Андрей Акулов - История дикой планеты

Ознакомительный фрагмент

Следующий этап — это влияние на живые организмы с целью изменить направление движения эволюции, если такое необходимо, зарождение жизни, где это возможно и переселение человеческого разума к гоминидам. Но об этом еще было рано думать. Сейчас только начало исследований.

Эол лег на холодный металл антигравитационного стола. Слегка поморщился от неприятного ощущения. Рука привычно нащупала кнопку, и он мягко воспарил над зеркальной гладью установки. Сладко потянулся, хрустнул суставами, принимая привычную позу. Мысли потихоньку успокаивались, палец на ноге немел: ему похоже нравилось висеть в воздухе.

— Поехали, — скомандовал себе ученый.

Пространство вокруг пришло в движение. Звездная картина начала медленно приближаться. Сбоку исчезла синева родной планеты. Эол ускорился, и холодный безжизненный космос поглотил его, сделал одинокой песчинкой в беспредельной глубине вселенной. Движение сквозь пространство постепенно стало подчиняться воле. Немного привыкнув к управлению, он перешел на сверхсветовую скорость и через несколько секунд подлетел к красному гиганту. Он мог бы это сделать в один миг, но ему нравилось испытывать чувство контролируемого полета. Эол замедлился и немного полюбовался завораживающим видом старой звезды. Вокруг гиганта вращались не менее двадцати планет, а чуть в стороне длиннохвостая комета отдалялась, уходя в глубины космоса.

Окончательно освоившись, Эол вышел на курс нужной галактики и в мгновение ока подлетел к первым звездам. Тут, в середине спирали и была его первая цель — небольшая планета с железным ядром, имеющая все шансы стать обитаемой.

Через секунду перед ним появилась обычная звездная система, достаточно молодая, но уже сформировавшаяся. Третья от желтой звезды красавица находилась в своем первозданном буйстве, словно кипящий котел. Вся затянутая серыми клубами туч, смешанных с дымом, пылью и пеплом, планета только готовилась стать матерью для миллиона живых организмов.

Эол какое-то время полюбовался издалека, быстро облетел ее по кругу и нырнул в тягучие облака, лежащие одеялом прямо на темно-рыжей каменистой земле, изрезанной потоками застывшей лавы.

Тот, кто воссоздавал планету, не потрудился уделить внимание деталям, и при ближайшем рассмотрении она стала совсем «неживой». В глаза бросались криво, угловато построенные искусственным интеллектом первобытные лавовые пейзажи: одинаковые горы на горизонте, кратеры, вулканы и даже камни под ногами имели схожую между собой форму. Будто единожды созданный участок поверхности размножили и перемешали по всей планете. И это даже не было воссозданием реальной части этой планеты: бесчувственная фантазия искусственного интеллекта, слегка подкорректированная человеком.

Эол улыбнулся. Конечно, не стоило рассчитывать на подлинные ландшафты и правдоподобное состояние планеты. Все-таки это предварительный, даже скорее путеводный макет, сотворенный на основе света, шедшего многие миллиарды лет. В реальности планета уже давно выглядит совершенно иначе. Хоть это и модель, но — Эол покачал головой — редко встречаются такие плохо слепленные экземпляры. Сотрудник, который занимался этой системой, вбил результаты сканирования в программу воссоздания, и она сотворила это… Интересно, он хоть видел результат? И ведь наверняка так будет со всей галактикой.

Эол поднял осколок камня. Квадратные искусственные углы булыжника мгновенно преобразовались в естественные сколы, трещины и наплывы раскаленной лавы с причудливым разноцветным узором.

— Вот так должна работать визуализация! — сказал он и с силой швырнул камень.

Кусок породы влип в небольшой холм, словно в разогретую смолу, и мгновенно весь видимый пейзаж преобразился, превратившись в скалистую пустыню, разорванную кратерами и вулканами, каньонами и взъерошенными пиками. Подул ветер, срывая потоки пыли с острых выступов. Скалы засверкали кристаллами соли. В низко нависшем небе блеснула молния, ударил гром, и ветер принес первые струи дождя. Капли звонко застучали, зашипели на затвердевшей, но все еще горячей лаве, словно на сковороде, зашлепали по мелкой скальной крошке.

Планета ответила возмущенными струями пара, шипя и клокоча как вечно недовольная старуха. Напор усилился, ударяя первобытную землю потоками влаги, и уже потекли извилистые ручейки. Сливаясь вместе, они устремились по старому лавовому руслу, теряясь в нагромождении скал.

Ученый улыбнулся.

Да! Вот такой она была! Эол это знал — сработал закон Притягивания реальности, запечатленной в древнем свете от далекой планеты. О!.. Что это за зрелище! Какое чувство первооткрывателя возникает, когда впервые видишь планету, воскрешаешь ее из прошлого. А ведь планета хороша! Ее ждет большое будущее. Как она выглядит сейчас?.. Неизвестно. Но такую ее точно еще никто не видел!..

Поток мутно-рыжей воды под ногами сковырнул булыжник, и забинтованный палец Эола обожгла резкая боль. Яркость красок, резкость, контраст — все разом исчезло. Появились углы комнаты, стены, потолок, на которые проецировалось корявое изображение далекой планеты.

— Глупый пылесос! Палец пульсировал.

«Однако, — подумал Эол, — что первично: боль или падение камня?»

«Точнее, спонтанный приступ боли спровоцировал видение падения камня мне на ногу, или этот случайно упавший булыжник вызвал боль? Хм… Все же, сначала открылась рана, а затем сработал закон Притягивания визуализации к реальности. Отсюда и появившийся камень, упавший на ногу», — рассуждал Эол, паря над столом. — «Или сначала визуализируемый осколок свалился на ногу и, запустив закон Притягивания, теперь наоборот, реальности к визуализации, вызвал боль… Нет, тут все не так просто. Здесь задействованы мои болевые ощущения в пальце, чего не должно быть в нормальном эксперименте с визуализацией, значит, это побочный эффект воссозданной реальности. К тому же, это визуализация прошлого планеты. Да. Но все же…»

Он стал вспоминать историю науки о визуализации: вначале был открыт закон Притягивания реальности к визуализации — иными словами, чем реалистичнее воссоздавался мысленный образ какого-либо предмета, действия или даже целого мира, тем быстрее сама реальность стремилась воплотить в себе воображаемое явление. То есть, если долго визуализировать что-то, то это обязательно появится в жизни. Но это процесс медленный и ненадежный. Он не принес практической ценности и был благополучно забыт. Но такое знание дало толчок к открытию закона Притягивания уже визуализации к реальности, заключающийся в воссоздании реальности из визуализации ее образа, при этом фантомное тело экспериментатора фактически переносится в визуализируемую вселенную в ее действительном воплощении. Оба эти явления развились в науку изучения далекого космоса…