Сергей Казменко - Изгоняющие бесов

Если бы я мог, если бы я мог - вот так же, как Энасси! Если бы я не убежал оттуда! Но нет, не смог бы - что толку сожалеть... Только ускорил бы распад энтара. Так у Энасси оставалось чуть больше шансов.

Гайдли включил общую трансляцию:

- Внимание! На территории обнаружен второй энтар в стадии распада. Всем оставаться на местах.

- В чем дело, Гайдли? - в поле связи возникло лицо Котова. - Что у вас произошло?

- Профессор Диллет. Проверь контрольную аппаратуру, Пол.

- Не может быть. На входе три блокировки. Я сам проверял их при въезде.

- Энасси сейчас там. Я был с ним, я видел, - Гайдли отключил связь. О чем тут еще говорить?

Дверь за спиной отъехала в сторону и, повернувшись, Гайдли увидел Энасси, остановившегося в проходе.

- Что? - спросил он одними губами.

- Не успел... Не смог... У меня просто сил не хватило, - Энасси опирался рукой о косяк, и было видно, что он еле стоит на ногах.

Спрашивать дальше Гайдли не решился.

- Пойдем, передохнем. Теперь спешить некуда, - голос Энасси звучал чуть слышно.

Они побрели в сторону кафетерия - к счастью, в сторону, противоположную от просмотрового зала. Правда, роли это не играло - раз энтар распался, то каждый из них в пределах ограниченной защитным полем территории рисковал в равной степени. Наверное.

Энасси едва волочил ноги от усталости, и, усадив его за столик, Гайдли кинулся к стойке. Лишь выпив по две чашки кофе - вторую Энасси попросил с коньяком - они немного пришли в себя. Достаточно, чтобы разговаривать.

- Наверное, это и есть разгадка, - сказал Энасси.

- Что именно? - Гайдли сначала не понял.

- То, что их было двое. Может быть, двое способны проходить через контроль? Пусть Котов проверит, свяжись.

Заверещал вызов.

- Если это снаружи, меня не соединяй, - Энасси откинулся на спинку стула.

Но это оказался как раз Котов.

- Энасси с тобой? - спросил он.

- Да. Потеря контакта.

- Естественно. Никому еще не удавалось дважды подряд...

- Не надо меня утешать, - Энасси подключился к каналу.

- Была охота. Кто бы меня утешил. Вам-то еще хорошо, а я на связи. Эти, снаружи, совсем распсиховались.

- Да отключи ты их к черту.

- Ты, Энасси, тоже бы психовал. Тут мне один деятель только что заявил, что меня бы на его место, - Котов грустно усмехнулся.

- А ты что? - спросил Гайдли.

- А я ничего. Подумал-подумал и промолчал. Я не хотел бы с ним сейчас поменяться. Ладно, к делу. Мы тут проанализировали данные и обнаружили любопытную вещь. Профессор Диллет мог подвергнуться заражению только три года назад, на Мантейбе. Одновременно со своей женой.

- Бред! Павел, это невозможно! - Энасси даже подался вперед. - Он же все эти годы работал! Интенсивно работал! Не можешь же ты сказать, что это энтар, паразит, неразумная тварь занималась проектом!

- Возможны варианты. Но это еще не все.

- Ну что еще?

- Тут поступили данные на наш утренний запрос. Из Центрального архива. Там результаты медицинских обследований самого профессора Диллета и его жены Луизы Диллет на протяжении жизни. Любопытные данные.

- Не тяни, Пол, - Гайдли начал раздражаться от этой лекторской манеры Котова. Тот мог бы говорить и покороче. Хотя, куда им теперь торопиться? Только сидеть и ждать - кто же окажется следующим? Кто-то ведь так или иначе окажется - иначе энтара не выявить. И не перевести в стадию гьенда. Пока этого не случится, защитное поле вокруг института никто не снимет. Они сами, запертые теперь внутри вместе с этой страшной опасностью, не позволят никому снять защитное поле.

- А ты меня не перебивай, - все таким же спокойным менторским тоном продолжил Котов. - Слушайте дальше. Как и ожидалось, у Луизы Диллет обнаружилась - постфактум, конечно - сложная форма прогрессирующего лейкоспонгиоза. Ей оставалось жить еще около полугода - по экспертным оценкам пост-анализа.

- Мы знаем, Павел.

- Зато вы не знаете другого. Сам профессор Диллет, видимо, страдал от клеточной анемии Реббета. В самой начальной стадии - но результаты анализов выглядят просто угрожающими. Я только понять не могу, как он миновал скрининг.

Гайдли даже присвистнул. Анемия Реббета - излечима, если начать вовремя. Но Диллета никто не лечил - значит, он уже года полтора назад должен был умереть.

- Бывает, - сказал Энасси. - Он же часто переезжал. Данные могли просто не поступить в Центр вовремя. А анализы после Мантейба? В норме?

- Ну естественно.

Энтар всегда в норме. Энтар всегда здоров - если здоров тот, кто его любит. Тот, на ком паразитирует эта тварь.

- Но они же оба, оба были энтарами! - Гайдли со всей силы ударил кулаком по столу - даже чашка его подпрыгнула и упала на бок.

- Не психуй, - тихо сказал Энасси.

Они оба, оба были энтарами! - уже про себя повторил Гайдли. Не людьми - паразитами из страшной сказки, из страшного мира. Отвратительными тварями, исподволь, незаметно проникающими в человеческий организм и постепенно замещающими собой его ткани - с сохранением всех внешних человеческих признаков. Всех - кроме разума человеческого, кроме души человеческой. И то и другой они получали от людей - не тех, в чей организм проникли. Тех, на ком они паразитировали, тех, кто любил людей, уже убитых ими. Тех, без чьей мысленной, эмоциональной поддержки энтары просто не могли существовать - на этом и основывалась единственная пока что найденная возможность их обнаружения. Профессор Диллет с женой идеально вписывались в эту схему. Нежно любящие друг друга супруги. Смертельная болезнь Луизы Диллет. Почти шесть суток на Мантейбе - срок достаточный для энтара, чтобы поразить уже ослабленный недугом организм. Но - сам профессор за эти три года добивается огромных успехов при работе над проектом, немыслимых для человека, на ком паразитирует энтар. Но - ни один из детекторов за все это время не выявляет признаков заражения Луизы Диллет. Но, наконец, самое немыслимое - сам Диллет - тоже энтар.

- Ладно, отдохнули, - сказал Энасси, вставая. - Пора работать.

Они вышли из кафетерия, ненадолго вернулись в аппаратную, из которой Гайдли сообщил о распаде энтара. Энасси на мгновение высветил в обзорном поле просмотровой зал, и не успевший вовремя отвернуться Гайдли увидел то, что осталось от профессора Диллета - темно поблескивающая лужа протоплазмы на полу с лежащей в ней мокрой одеждой. Ну почему, почему мне так до тошноты страшно? - спрашивал он себя. - Почему? Ведь я уже видел такое раньше. Не раз. И не два. Такое случается, если не успевает на место распада мастер, подобный Энасси. Человек, чья ненависть к энтару превосходит выносимые им пределы, так что эта тварь под влиянием ненависти переходит в форму гьенда - древнейший, атавистический способ самозащиты загнанного в угол энтара, сродни защити некоторых насекомых, при опасности притворяющихся мертвыми. Бесполезный способ, если защищаться им от человека - с гьендами люди справляться научились.