Андрэ Нортон - Принц приказывает

— Но даже он не может сделать ветер сильнее, — чуть погодя продолжила Лидия. — Пройдёт несколько часов, прежде чем… — тут она замолчала, глядя уже не на море, а на то, что находилось непосредственно перед домом. Улыбка её исчезла, сменившись мрачным выражением.

Персис проследила за её взглядом. Насыпь, на которой был воздвигнут дом, соединялась полоской земли — дамбой — с причалом, но у её основания плескалась вода и узкий канал вёл прямо в море. Выход из канала находился у самой пристани, по-прежнему загромождённой ящиками и бочонками.

По канату от пристани двигалась небольшая лодка с двумя гребцами, и Лидия смотрела именно на нее. Сжав кулак, она ударила им по перилам.

— Джонни Мэйсон! — она словно выплюнула это имя.

— Услышал сигнал раковины и отправился к Крю. Вечно он вмешивается! — она пожала плечами. — Ну и пусть. Ему это не поможет. Крю тоже.

Лидия устремилась к лестнице. Персис спускалась осторожно, решив, что Лидия погружена в свои мысли и забыла о ней. Но в верхнем коридоре хозяйка остановилась и оглянулась.

Выражение недовольства, пусть и слабое, исчезло. Улыбка больше не казалась ни сердитой, ни хитрой.

— Вы спрашивали об Исчезнувшей Леди, — к замешательству Персис, она совершенно оставила тему «Удачи бури» и её капитана. — У меня есть время показать вам веер — веер призрака.

Она взяла Персис за руки, словно они близкие и лучшие подруги — Персис несколько встревожилась такой быстрой сменой настроения, — и отвела гостью в спальню на втором этаже у самой лестницы.

— Сьюки, — нетерпеливо обратилась Лидия к чернокожей девушке, которая складывала бельё в ящики прекрасного резного комода, — оставь это. Скажи Мам Роз, что у нас на ужине будет гость, особый гость. Нам понадобится наполеоновский фарфор и лучшее столовое серебро. Иди!

— Да, мэм, — и Сьюки исчезла, оставив комнату в беспорядке. Персис решила, что этот беспорядок — дело рук Лидин. Хозяйка рылась в старинном морском сундуке, говоря:

— Ни один островитянин не притронется к этой вещи. Они считают, что она приносит несчастье. Крю нашёл это, — она пнула сундук носком туфли, — в песке под скалой. Все, что осталось от старого пиратского форта. Я упросила его отдать сундук мне. Сьюки и остальные знают, что он у меня. Они считают, что я могу напустить на них несчастья. Поэтому всегда делают, что я велю. Полезная штука. А, вот он!

Она подошла к окну, неся в руках деревянную шкатулку. Достала из неё веер, расправила и подставила под солнечный луч.

Персис приходилось видеть изящные веера из слоновой кости, которые иногда продают китайские купцы. И веера из сандалового дерева, которыми пользуются летом. Считается, что аромат дерева позволяет легче переносить жару. Этот же веер был похож и в то же время не похож на другие. Чёрные дощечки, стянутые лентой, прятались под более плотными дощечками-крышками, на которых были вырезаны изображения кошек с глазами из блестящих тёмно-синих камней. А внутри девушка увидела опять-таки кошек, охотящихся в траве, спящих, сидящих.

— Эти камни называются чёрными опалами, — Лидия указала на глаза-камни. — Так сказал Крю в Ки-Уэсте один ювелир. Он считает, что им двести-триста лет, но не знает, где именно сделан веер: в Китае или в Италии. Он волшебный. Говорят, с его помощью Исчезнувшая Леди убила Джека Сатиновую Рубашку, потом просто взмахнула веером, и её не стало, — Лидия рассмеялась. — Давайте, потрогайте его. Эти кошки не кусаются и не царапаются. Мне они ничего не сделали.

Персис неохотно протянула руку. Веер был довольно необычный, хотя и прекрасный. Девушка не верила в то, что он может принести несчастье, но всё равно её охватило какое-то странное ощущение. Персис принялась разглядывать кошек. Они — она поискала нужное слово — выглядели как-то неестественно. Но раскрыв веер полностью, девушка почувствовала, словно кошки оценивающе смотрят на нее. Быстро закрыла веер и вернула Лидии.

— Очень необычная вещь, — сказала она. Персис видела, что Лидия внимательно наблюдает за ней. Может, желая убедиться, что она так же суеверна, как и островитяне.

— Да, — Лидия положила веер назад в шкатулку, а ту уложила в сундук, не делая попыток подобрать вещи, которые разбросала во время поисков. — Но самое странное, что хотя веер всегда здесь, призрак держит его в руках. Мне кажется забавной мысль о призрачном веере. А теперь я должна найти миссис Прайор. Если я уговорю её, она даст нам хорошего вина… Идёмте со мной, если хотите.

Персис покачала головой.

— Я должна заглянуть к дяде. Спасибо.

Когда она постучала в дверь, Шубал сразу открыл, словно с тревогой ждал её появления.

— Мисс Персис, пожалуйста… Хозяин не спит. Он спрашивал вас.

Надо было прийти раньше. Почему она позволила Лидии помешать исполнению её долга? Персис торопливо подошла к кровати. Странно было смотреть сверху вниз в эти широко расставленные глаза. Даже в старости дядя Огастин оставался очень высоким и держался очень прямо.

— Я здесь, сэр. Простите, что не пришла раньше…

Он с большим усилием поднял руку.

— Неважно… — голос его, хоть и хриплый, сохранил прежнюю вежливую отчуждённость.

— Я должен кое-что объяснить тебе, Персис, — он говорил с паузами и тяжело дыша. Персис с тревогой прислушивалась к его дыханию. — Мы всегда тщеславимся свой силой и не думаем о слабости. Я… Вероятно, я допустил ошибку, предприняв это путешествие. Серьёзную ошибку. Но, оглядываясь назад, не вижу возможности поступить иначе.

Ты знаешь, что неудачи «Рук и Компани» сильно подорвали наше состояние. Я мог бы восстановить эти потерн, но время стало моим врагом. Я слишком стар, а это признавать нелегко.

Его прямой взгляд требовал, чтобы она не проявляла никакого сочувствия.

— Три месяца назад… — он остановился и закашлялся; Шубал едва не оттолкнул Персис, но больной поднял руку и жестом отстранил слугу, — …я получил важное сообщение. Как и во всех семьях, у нас есть свои тайны. Ты, несомненно, никогда не слышала об Амосе Руке, — тут он не стал ждать ответа.

У моего отца был младший брат Амос. В дни нашей революции он дружил с молодыми английскими офицерами, которые служили в армии, оккупировавшей Нью-Йорк. Другими словам, он провозгласил себя «лоялистом[3]». Когда английская армия вынуждена была эвакуироваться, он собрал значительную сумму, в том числе и из денег, украденных у своих сограждан. И с этими деньгами отправился в Вест-Индию.

Но часть этих денег не была получена нечестными путями. Их ему доверила его овдовевшая мать. Эти деньги она предназначала в качестве приданого сестры Амоса, а также для себя в старости.