Сергей Синякин - Операция прикрытия

Но и спецбарак с усиленным питанием вызывал у него серьезные опасения. Тюрьма — не санаторий, тут тебя зря кормить не станут, за каждую скормленную калорию рано или поздно потребуют отработки. А в спецбарак Криницкий попал, как он теперь понимал, исключительно из-за своего опыта горных восхождений. Правда, «кума» интересовал обратный процесс — явно требовалось спускаться куда-то вниз. А что может быть в пещерах? Еще в сказках говорилось, что в пещерах обычно хранятся сокровища. Следовательно, их скорее всего заставят искать такие сокровища. Потому-то и подготовлен был отдельный бараки: люди с определенными навыками требовались, а режим секретности в этом случае был просто необходим — незачем было уголовной братии знать, что МГБ ищет, с какой целью, а главное — в каких краях.

Поэтому Криницкий ничего расспрашивать не стал, а только послушно прошел за сержантом в свой барак, под недоуменные взгляды соседей собрал свои пожитки, и сержант провел его в барак, расположенный на участке, огороженном двойным рядом колючей проволоки.

Дежурный помощник начальника караула вписал данные Криницкого в зловещего вида черную коленкоровую тетрадь, ворота скрипуче распахнулись, и, подхватив свой скорбный скарб, Сергей Петрович шагнул на тесный дворик навстречу своей новой судьбе.

* * *

ПРИКАЗ

О наказании сотрудников ИТЛ-15 УЛИТУ МВД СССР

27 января 1950 года. № 125/К

14 января 1950 года в ИТЛ-15 УЛИТУ МВД СССР был направлен конвой численностью 1500 осужденных. Начальник ИТЛ-15 майор в/с Барабанов Н.К. и подчиненные ему по службе зам. начальника ИТЛ старший лейтенант Курганов М.С. и начальник режима капитан Солодов ВТ. к приему конвоя не подготовились должным образом, не учли зимних условий доставки осужденных, в результате чего 11 осужденных скончались, а 69 осужденных получили обморожения разной степени. За проявленную халатность при приеме осужденных, повлекшие за собой смерть осужденных и систематическое невыполнение плана лесозаготовок, приказываю:

1. Начальника ИТЛ-15 УЛИТУ МВД СССР майора в/с Бараба-нова Н.К. от занимаемой должности освободить и использовать с понижением в системе УЛИТУ.

2. Заместителю начальника ИТЛ-15 старшему лейтенанту Курганову М.С. объявить выговор и предупредить, что в случае повторного халатного отношения к исполнению своих служебных обязанностей к нему будут приняты более суровые меры.

3. Начальника режима ИТЛ-15 капитана в/с Солодова В.Т. из органов внутренних дел уволить.

4. Приказ объявить всему начальствующему составу учреждений УЛИТУ МВД СССР.

Начальник ГУЛИТУ Воронихин. Генерал-майор в/с

Глава вторая

Первым, кого Сергей Петрович Криницкий увидел в спецбараке, был Юрий Чадович.

— Ты-то каким образом здесь очутился? — удивился Чадович, хмуро оглядывая Криницкого. — Ты же говорил, что работал в Питере, на «Ленэмали»?

— А вот нечего было по горам лазить, — мрачно сказал Криницкий, оглядываясь. Барак этот разительно отличался от тех, что остались по другую сторону «колючки». Даже кровати здесь были железные, а не нары, а в проходах стояли этажерки. В соседнем помещении дверь была не заперта, и за ней блестели жестяные рукомойники. Условия жизни близкие к райским.

— А ты? Ты здесь как оказался? — спросил Криницкий Чадовича.

— Так я же геолог, — сказал тот. — Наверное, посчитали, что тоже пригожусь. Ты не знаешь, зачем нас сюда собирают?

— Не знаю, — признался Криницкий. — Меня про пещеры какие-то расспрашивали. Майор все интересовался не увлекался ли я спелеологией.

— Про пещеры и меня расспрашивали, — дернул щекой Чадович. — Я одно время в Бахардене работал, серебряные руды мы там искали. Там ведь такие подземелья, на десятки километров тянутся. Подземные озера, вода такая зеленая и спокойная. Красиво было бы, если бы сероводородом не воняло, а то чувствуешь себя так, словно чей-то нужник исследуешь.

Он показал на кровать:

— Можешь здесь располагаться. Нас здесь всего пока четверо. Мужики пошли в зону. Скоро придут. Ты чего удивляешься? Смотришь вокруг так, словно в кремлевскую Оружейную палату попал? Здесь раньше геологи из спец экспедиции жили, уран искали. А как выполнили работу, их не то выпустили и Сталинскую премию дали, не то в расход всех пустили. Разное болтают, порой не знаешь, чему и верить. А начальству пока не до нас. Говорят, во вчерашнем конвое несколько человек насмерть замерзли, а тут как на грех, какого-то начальника из Москвы принесло, вот они сейчас в конторе сидят и отмываются. А все будет как обычно: невиновных накажут, причастных — отмажут, остальных — наградят.

В барак ворвался крепкий смуглолицый парень.

— Вы чего здесь сидите? — с порога обрушился он на Криниикого и Чадовича. — Не знаете, что снаружи творится?

Поддавшись настроению, они выскочили из барака.

Была вторая половина дня, солнце еще не коснулось покрытых тайгой гор, и лучи его освещали долину, в которой располагался лагерь. Сказочная картина открывалась взгляду, но не природные красоты привлекли внимание зэков. Как зачарованные все они смотрели в небо, где в густой, уже начинающей темнеть синеве повис огромный и ослепительно белый диск. От него к земле отходили еле заметные голубоватые лучи. В верхней части диска помигивал красный огонек.

— Елы-палы, — изумленно сказал темнолицый усатый старшина из охраны. — Да что же это такое?

Повисший в небе диск немного напоминал огромный дирижабль, но только напоминал, поэтому Криницкий промолчал.

Диск между тем медленно вращался. Между верхним и нижним основаниями явственно обозначилась темная глубокая прорезь. Откуда-то с юга прилетели несколько маленьких самолетиков, которые сразу же стали кружить вокруг диска, напоминая своей настойчивостью комариков. Послышался треск далеких очередей — самолеты обстреливали диск. Однако видимых повреждений атаки самолетов диску не приносили, разве что голубоватые нити, связывающие диск с землей, погасли, и сам диск принялся медленно, но все время ускоряясь, вращаться. Вращались оба полушария диска, причем в противоположные друг от друга стороны. Одновременно с этим диск незаметно для глаза набирал высоту.

Вскоре он уже не казался особо огромным, а крошечные самолетики носились где-то под ним, не успевая набрать высоту. Потом полыхнуло зарево, от слепящей небесной вспышки Криницкий невольно прикрыл глаза, а когда открыл их, небо было пустым и чистым, в густой синеве, уже наливающейся мраком, мерцала яркая снежинка звезды, а у земли метались маленькие и кажущиеся игрушечными самолетики. Один из них медленно тянул к земле, оставляя за собой копотный след.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});