Сборник - Фантастика, 1987 год

Почему я медлю - выбор так ясен. Люди со всеми их пороками - это люди, это Игорек, это Лида, это Рагозин с его идеями и это я сам.

Две минуты до сброса.

Сейчас я был - все люди. И мог сколько угодно твердить, что не готов принимать таких решений, что это жестоко… Но я должен был решать.

Я не говорил ничего, но я знал, что решил. Я хотел сказать ему, что он создал прекрасный мир и что в этом изумительном мире есть… будет мальчик, которому нельзя не жить. И женщина, без которой этот мальчик жить не сможет. И ради них… И других?

И других тоже…

Ковш раскрылся, и контейнеры полетели в пучину океана, сверкая на солнце оранжевыми гранями. Они погружались, и оболочка сразу начала растворяться, и триллионы активных микроорганизмов устремились в темноту воды, и этот миг отделил в истории Земли пустоту от жизни. Одну жизнь - от другой.

Но я все равно слышал голос. Я слышу его все время. И сейчас тоже. Я прислушивался к нему, когда удивленные Мережницкий с Манухиным расспрашивали меня о причине преждевременного возвращения. Я слышал его, когда равнодушно докладывал о выполнении задания. Я слышал его, когда молчал о том, что он - был. Приборы ничего не показали, как не показали ничего при забросе Манухина.

Голос приказывал мне молчать. Он и я - мы оба не хотели, чтобы люди знали о том, как они начали жить. Люди не виноваты.

Я слышу голос, стоя на балконе. Он говорил со мной о вечности Вселенной, об иерархии разумов. Он говорит постоянно - даже во сне я слышу его. Я больше не могу молчать. Голос рвется из меня, и я понимаю, что скоро у меня не хватит сил, и я начну говорить, хотя я не должен говорить.

Никогда.

ИВАН ФРОЛОВ ДЕЛОВАЯ ОПЕРАЦИЯ

Моя карьера начиналась довольно скромно: служащий в конторе по консолидации. Но я мечтал о другом и все свободное время работал над романом, на который возлагал большие надежды.

Однако при всем своем оптимизме я даже не мог вообразить, что поворот в моей судьбе произойдет так неожиданно…

Однажды ко мне в кабинет вошел высокий худощавый брюнет лет двадцати пяти. -Несмотря на суровые январские морозы, он был без головного убора и в легком демисезонном пальто. Большие серые глаза смотрели спокойно и, казалось, насмешливо.

Непринужденно поздоровавшись, гость спросил:

– Я не ошибся? Это отдел консолидации?

Я привык видеть совсем других клиентов: или подавленных, боящихся назвать цель своего визита, или отчаянных, с лихорадочно горящими глазами и возбужденной сбивчивой речью.

Но этот посетитель будто пришел заключать обычную торговую сделку!

– С кем имею честь?

– Боб Винкли,- с достоинством произнес он.

– Кларк Елоу к вашим услугам,- представился.- Вешайте пальто вот сюда, господин Винкли. Проходите, присаживайтесь.

Посетитель отличался хорошим сложением, уверенными неторопливыми движениями.

“Редкий экземпляр”,- подумал я, оглядывая крупную фигуру гостя.

Он спокойно уселся напротив меня и стал рассматривать развешанные по стенам рекламные плакаты.

– Я слушаю вас, господин Винкли.

– Хотел бы узнать условия полной консолидации.

Я протянул ему справочники.

– Сначала вам надлежит пройти исследование в Центре биологических перемещений. На основании свидетельства о состоянии ваших биосистем мы заключим с вами контракт и заплатим по этому прейскуранту.

Посетитель быстро пробежал глазами по длинному списку, вежливо спросил:

– На какую сумму я могу рассчитывать?

– Если все ваши органы окажутся без изъянов, мы можем заплатить до шестисот пятидесяти тысяч дин.

– Однако в вашем прейскуранте нет самого главного!

– Чего именно?

– Стоимости мыслительного аппарата!

– На этот аппарат у нас пока нет спроса.

– Вы отстали от жизни, господин Елоу! - возразил он и достал из кармана газету.- В сегодняшней “Газетт”, например, статья об успешной операции по пересадке головного мозга. Значит, скоро понадобится и моя голова! - воскликнул он.

Действительно, пресса все настойчивее сообщала об исследованиях в этой области, и у нас уже были разговоры о таких операциях, но внедрение их в практику казалось делом далекого будущего.

– Разрешите? - я протянул руку к газете.

– На четвертой странице,- он неспешно подал мне листы.

В глаза мне бросился напечатанный во всю полосу заголовок: “Успехи трансплантации”.

Статья у меня сохранилась, так что выпишу из нее основное: “Как вы знаете, хирурги и ученые всего мира работают сегодня над преодолением последнего рубежа в области пересадки органов и тканей человека - над заменой его мыслительного аппарата. Настойчивую и кропотливую работу в этом направлении проводят сотрудники Центра биологических перемещений под руководством известного профессора Дэвида Дэнниса. Доказано, что интеллектуальная деятельность - не монополия коры головного мозга. Мысль человека - это специфический продукт сложного взаимодействия всех его органов. Но и мозг, изолированный от нервной системы, способен к мышлению, хотя в комплексе с органами различных людей функционирует по-разному, каждый раз показывая различную глубину и интенсивность сообразительности. Эти опыты подтвердили, что мыслительный аппарат, подобно компьютеру, поддается замене.

Недавно, после тщательной отработки технологии операции на животных, хирурги решились провести ее на людях. В автомобильной катастрофе оборвались две жизни. Тридцатилетнему Томасу Сперри повредило голову, у его компаньона Карла Кларенса которому было двадцать восемь лет, голова осталась неповрежденной. Родственники пострадавших дали согласие на пересадку, и профессор Дэннис встал к хирургическому столу. Автоматы по сшиванию капилляров и нервных волокон помогли предельно сократить время операции, она продолжалась чуть более трех часов. Через день оперируемый пришел в сознание, начал узнавать родственников и друзей…”

– Я в курсе,- ответил я посетителю.- Тем не менее относительно вашей головы пока ничего не могу сказать… Впрочем, я поговорю сейчас с шефом…

– Благодарю вас.

Мой шеф, невысокий крепыш, с длинными не по росту руками, вышел к клиенту.

– Добрый день, господин Винкли. Вы, безусловно, правы. Теперь в прейскурант придется внести и мыслительный аппарат.

– Благодарю, сэр.

– Его стоимость будет зависеть от оценки ваших умственных способностей в Центре биоперемещений. При определенных условиях мы можем заплатить за вашу голову до трехсот пятидесяти тысяч дин.

– Значит, полная консолидация может дать миллион. Ну что же… Эта сумма требует серьезных размышлений.