Эдуард Шауров - Нф-100: Трасса до небес

Отсюда, с высоты пятиэтажного городского дома, неплохо просматривался весь правый борт огромного заправочного платформера. Два этажа баров и танцзалов висели над поплавками длинных серебристых цистерн, обливая их спины цветным мигающим светом. Где-то внизу, под цистернами, гнездились в двух уровнях сотни парковочных причалов для среднегабаритного транспорта. На одной из таких парковок, в пустом неосвещенном роллсе сидела серьезная девушка с родинкой-слезинкой на правой щеке.

Вообще-то Мерс могла бы сидеть и где-нибудь в баре, но Нэш потребовал, чтобы кто-то оставался в кабине, держал двигатель на холостом ходу, а системы - подключенными и прогретыми. "Водитель на стреме", как выразился Турбо. И таким водителем, единодушно была назначена Мерседес.

Еще пришлось перевести в режим пассивного ожидания все инфообменные устройства в автомобиле. Нэш заявил, что лишние предосторожности на предмет прослушки лишними никак не будут. Связь между членами маленькой группы поддерживалась с помощью двух простеньких коротковолновых устройств, наскоро собранных Арвидасом из деталей коммуникатора из спортзала и душевой. Один переговорник сейчас лежал в его кармане, второй находился у Нэша, следившего за коридором сверху. При появлении людей, движущихся к месту засады, Поверфул со своей обзорной площадки был обязан оповестить товарищей и опрометью лететь вниз, дабы отрезать преступникам пути к отступлению, благо лестница с обзорки выходила в коридор совсем рядом с дверью в тридцатый терминал. Что они будут делать дальше, все за исключением Турбо, пока толком не решили. Арви надеялся на импровизацию и бдительность Нэша.

Задачу наблюдателя существенно упрощало то, что помещения четвертого уровня, а тем более открытые пятаки обзорных площадок, в данный момент практически не эксплуатировались. Поверфул объяснил, что так как кольцевая R22 не имела восьмого яруса (седьмой был последним), владельцы Фостер-Файр могли надстраивать своего автозаправочного монстра, сообразно буйным фантазиям, совершенно без оглядки на технические нормы и габариты дорожного просвета. Одному богу известно, как они умудрялись согласовывать двадцатиметровые городушки со службами дорожного контроля, но периодически верхние этажи объявляли незаконными, заставляли хозяев отключать свет и тепло, курительные и пивные автоматы в маленьких кабинетах-терминалах и на обзорках. Но проходило время чиновники получали богатые подарки, и все возвращалось на круги своя.

Сейчас на четвертом царило запустение и темнота, светильники были погашены, официанты не сновали по коридорам. Впрочем, против пребывания там Арвидаса и команды никто не возражал. Никем не остановленные, они просто поднялись наверх и обосновались в тридцатом кабинете.

За прозрачной тонкой стеной, отчаянно гремела музыка, снаружи на разные лады ревели автомобильные клаксоны. Гудеть при встрече с Фостер-Файровской заправкой, судя по всему, считалось нормой и правилом хорошего тона.

Длинный столб пламени, ударивший в чернильное, непривычно пустое небо, заставил Арвидаса вздрогнуть от неожиданности и отпрянуть назад. Вторая огненная струя прочертила пылающую дугу почти параллельно плоскости просторного сплита, и идущие по подтрассе машины с удвоенной силой взорвались ревом восторженных сигналов.

По широким суперпластовым помостам, уложенным поверх горбов никелированных цистерн, забегали какие-то люди в прозрачных защитных масках и с громоздкими ранцами на спинах.

- Вечернее шоу, - сказал Турбо из глубины терминала и добавил наставительно. - Отошел бы ты, босс, от стекла, а то запалишь всю нашу бригаду.

- Оттуда, со света, ни рожна не видно, - пробормотал Арвидас, но шаг назад все же сделал.

"Вот же, - подумал он с отстраненным восхищением. - Как они не боятся взлететь вместе со своей заправкой и половиной трассы?

Какое-то время сообщники молчали, глядя на оранжево-багровые росчерки огненных плевков.

- И как тебе фостерские пироманы? - наконец спросил Турбо.

- У нас, на Балагане, сделали бы интереснее.

Турбо скептически хмыкнул.

- Знаешь, - вдруг проговорил Арви, - а Мерседес очень славная девушка. Очень красивая, но то ли замкнутая, то ли слишком строгая...

- Еще бы, - сказал Турбо. - У нее права категории J. Если хайная моба успешно делает карьеру, зафиг ей отвлекаться на мужиков? Гораздо полезнее сосредоточиться на работе.

Арви задумавшись, сделал несколько шагов вглубь помещения и остановился напротив своего молодого товарища.

- И она не ищет партнера? - спросил он с живым любопытством.

- Зачем? - отозвался Турбо. - Порожняк. Все знают, что с партнеров одни проблемы. Нормальные владельцы авто даже трахаться не станет в своей тачке, лучше где-нибудь в клубе. Я слышал, что если партнер живет в твоей машине больше трех месяцев, то потом он может по факту претендовать на долю в собственности. Вот поршень мне в трубу. - Мальчишка перекрестился. - Ты прикинь. А нафиг это кому надо?

Арви сосредоточенно покивал, словно найдя подтверждение каким-то своим мыслям.

- Выходит у вас совсем не ищут долговременных партнеров?

- Ну, почему? - сказал Турбо со знанием дела. - Иногда бывает. Вон, мадам Порше заключила со своим партнером контракт, типа, наняла его на работу, и возит его в своем "Оранжевом басе". Всем трассно и спокойно.

- Значит и здесь все не просто?

- По-разному. - Турбо поскреб стриженый затылок. - У шпаны, вроде меня, перепих в общественных сортирах. Те, кто побогаче, ездят в секс-бас-клубы или свободные салоны. Хайные трахаются через интим-агентства, покупают половые автоматы, особо хайные покупают андроидов, это особый шик, но проще и спокойнее есть таблетки. Кто-то сидит на оргазматиках, а кто-то, типа Мерседес - на фригидогенах. Если моба вся такая строгая, значит лопает анафродизиак. - Мальчишка невесело ухмыльнулся. - Еще бывает занимаются сексом по договору, ну, чтобы родить ребенка, но чаще, просто заказывают сперму в банке. Мои мамаша с отцом друг дружку только на фотках и видели и у Мерс папик анонимный. Хотя жила она, вроде как, с маман.

- Я тоже зачат практически по контракту, - сказал Арви. - Мой биологический отец сразу оговорил, что не будет мной заниматься. Потом он улетел куда-то на Фиесту. До девяти лет меня ростила мама. Когда мне исполнилось девять, появился Марк. Они с матерью пятнадцать лет оставались постоянной парой. Марк считал меня своим пасынком, себя - моим отчимом.

- А что такое отчим? - спросил Турбо.

- Отчим... Как тебе объяснить... Ну, отец, только не родной, просто партнер твоей матери. Но он заботится о тебе, и все такое...

- Зачем? - Лицо мальчишки сделалось совсем недоуменным. - Ему за это платят?