Владимир Аренев - Вся наша жизнь

А он метнул. Чисто автоматически — в глазах уже отразилось понимание того, что ошибся, а рука не успевала оборвать движение, и клинок взвился в воздух.

Ить…

Нож вздрогнул в деревянной обшивке стены и шмякнул меня рукоятью по щеке

— чуть зубы не вышиб! Не знаю, каким немыслимым способом в последнюю долю секунды Мугид успел изменить траекторию броска, но он это сделал.

Своевременно.

— Какого демона!.. — прорычал старик. — Что вам здесь нужно? И как?..

— Только не швыряйте больше ножи! — крикнул я, увидев, что рука повествователя снова потянулась к нарагу. — Иначе вы рискуете остаться без ответов.

— Я жду, — мрачно напомнил Мугид. — Как вы здесь оказались?

Я пожал плечами:

— Вошел через дверь. А что, вы привыкли к тому, что гости влазят через окно — или посещают вас каким-нибудь другим экзотическим способом?

— Через дверь? — переспросил он.

А потом велел:

— Обернитесь.

Я обернулся.

Ну и что он хочет этим сказать? Висит черная занавеска, та самая, через которую я так неосмотрительно пролетел, споткнувшись. И что?

Мугид словно читал мои мысли.

— Приподнимите занавеску.

Я приподнял. Вернее, отодвинул, потому что нож пришпилил черную материю (хорошо хоть, не меня!).

За занавеской была… Дверь там была! елки-палки… Заколоченная.

Я даже подергал за ручку, но две планки — крест-накрест — убедительнее всякого дергания доказывали: заперто. И пройти я здесь не мог, никоим образом.

Значит, еще одна тайна Мугида, в которую я неосмотрительно сунул свой нос.

И сразу между лопатками как огонь зажегся; я даже почувствовал небольшой крестик, нарисовавшийся там — и в точку пересечения невидимых линий этого крестика должен был полететь Мугидов нож. Слишком много тайн на меня одного, недостойного. Убить здесь — и дело с концом. Сам виноват, дур-рак! Сидел бы тихо-мирно, при первой возможности уехал, отдал бы кассеты и эскизы, получил деньги, на курорте каком-нибудь отдыхал с роскошной женщиной — так ведь нет, захотелось мне поиграть в сыщиков-разбойников. А разбойник-то не по тебе, господин сыщик. Вот и получи…

Повернулся.

— Теперь о том, что вы услышали, — невозмутимо продолжал старик. — Мне бы не хотелось, чтобы среди внимающих зародились панические настроения. Это усложнит жизнь не только мне, поверьте. Так что прошу вас хранить все в тайне.

— Минуточку, — произнес я, слабея в ногах от собственной дерзости. — А как же я сюда попал?

Мугид улыбнулся.

— А это, любезный господин Нулкэр, вам лучше знать.

Ха-ха. Очень смешно.

Повествователь указал на отверстие в центре комнаты, прямо у моих ног:

— Может, вы просто поднялись сюда по лестнице, как все нормальные люди?

Спирально закрученные ступеньки уходили вниз, и только в этот момент я догадался: комната, в которой мы находимся, — не на первом этаже башни.

И даже не на втором. Она где-то под самым потолком — потому и небо здесь, в окошке, другое. Высотное, так сказать, небо.

— Да, — сказал я. — Наверное, вы правы. И я поднялся сюда по лестнице.

Он неопределенно кивнул, давая понять: разговор окончен, темы исчерпаны.

Я стал спускаться. Спустившись по пояс, вспомнил о том, что привело меня сюда, и остановился.

— Скажите, господин Мугид, где находится комната Карны? Я слышал, ей нездоровится. Хочу проведать, а слуг не нашел — ни единого, — и поэтому показать мне, куда идти, некому.

— Третий этаж, девятая комната. Всего доброго.

— До свидания. Простите за беспокойство.

В ответ старик рассеянно угукнул и отошел к окну; похоже, до меня ему уже не было никакого дела.

Лестница оказалась на редкость неудобной: ступеньки выгибались вниз, а спиральные витки прилегали друг к другу слишком близко, так что приходилось идти согнувшись.

Кстати, создавалось впечатление, что ходили здесь не часто. С одной стороны — пыли на ступеньках не было, со стен не капало и других характерных признаков запустения не наблюдалось, а с другой — мышиный помет, паутина… И ведь не похоже, чтобы с помощью паутины и помета пытались придать окружающему соответствующий антураж древности, как это сделано на первом этаже. Во-первых, вряд ли эти места предназначены для частых посещений туристами (нами то бишь), а во-вторых, если бы хотели придать дух , нацепили бы псевдофакелы. А то — помет…

Несерьезно как-то. Что же они его, специально разбрасывают? — Хорошо, тогда чем объясняется эта странность? — А ничем. Она пока вообще не объясняется, как и большинство здешних странностей.

В результате подобных дискуссий с самим собой я очутился на небольшой площадке с единственной дверью. Потолок здесь почти касался моих волос, и с этого потолка, как и на всей лестнице, свисали сопли старой паутины. Я инстинктивно пригнулся, чтобы не нацеплять на голову этой дряни, и шагнул в дверной проем, наружу.

Влево и вправо тянулся обычный кольцевой коридор. Здесь было тихо и пустынно, закрытые двери стояли безмолвными стражами, а несколько псевдофакелов, находившихся друг от друга на приличном расстоянии, придавали всему окружающему мрачное сумеречье. Вот здесь сохранилась та атмосфера, которую столь безуспешно пытались воспроизвести владельцы гостиницы. Я это почувствовал — тот необъяснимый, неуправляемый трепет в груди, который возникает при соприкосновении с чем-то по-настоящему древним. Как будто совершил скачок во времени.

Или слушаешь повествование… о самом себе.

Не знаю, что было тому причиной — может быть, отсутствие признаков цивилизации, которое в таком пустынном и мрачном месте неизбежно начинает пугать, а может быть, какой-то звук на самом краешке слышимости, — но я вдруг почувствовал панический страх. Сдерживаясь, чтобы не побежать сломя голову, я направился вправо… — нет, влево — только бы поскорее выбраться из этого коридора! Но я шел, стены тянулись, а выхода все не было. Где-нибудь здесь должна находиться лестница, ведущая вниз. Нужно только найти.

Мне начало казаться, что я иду по кругу — причем, прошел уже несколько раз. Чтобы проверить это, я порылся в кармане, отыскал там клочок бумаги, оборвал по краям так, чтобы получился треугольник, и положил на пол, у стенки.

Пошел дальше.

Когда через некоторое время я увидел этот треугольник, сомнений не осталось: открытого выхода на общую лестницу, которая связывает все этажи

/получается, не все/

башни, здесь нету. Нужно искать какой-нибудь другой.

Логичнее всего было бы вернуться к Мугиду и попросить его помочь мне. Вот только я не помнил, которая из дверей ведет в ту комнатку.

Тогда я стал наудачу открывать все двери подряд. Вернее, пытаться открывать, потому что большая их часть была заперта. Открытые, впрочем, тоже не помогли мне в решении задачи. За некоторыми оказывались пустые ниши в человеческий рост, за другими — кладовые, доверху набитые каким-то хламом, паутиной и мышиным пометом. Я даже вспугнул пару раз мышей, которые, несмотря на обещание Мугида разобраться с грызунами, по-прежнему обитали в гостинице.