Илья Одинец - Условно разумный

— Не один. С помощником.

— С Дрыгой? Наверное. Тебе нужен слон?

— Не только слон, но и белый медведь, и кто там из опасных морских? Кит?

— Акула.

— Вот она.

— Зачем?

Алина открыла рот, но тут очень не вовремя появилась официантка. Она бухнула на столик поднос с заказом и равнодушно произнесла:

— Не сорить, скатерть не пачкать, сигареты тушить в пепельнице, столовые приборы не воровать — я проверю.

Андрей мысленно похвалил себя за решение не оставлять столь неприятной особе чаевых.

Когда официантка удалилась, Алина, наконец, ответила на вопрос, но ответ ничего не прояснил.

— Я из зоопарка, — женщина прищурилась, словно проверяя, поверили ей, или нет. — Мы ищем самых опасных диких животных для особой выставки.

— Из какого зоопарка? Из Московского?

— Из Белорусского, столичного. Ты ешь, ешь. Еще неизвестно, когда в следующий раз придется.

Но Семенов к еде даже не притронулся.

— То есть ты из богоугодного заведения для зверюшек. Вам разрешается забирать из зоны людей, чтобы они помогли вам поймать этих самых опасных тварей?

— Нечто вроде того.

— А своих специалистов нема?

— Нема, — улыбнулась она.

— И к индейцам каким-нибудь из саванны обратиться не можете? У них ведь большой опыт в поимке слонов и леопардов.

— Не можем. Ты ешь, не задавай глупых вопросов.

— Они не глупые, они единственно правильные. Сдается мне, подруга, ты не сказала ни слова правды, а рассказ твой — чистейшей воды бред.

— Ешь, — в голосе Алины послышались стальные нотки. — Если не хочешь, нечего время терять. Первый в списке слон. Что тебе нужно для его поимки, помимо помощника?

Андрей качнул головой. Алина явно не спешила делиться секретами. Пришлось обращаться к внутреннему аналитику.

— Помповое ружье, ампулы с сильным снотворным, грузовик с открытым верхом для транспортировки, веревки, чтобы связать, подъемный кран, чтобы в грузовик погрузить. Кажется, ничего не забыл.

— Все будет. Но тебе все-таки советую подкрепиться.

— В самолете покормят.

— А кто сказал, что мы полетим на самолете?

Есть не хотелось. Андрей через силу заставил себя проглотить пельмени, а к жаркому даже не притронулся. Зато кофе его немного взбодрил. Расплатившись за недоеденный обед, мужчина поднялся и направился к выходу.

— Направо, — скомандовала Алина и взяла его под руку.

Такая "мера предосторожности" заставила Семенова улыбнуться. Если он решит сбежать, дамочка его не удержит, но он не убрал руку. Идти с такой красоткой по улице приятно. Поднимает уровень самооценки.

Женщина повела его мимо закусочной, свернула на узкую улочку, пересекла однополосную дорогу, и вскоре они попали в самый убогий квартал города. Домишки здесь были маленькие, корявые, старые, тут и там стояли вонючие переполненные мусорные бачки, ветер гонял по асфальту обрывки газет, пустые пакетики от чипсов и алюминиевые банки из-под пива. Прохожих не было вовсе. Андрей поежился, ему стало не по себе от ассоциации, которую угодливо подсунул мозг: вымерший город Припять после Чернобыльской аварии.

— Аэропорт в другой стороне, — заметил он.

— Я же сказала: мы не полетим на самолете.

— Да? И как же ты собираешься попасть в Африку? Или мне слона из зоопарка выкрасть?

Алина рассмеялась, и от глубокого чувственного звука по спине мужчины поползли мурашки.

— Заходи.

За размышлениями о странностях дня, Семенов не заметил, как они дошли до конца улочки и уперлись в деревянный забор, высотой чуть выше человеческого роста. Если владельцы забора и хотели скрыть от прохожих внутренний двор, то сильно просчитались — забор пестрел не только расклеенными объявлениями о продаже и покупке жилья и матерными граффити, но и хвастался отсутствием едва ли не четверти досок.

Андрей влез в одну из дыр и замер.

Он стоял на самом обычном заднем дворе самого обычного дома. Слева росли кусты давным-давно отцветшей сирени, впереди на толстой ветке яблони тихонько покачивались веревочные качели. На траве горкой высилась импровизированная песочница, в которой чей-то ребенок разбросал красные пластмассовые формочки, совочки и ведерки. А вот справа находилось самое необычное, что Семенов когда-либо видел: огромные металлические ворота. Толстые, с приличную дверцу банковского сейфа, они стояли в правой части заднего двора, занимая почти всю длину забора, и ни к чему не крепились.

Алина уверенным шагом пересекла двор и подошла к воротам. Андрей последовал за ней. Подойдя ближе, он понял, что ворота не только толстые, но и очень высокие, в три или даже четыре человеческих роста.

"И как же ты их через забор не увидел?" — поинтересовался аналитик.

Мужчина дотронулся до блестящей стали, ожидая, что ворота растворятся в воздухе, но его пальцы наткнулись на холодное железо. Он провел рукой по гладкой поверхности и заглянул за ворота. Увы, они словно приросли к забору и даже если и открывались, никуда не вели.

— Отойди, — приказала Алина и встала прямо перед сомкнутыми створками.

Семенов подвинулся и увидел, как женщина приложила ладонь к стальной поверхности. Пару секунд ничего не происходило, а потом ворота открылись: створки бесшумно разъехались в стороны, и вместо деревянного забора явили Андрею огромное ангарное помещение.

"Сплю", — подумал мужчина.

— Заходи, — подмигнула Алина. — Будь как дома.

"Черт, она точно из правительства", — мелькнуло в голове.

Андрей оказался в большом гулком помещении, судя по всему, обшитом огромными стальными листами. В полумраке он не сумел разглядеть, на какую высоту уходит потолок, но если учитывать высоту ворот, в ангар наверняка можно вместить городскую пятиэтажку. Ширину и длину помещения определить тоже не получилось — полумрак плавно переходил в абсолютную темноту, но судя по звукам эха, ангар был большим и пустым.

Ворота за спиной закрылись. Алина отошла куда-то в сторону, и Семенов сделал несколько неуверенных шагов вперед.

— Умник, ты? Ну, наконец-то!

"Эцто!" — эхом отозвался ангар.

Метрах в пяти слева стоял грузовик, который на фоне ворот казался просто игрушечным. Рядом с грузовиком, скрестив татуированные руки на груди, криво ухмыляясь, примостился Дрыга. Было непривычно видеть его в лакированных ботинках, строгих серых брюках и галстуке, а не в серой робе.

Андрей шагнул к старому знакомому и протянул руку. Дрыга крепко ее пожал. На зоне они считались если не врагами, то неприятелями, а теперь стали едва ли не товарищами.