Уэн Спенсер - Глазами Чужака

— Семья Робба забирала личные вещи?

— У Робба не было семьи, — ответила Индиго, — а также ближайших родственников и телефона для связи в экстренных случаях. Дело оставалось открытым только из-за одной странности: мы нашли в его документах множество дыр, а то и просто лжи.

— Как же его взяли на работу в компанию, которая занимается секретными проектами?

— ФБР это тоже интересно. Возможно, кто-то устроил его сюда за деньги.

Память Стаи подсказала возможный вариант:

— Или его принимал на работу Онтонгард.

Индиго не ответила, но глаза ее похолодели.

«Рубка» оказалась конференц-залом, напичканным продуктами высоких технологий. На стенах висели доски, сплошь исписанные странными знаками и формулами, карманные компьютеры всех работников подключались к экранам на столах, по которым бежали строчки компьютерных программ. Когда Укия и Индиго вошли, головы подняли всего один-два человека. Одна из них узнала девушку:

— Специальный агент Женг? Вы пришли не в лучшее время.

— Это доктор Элси Джанда, она теперь руководит проектом «Марсоход». Доктор Джанда, это Укия Орегон, мой консультант. — Агент обвела глазами комнату. — С марсоходом что-то не так?

Женщина выдавила слабую улыбку.

— Это мы и пытаемся выяснить. Час назад нам позвонили из НАСА: марсоход неожиданно отклонился от курса. Вроде бы ничего страшного, но аппарат не реагирует на их коррекцию курса.

— Они потеряли управление?

— В текущей ситуации это слишком сильно сказано. Бортовые компьютеры пока справляются с ситуацией, и мы надеемся вскоре исправить проблему.

Укия, склонив голову набок, смотрел на экран, по которому неслись строчки кода, и вдруг вспомнил клочок бумаги, пропавший из спальни Хейз: там было что-то похожее. Он вытащил карманный компьютер и записал то, что помнил.

— Простите, вам это ни о чем не говорит? — обратился он к руководителю проекта.

Та нахмурилась:

— Первая часть состоит из программных модулей для марсохода, вторая мне незнакома.

— Это нашли в комнате доктора Хейз после ее смерти. Могла она с помощью этого совершить диверсию?

— Дженет? — Джанда совершенно искренне удивилась. — Какая диверсия? Да она жила марсоходом! Говорила, что это ее пропуск в бессмертие, что теперь о ней напишут во всех учебниках истории.

— Бессмертие было так важно для нее?

Это Индиго.

— Она очень боялась забвения. Мы сами вызвали полицию в день ее смерти. Пропустить возможность показаться на телеэкране — это так на нее не похоже! Все местные каналы и некоторые государственные запланировали интервью с ней, а она не пришла и дома никто не снимал трубку. Вот тогда мы и поняли: что-то не так.

— Значит, диверсия на марсоходе исключена? — настаивала Женг.

Доктор Джанда обменялась виноватым взглядом с кем-то из подчиненных.

— Кто-то использовал ключ и пароли Дженет в ночь после ее смерти. Мы не стали об этом сообщать, потому что этот кто-то входил в старые файлы — кое-что из ее материалов и игрушки Робба.

— Игрушки? — хором спросили Укия и Индиго.

— Знаете, он был странным. Очень талантливым, но странным. Придумывал дополнительные коды, которые заставляли наше оборудование делать странные вещи. Например, вот это, — Доктор Джанда вытащила откуда-то диаграмму. — Сэм придумал штуку, которая позволяла превратить наш радар ближнего действия в радиопередатчик, передающий определенный повторяющийся сигнал.

— Какой?

— Кто знает? — пожала плечами Элси. — Какая-то рифмованная строчка, Сэм говорил, это значит «проснись и приди».

Не буди спящих!

Укия заморгал. Вожак Стаи много раз говорил так, для них это было что-то вроде «Благослови тебя Господь». Он не додумался спросить! Каких спящих нельзя будить? И память Стаи подсказала ответ: команду корабля вторжения, сто тысяч человек. Но память утверждала, что они мертвы: Прайм убил их, стерев из памяти корабля программы пробуждения, а потом взорвав торпеды в пусковых трубах. Разве можно разбудить мертвых?

Укия постарался вспомнить, откуда пошло выражение. Именно эта фраза звучала в последних словах и мыслях Прайма; заряжая дротик, поразивший Койота, он повторял ее, как заклинание. «Пусть спящие не проснутся, не дай спящим проснуться». Прайм понимал, что должен поступить, как те, кого он ненавидит, чтобы продолжать бороться и после смерти. Вначале он поклялся сражаться до конца, своего конца, и борьба закончилась бы с его смертью. То, что заставило его передумать, осталось в черных дырах, болью разрывающих память. Стае он передал только знание о том, что вынужден стать меньшим злом, чтобы сражаться со злом большим. Койот создавал Тварей и уходил, оставляя их позади, но унаследованный от волка инстинкт заставил их сбиться в стаю, они даже создали свою культуру. Стая часто вспоминала, как был создан Койот: в этом было оправдание их жестокости и создания Тварей. Они перевели, как смогли, на английский заклинание своего создателя и использовали как лозунг: «Не буди спящих». Вчерашние волки, они никогда не думали, что это может значить. Какие спящие? И как их разбудишь, раз они мертвы?

— Ты в порядке?

Индиго коснулась его локтя, и он понял, что все еще стоит в рубке, где бешено работают программисты.

— Вы знаете, куда направился марсоход после перемены курса?

Доктор Джанда достала из-под бумаг на столе карту и стала показывать, водя пальцем по горам и долинам.

— Мы думаем, что он вернулся к более раннему курсу. К проекту имели отношение несколько влиятельных финансовых групп, и их мнения относительно того, что надо исследовать в первую очередь, разделились. Окончательное решение зависело от многих факторов, в частности, от того, сядет ли аппарат там, где планировалось.

— И что же? — поторопил Укия.

— Навигация на Марсе труднее, чем на Земле или Луне. Облака скрывают поверхность, а пылевые бури меняют ее до неузнаваемости. — Руководитель проекта нашла наконец то, что искала. — Вот место посадки. — От него она прочертила линии и стукнула пальцем по карте: — А вот здесь произошла смена курса. Видите линию? Это один из первоначальных планов маршрута, он ведет вот к этому кратеру. Похоже, марсоход просто вернулся к более раннему коду.

— Похоже на место удара.

Индиго провела пальцем по границе указанной долины, и Укия почувствовал, как внутренности наливаются свинцом.

— Конечно! — Доктор Джанда даже улыбнулась. — Около трехсот лет назад здесь упало что— то очень большое.

В это время там должен был сесть главный корабль вторжения!

— Астрономы того времени заметили вспышку света на Марсе, — продолжала доктор. — Изучить этот кратер и вправду было бы интересно, но как раз перед запуском марсохода с телескопа Хаббла поступили данные о том, что это труднопроходимый район. Возможно, марсоход и мог бы его преодолеть, но никто не хотел рисковать: его главная задача — доставить на Землю образцы грунта.