Гарм Видар - Ведьма

"Удивительно, как ты вообще дожил до сегодняшнего дня", - подумал Плешивый, тупо разглядывая показания вольтметра - разность потенциалов на соседних участках кожи, порой, достигала у вожака 40-45 вольт.

- Сейчас сделаем анализы, - бормотал Плешивый, набирая в пробирку серебряную вязкую жидкость, служившую вожаку кровью. - "А ведь и правда похоже на "Собачью Старость". Вот уж не думал, что мутанты ею тоже болеют?!"

- Ты вот что мне лучше скажи, - хрипло пробормотал вожак, - ты у озера когда-нибудь был... ночью?

Плешивый едва не выронил пробирку и вновь ему на мгновение показалось, что ладони его рук светятся едва уловимым серебряным светом, словно там затаился лунный зайчик, забравшийся под верхний слой кожи.

- ОН запрещает нам выходить из приюта по ночам, - тихо произнес Плешивый, и это было правдой. - Сейчас я сделаю тебе микстуру, ты выпьешь и немного поспишь...

- Опять глотать какую-то гадость, - вожак шевельнулся, и огоньки на его коже испуганно шарахнулись в разные стороны. В воздухе запахло озоном. - Но ты, все равно, не уходи... - Вожак направил все три светящихся глаза на Плешивого, и тот ощутил себя словно актер на темной сцене, высвеченный мощными прожекторами.

- ОН отпустил меня на три дня, - тихо сказал Плешивый.

- Этого достаточно, - пробормотал вожак, и Плешивому почудилась в его голосе скрытая угроза.

"Ерунда! Я просто нервничаю. Все таки первый раз без НЕГО... Да еще эти предстоящие ночевки в деревне", - Плешивый вдруг осознал, что до него, ни один обитатель приюта не ночевал в деревне. Даже ОН.

Двустворчатый бесформенной кучей тряпья громоздился у входа в нору вожака.

- Ну что, будем устраиваться на ночлег? - И вновь Плешивому послышался с трудом пробивающийся из недр Двустворчатого изуродованный смешок. - Ты никогда еще не ночевал в деревне?

Плешивый отрицательно помотал головой и пристально посмотрел на Двустворчатого, силясь понять говорит он серьезно или издевается.

Двустворчатый булькнул еще раз и вдруг совершенно нормальным голосом произнес:

- Я думаю, тебе у нас... ночью понравится.

Рядом с норой вожака стояла торчком огромная бочка, в диаметре метра два и около трех метров высотой. В боку у нее зияла дыра, через которую легко мог протиснуться даже Двустворчатый.

Плешивый заглянул во внутрь - там было пусто, лишь в противоположном от входа конце виднелась грубо сколоченная широкая лавка.

- Ну, как апартаменты? - с плохо скрываемой гордостью спросил Двустворчатый. - Здесь раньше Чумной жил, но неделе три назад, когда случайно на болоте подцепил "Дикий Волос", он подался на юг... Там у них, говорят, колония есть. Ну, это ж надо?! Ты представляешь, все как один Диким Волосом заражены, потеют гепарином, да зудят себе ультразвуком... Спятить можно!

- Ты, лучше скажи, бочку изнутри "Стервяком" брызгали? - хмуро спросил Плешивый.

- А-то?! - радостно булькнул Двустворчатый.

- Ну и ладно, - вздохнул Плешивый и полез в бочку.

- Ты, пока, в бочке посиди, а я сгоняю попасусь: желудок вон к хорде прирос, - Двустворчатый на миг прикрыл свой жуткий глаз шторкой - вроде как подмигнул.

Плешивый кивнул по инерции, кинул на лавку вещмешок и, как бы вскользь, спросил:

- А ты Двустворчатый, когда-нибудь, видел... женщин?

Двустворчатый мигом вскинул шторку и пристально посмотрел на Плешивого, чувствовалось, что о своей многострадальной хорде он на время забыл.

- А-то! - Голос Двустворчатого звучал натянуто, словно удерживать над глазом приподнятую шторку ему стоило большого труда.

Плешивый хорошо уловил новые тревожные интонации в голосе Двустворчатого, но не удержался и опять спросил:

- А правда, что у вашего вожака есть женщина? Почему же тогда я ее не разу не видел?

- Много будешь видеть - глаз станет таким, как у меня, - почти прежним тоном объявил Двустворчатый, но напряженность в его голосе осталась. Плешивому даже показалось, что Двустворчатый украдкой оглянулся. И опять было совершенно непонятно - шутит Двустворчатый или говорит серьезно.

Внезапно Двустворчатый засуетился, мигом вспомнив о своем желудке:

- Ты к вожаку-то прислушивайся, а я...

- Иди-иди, - кивнул Плешивый, а сам при этом подумал: "Я бы тоже рванул... Ну, да поглядим, как события будут развиваться. Рвануть мы всегда успеем."

Плешивый проводил задумчивым взглядом нелепую фигуру Двустворчатого, достал из вещмешка одеяло, расстелил его на лавке и лег. Ночные скитания все таки давали о себе знать.

Уже засыпая, Плешивый обратил внимание на свои ладони: и вновь ему показалось, что они светятся... И вновь он отложил более детальное обследование на потом...

...серебро. Тусклый матовый блеск! Голова тяжела и сердце щемит. И странный запах - манящий и пугающий вперемешку. И дикая боль пронзающая насквозь жалкое трепещущее тело, и судорожно сжавшийся в комок мозг... Серебро становится ртутью, наливая тяжестью испуганные мышцы, расплющивая под непомерной тяжестью разум, заставляя тело функционировать автономно. И в сотне ртутных зеркал бьется пойманное в ловушку отражение, неузнаваемо трансформировавшегося существа. Жалкого и страшного одновременно...

Плешивый проснулся. Долго лежал не шевелясь, стараясь отделить сон от яви. Пот, крупным бисером покрывший все тело, подсыхал с хорошо различимым шелестом.

Плешивый встал, выглянул в дыру.

Ночь грузным телом навалилась на поселок.

Плешивый выбрался из бочки и побрел к норе вожака...

Еще не успев приблизиться ко входу, Плешивый услышал, что вожак в норе не один.

Плешивый явственно разобрал два голоса: один - хриплый и тусклый вожака, а второй... Второй голос - едва доносящийся из промозглой грязной норы - был настолько завораживающе алогичен и пронзительно узнаваем, что у Плешивого перехватило дыхание. Он сделал неловкий шаг и ударился плечом о стену норы...

Голоса стихли.

Плешивый вдруг снова покрылся холодным потом, словно вновь утонул в липких объятиях кошмарного сна. Деревня, затаившаяся в ночной тьме, стала казаться единым живым организмом, выжидающим удобный момент для атаки. За стенами каждого нелепого строения явственно ощущалось напряженное ожидание.

"Ерунда! Пусть днем, но я здесь был десятки раз", - Плешивый решительно сделал еще шаг и оказался перед входом в нору вожака.

Нора изнутри неплохо была освещена тремя все еще непомеркшими бельмами вожака.

- Ты был не один? - почти уверенно произнес Плешивый.

- Тебе показалось, - глухо отозвался вожак, и Плешивый по его голосу понял, что вожак лжет.

Но теперь в норе действительно никого не было. Но в норе не было и второго выхода! В этом Плешивый был абсолютно уверен.