместе с его смертью. Старик ничего не понимал. Он откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Прошло около часа.

Старик опять спросил о новостях. Ничего нового… Что означало все это? Почему медлят коммунисты? Почему не сообщают, что Скрибин обнаружен в ракетоплане, который пытался доставить его на Луну? Или они еще продолжают расследовать этот случай, чтобы затем нанести сокрушительный удар?

Старик волновался. Впервые в жизни он испытывал чувство растерянности. Не знал, что предпринять, как предотвратить назревающий неприятный инцидент. В тревожном ожидании прошли одни сутки, в течение которых он почти не спал. Бессонница усугубила его нервное состояние. Не помогли и специальные порошки, которые он принимал в таких случаях для успокоения и восстановления сил.

Наутро он решил позвонить Президенту. Хотел лично поставить его в известность о случившемся и предупредить насчет того, чтобы Соединенные государства Западного полушария категорически отвергли какие-либо обвинения по их адресу, когда Советы сообщат о похищении инженера.

Пусть будет объявлено, что оно было совершено безответственными лицами. По сути дела это отвечало истине.

Он позвонил секретарю и только собирался поручить ему связаться с Президентом, как над экраном одного из телевизофонов замигала сигнальная лампочка.

Старик приказал секретарю подождать и нажал одну из кнопок на столе. На экране появилось расстроенное лицо мистера Финлея.

— Сэр! Ракета! — воскликнул он.

Старик вздрогнул.

— Какая ракета? «Космос»? Слава богу!

— Нет, сэр! Та самая… что похитила наш ракетоплан… Приближается к Земле. Секунд двадцать назад прошла в пяти тысячах миль от Луны. Что делать?

— Что делать? — Старик задумался. Может, через несколько минут эта проклятая ракета опять исчезнет или же совершит посадку на Землю. Но в каком районе? Каковы намерения этих таинственных космонавтов?

— Финлей, первым делом узнайте, кто летит на этой ракете. Точно так. И, во-вторых, пусть ее возьмут на прицел наши самонаводящиеся ракеты. Заставьте ее приземлиться на нашей территории. Слышите? Окружите ее мощной завесой ракет и разрушающих лучей! Непреодолимой завесой! На этот раз они не должны ускользнуть!

— Понимаю, сэр. Но если они откажутся подчиниться?

Старик не ответил сразу. Но время шло, а в данной ситуации дорога была каждая секунда. Возможно, через минуту уже будет поздно. Его люди ждут приказа…

— Если не подчинятся, уничтожить! — приказал Старик. — Ясно?

Он выключил аппарат.

Устроился удобнее в кресле и закурил сигару. Проклятое время! Как медленно оно течет! Когда человек ждет, это всегда так… Старику казалось, что прошел уже целый час, а в сущности только через каких-то пять-шесть минут лампочка телевизофона снова замигала, и на экране снова появился мистер Финлей.

— Приказ выполнен, сэр! — коротко доложил он.

— Сгорела?

— Да, сэр! Отказались подчиниться. Мы послали им сигнал по международному коду. Но они даже не соблаговолили ответить.

— Отлично, — сказал Старик.

Напряжение утомило его. Он отдал распоряжение секретарю не беспокоить его, но если советские радиостанции сообщат что-либо о происшествиях в космосе, то немедленно доложить ему об этом. Опустив веки, старик потонул в своем кресле. Прошел час, второй, третий…

Черт подери! Почему они молчат? Неужели властям Объединенных социалистических республик еще ничего не известно о случившемся в космосе? Нет, этого быть не может.

Не в их характере молчать, когда им наступят на мозоль.

Что же происходит?

Старик долго боролся со сном, но, наконец, усталость взяла верх, и он задремал. Но тут же его разбудил звонок телевизофона. Старик протер глаза, встряхнул головой и нажал кнопку.

С экрана на него смотрел мистер Финлей.

— Сэр, — сказал он. — Сообщение коммунистических радиостанций.

Старик вскочил на ноги, точно подброшенный пружиной.

— Я слушаю!

— Вот оно: «Взрыв в космосе. Сегодня ровно в семнадцать часов восемь минут космический корабль, вероятно американского происхождения, следуя с Луны на Землю, неожиданно взорвался. Американские радиостанции пока еще ничего не сообщили об этом».

Мистер Финлей опустил руку с листком бумаги и добавил: — Это все, сэр!

— Черт подери! Ничего не понимаю! — чертыхнулся Старик.

— И я тоже ничего не понимаю, — словно эхо отозвался мистер Финлей.

В ПЛЕНУ У ВЕГИ

— Я пройду в мою каюту, — сказала Анна. — Хочу записать в дневник свои переживания и впечатления.

— Хорошо, доченька. Я подожду Брауна.

— Позови меня, когда он придет. Во всяком случае не пей этого сока.

— Ладно, Анна.

Скрибин остался один. В кабинете было тихо и спокойно. Время шло, а Браун не появлялся. Скрибин открыл дверь и выглянул в коридор. Там никого не было. Где же Браун? Он пришел к ним такой взволнованный, сказал, чтобы не пили сока… И почему пилот так поспешно увел его?.