Борис Георгиев - Нф-100: Инварианты Яна

Ознакомительный фрагмент

- Мне говорили, где-то тут во время войны был бункер, - проговорил вполголоса Чезаре. Сидел на месте охранника, за монитором. Тоже, значит, беспокоился. Родриго посмотрел поверх плеча напарника на экран и хмыкнул. 'Какая-то чёртова игрушка. Дурью мается'. Он наклонился, выдернул из розетки шнур и ответил:

- Был тут бункер. Потом из него сделали лифт на пляж. Мать меня сюда возила купаться. Тут санаторий был, пока не разорился, потом какой-то заднице пришло в голову пустить сюда высоколобых.

- И что здесь теперь?

- Боишься? -Папаша Род ухмыльнулся и добавил, тыча пальцем в опустевший экран. - Поменьше играй в русские игрушки. Страх - штука заразная.

- Да ну! - огрызнулся номер четвёртый, проникатель. - Кое-кто, я вижу, заразился. Разряженным пистолетом грозил бабе.

Папаша Род припомнил лицо русской, и его передёрнуло. Кто другой, а он знал, чем заканчивается общение с их бабами. Взять хотя бы жену брата. Как-то раз...

- Так что там теперь? - переспросил Чезаре, заметив, что командир сглотнул пилюлю и даже не поморщился.

- Нас не касается, - отрезал Родриго. - Наше дело не дать никому смыться и увезти это самое, что они тут настрогали на наши задницы. Будем здесь, пока не явится инспектор Совета по борьбе с чёртовыми технологиями.

- Дохлый номер. Проторчим здесь дня два. Чтобы ублюдки-инспектора оторвали задницы от диванов в выходные? Да ни в жисть. Дармоеды вонючие.

- Полегче с выражениями.

- Сдаётся мне, кто-то заразился-таки русскими страхами, - Чезаре Рокка осклабился. - Махал я инспекторов с прибором.

'Давай-давай, махальщик, - подумал Родриго Борха, - контуженым закон не писан. Если б ты знал то, что знаю я... Ладно. Инспектор, наверное, давно внутри. Возможно, даже не один. Тот-то мне показалось...' Он глянул на экран служебного коммуникатора и присвистнул.

- Чего там? - забеспокоился Чезаре.

Папаша Род ответил не сразу, сначала убедился, что на территории института нет ни одной фигурки, меченной синей точкой. 'Может, просто показалось', - подумал он и ответил подчинённому:

- Сползаются. Теперь глаз да глаз.

Глава 2. Глаз да глаз

В холле Галилео - полумрак, шаги звучали странно. Как будто не три человека вошли, а ввалилась толпа. Стук каблучков, шарканье, покашливание, негромкий оклик, сухой треск выключателя - привычные звуки, многократно повторённые эхом, стали невнятным ропотом, голосами призраков. Но вспыхнули под потолком, налились светом белые трубки ламп; сумрак сбежал, сгустившись в тёмных углах, а призрачный ропот смолк после того, как грохнула дверь.

'Обычный гостиничный холл', - подумал, осмотревшись, инспектор. Действительно, с тех пор, как здание перестало быть санаторным корпусом, обстановка поменялась мало. Даже стойка администратора осталась; и, как во всех дешёвых гостиницах мира, виднелись за невысокой перегородкой угловатые затылки мониторов. 'Сейчас меня поселят', - подумал инспектор, готовясь к неприятному разговору.

Будто бы в подтверждение, Светлана Берсеньева прошла за стойку, открыв и закрыв за собой откидную доску. Не присаживаясь, пощёлкала клавишами компьютера и глянула на гостя, словно ожидала, что тот справится о наличии мест.

- Он подключён к Сети? - спросил вместо этого 'посетитель'.

- К институтской - да, а к глобальной - нет. Да вы и сами должны бы знать. Решением вашего же иезуитского Совета...

- Ну зачем вы так непочтительно об иезуитах! - Инспектор хохотнул, ища, куда бы пристроить шлем.

- Давайте сюда свой горшок, - предложила, подойдя ближе, Инна. - Вон там у нас одёжный шкаф. Или вы предпочитаете, чтобы утварь хранили вместе с посудой?

- Я предпочитаю, чтобы шлем спрятали в сейф, - заявил инспектор.

- В сейф? - невозмутимо переспросила Светлана Васильевна. - Это можно устроить, если так вам будет спокойнее.

- Так будет спокойнее вам.

Берсеньева в сомнении изогнула бровь, но ничего не сказала, просто протянула руку над стойкой, не прекращая нажимать клавиши другой рукой.

- Что вы там набираете? - поинтересовался инспектор, передавая шлем. - Осторожнее с ним.

- Как вас зовут? - вопросом на вопрос ответила Берсеньева.

- Называйте меня Владимиром. Да осторожнее же!

Светлана Васильевна чуть было не выронила шлем.

- Тяжёлый, - улыбнулась она. - А фамилия? И заодно отчество.

Спросив, спряталась за стойку. Инспектор перегнулся - глянуть, что

она там делает. Лязгнул замок, скрипнула дверь. 'Ага, там у них сейф. Как будто специально поставлен. Про отчество спросила. Соврать?' Ко лжи инспектор испытывал отвращение.

- Обойдёмся без, - ответил он.

- Как знаете, господин без. Давно ли вы, Владимир, служите в этом вашем Совете?

- Давно ли я? Пожалуй, недавно. Но это не относится к делу. Давайте обойдёмся не только без отчества и фамилии, но и без оскорбительных выпадов в адрес Совета. И давайте не будем превращать разговор в обмен шпильками. Я просил проводить меня к директору, вы вместо этого изображаете Мисс Ресепшн, и... Что вы там всё время клавишами щёлкаете?

- Миссис Ресепшн выполняет необходимые формальности, - ответила Светлана, глядя на верзилу снизу вверх. - Ну, вот и всё.

- Что - всё? - спросил Владимир. Посмотреть на экран не представлялось возможным.

- 'Аристо' теперь знает о вас. И остальные тоже.

- Лучше бы обо мне узнал Горин. Кто этот Аристо? И кто остальные?

- 'Аристо' - бигбрейн, а остальных вы сейчас увидите. Я всех позвала сюда, в том числе, конечно, драгоценного вашего Горина.

- Не моего, а вашего, - огрызнулся инспектор и подумал, заметив, как дрогнули губы Миссис Ресепшн: 'Что с ней? Обеспокоена. Зачем-то внесла в базу. Но ведь я кроме имени не сказал ничего!' Не дождавшись ответной колкости, спросил:

- 'Аристо' прорицатель? Что он умеет определять по имени?

- По имени почти ничего, но остальное вы ему расскажете сами. Лицо он уже знает, радужную оболочку считал, а характер дело наживное.

- Тут камеры повсюду? - догадался инспектор, испытав желание оглянуться.

- И не только камеры, микрофоны тоже. 'Аристо' слушает вас.

- И не только вас, - вмешалась Инна. - Старичок Аристотель всех здесь слушает.

- Но зачем? Что за тотальная слежка?

Светлана Васильевна принуждённо улыбнулась, потом, отвернувшись, заговорила без всякого выражения:

- Вы слышали, Инночка, как инспектор спецслужбы возмущается тотальной нашей слежкой? И это после того, как мы увидели в небе любопытную птицу.

- Да, я совсем забыл, я же душитель свободной науки. Насылатель беспилотных устройств. Но уверяю вас, даже я ещё не дошёл до того, чтобы следить за каждым шагом подчинённых. Это Горина выдумка?

- Нет, - ответила за Берсеньеву Инна. Сама Миссис Ресепшн, казалось, утратила интерес и к разговору и к гостю. - Это выдумка наших матлингвистов. Их вина. Правда, Светлана Васильевна?