Сергей Беляев - Истребитель «17-У»

— Нет, кроме шуток, где мы? — осведомился Груздев. Бутягин вылез и выплюнул кровь, сочившуюся из прикушенного при посадке языка.

С мрачным видом вылез Андрейко и покачал головой:

— Изобретатели! На печке вам онучи сушить, а не по воздуху летать.

Но это мрачное ворчание Андрейки как-то сразу разрядило настроение. И все почувствовали радость, что посадка кончилась благополучно.

Аппарат стоял посредине картофельного поля. Невдалеке виднелась деревенька, от которой к аппарату бежал народ. Скоро все население деревни уже стояло вокруг и глазело на свалившихся с неба гостей. Ребята осмелели и уже дотрагивались до хвоста. Андрейко лазил под аппаратом.

— Имею доложить, товарищ пилот, — приложил Андрейко руку к шлему, — что чудеса в решете: поломок никаких… даже шасси в целости.

Лебедев снял шлем и зычно крикнул:

— Здравствуйте, товарищи! У нас маленькая остановка по пути. Что это за деревня? — показал он на дома у края картофельного поля.

Из толпы выступил разбитной парень в старой красноармейской гимнастерке:

— Деревня будет, товарищ командир, названием Вертуновка, Храбровского рика…

— Нам придется сделать у вас, товарищи, остановку. Мы проверим мотор и направимся в дальнейший путь. За потраву картофеля заплатим.

В толпе раздался говор:

— Милости просим… Да это какая ж потрава, ерунда…

Груздев осведомился у рядом стоящего парня:

— А ячейка Осоавиахима у вас в деревне имеется? Кто у вас здесь по этим делам?

— Ячейка Осоавиахима у нас имеется. Действует Ванюшка Голованов. Где Ванюшка? Эй, Голован! Тебя спрашивают.

Молодой паренек, сухощавый и крепкий, вышел из толпы. Серые глубокие глаза смело взглянули на Лебедева:

— Я председатель местной ячейки Осоавиахима. Приветствую ваше прибытие в нашу деревню, товарищ.

Лебедеву паренек понравился сразу:

— За приветствие — спасибо. Посадка наша здесь случайная. Мы должны держать путь дальше. Но уж раз мы приземлились здесь, то останемся у вас до утра. Придется вашей ячейке, товарищ Голованов, нам немножко помочь…

— Я понимаю, товарищ, — четко заговорил Голованов. — Для подъема нужна площадка. С картофеля самолет не поднимется. Его надо перевести на луговину. Это рядом, там нет ни кочек, ни рытвин.

Осматривать луговину пошли всей гурьбой. У самолета оставили охрану из деревенских комсомольцев.

— А парнишка-то действительно головастый, — подтолкнул Лебедев Бутягина, когда опять возвращались к самолету. Луговина оказалась подходящей для взлета.

— Крылья не переломайте! — закричал Андрейко, когда народ было кинулся к самолету. Но Голованов распорядился, и молодые ребята очень умело подошли к самолету. Лебедев понял, что в здешней ячейке знают, как надо помогать случайно приземлившемуся самолету. Андрейко двигался задом, словно капельмейстер перед марширующим оркестром, и взмахивал руками: — Шагом прямо! Не спеши! Хвост приподнимай! Дружно!

Самолет катился, сопровождаемый толпой, к которой все время прибегали и подъезжали люди из соседних деревень.

Лебедев поблагодарил ребят, перевезших самолет:

— Пожалуй, на первый взгляд покажется, что все это пустяки… Ну, случайно опустился самолет, сел в картофель, а вы перетащили его на лужайку. Однако вы сделали это организованно и умело. Не поломали, не попортили. Старайтесь и впредь быть готовыми оказать умелую помощь нашей советской авиации. Вечером приходите, устроим митинг, а завтра с зарей полетим дальше.

Пока Андрейко с Лебедевым выверяли мотор, молодежь нельзя было отогнать от самолета. Под вечер все было в порядке. Лебедев показывал ребятам устройство самолетного управления.

Андрейко, присутствовавший при этом, недовольно скосил глаза на одного слушателя:

— Ты чего это насмешки строишь? Я вижу…

Парень ухмыльнулся:

— Нашему Голованову лекции читать нечего. Он сам такой изобретательный человек, такой химик, — прямо сказать невозможно.

Стоявший рядом Груздев заинтересовался:

— Расскажите, товарищ Голованов, что такое…

Бутягин тоже придвинулся слушать. Голованов скромно потупился:

— Ничего особенного.

Но кругом стали подзадоривать:

— Нечего краснеть, Голованов!.. Расскажи, как ты у нас в деревне клопов и тараканов морил, как машину придумал сажать капусту.

— Так вы, товарищ Голованов, обладаете массой талантов? — спросили вместе Груздев и Бутягин. — Покажите ваши достижения. Не надо скромничать.

Голованов повел своих новых знакомых в деревню:

— Что ж, поглядите, как мы здесь стараемся…

На задворках стояла старая баня. Над ней возвышался флаг и два шеста с натянутой антенной.

— А вот и наша лаборатория, — конфузливо улыбнулся Голованов. Он отпер дверь и сделал вежливый приглашающий жест:

— Пожалуйте.

Бутягин был удивлен. Внутренность старой бани выглядела как приличная чистенькая лаборатория. На столе у окна поблескивали склянки, торчали самодельные приборы. Две спиртовых лампочки были аккуратно накрыты колпачками. Под самодельным вытяжным шкафом блестел вычищенный примус.

— Совсем недурно, — одобрил Бутягин, — как настоящая лаборатория. Кто же у вас инструктором?

Сероглазый паренек показал на полку, где лежали книги и несколько комплектов авиационных и химических журналов.

— Да ведь мы грамотные…

Груздев полюбопытствовал:

— А деньги откуда?

— Это мы отвоевали из сумм, которые по самообложению поступают в сельсовет, — ответил сероглазый. — Со стариками бой выдержали… Зато теперь в курсе дела.

Последние слова сероглазый произнес с гордостью. Андрейко одобрил:

— Да это уж видно, что в курсе. А вот зачем у вас дохлая крыса в банке валяется?

Тут начал объяснять Голованов:

— У нас на очереди борьба с грызунами. Сначала мы придумали клопов, блох и тараканов из изб вывести. Вывели. Теперь за крыс принимаемся. Это потрудней. Придумываем, чтоб крысу сначала выманить наружу, а потом удушить газом. Если они под полом издохнут, то запах нехороший получается. И наши не дают поэтому делать опытов в избах.

— Борьба с паразитами и грызунами, товарищи, большой вопрос, — заметил Груздев. — Практическую работу в этом, направлении в деревнях надлежит проводить ячейками. Вы на правильном пути. Желаю вам успеха. А где же ваша машина для капусты?

— Да вот она, — показал Голованов на небольшую модель, стоявшую на окне. Груздев подошел к модели, внимательно осмотрел ее и сказал подошедшему Бутягину:

— Смотрите-ка! Очень недурно задумано. При каждом движении колес эти резцы опускаются в почву, взрыхляют ее. В образующиеся луночки по бесконечной ленте опускаются ростки рассады. Очень хорошо, товарищ Голованов. Правильно я понимаю вашу модель?