Семен Слепынин - Сфера разума

Солнце близилось к горизонту, когда ребята вышли из города и миновали Трех Братьев. До озера неблизко, но и до темноты далеко. Поэтому решили идти пешком. Наташа Быстрова, страстная почитательница всяческих океанид и русалок, молитвенно сложила руки и шептала слова-заклинания:

— Только бы нам повезло. Только бы повезло.

Ребята рассмеялись и заговорили о древних приметах и суевериях.

Незаметно увял закат, выступили звезды. Полная луна то прятала свой лик в белесых облаках, то снова выплывала. Извилистыми тропками потекли в низинах ночные туманы. Все замолкли, прислушиваясь к степной тишине. Перепел, притаившийся недалеко от ребят, вдруг громко прокричал:

— Спать-пора! Спать-пора!

— Ты спи, а нам некогда, — возразил Саша Федин и со вздохом добавил: — Эх, братцы. Скоро, как оперившиеся птенцы, разлетимся мы кто куда. Но сможем ли забыть свое родное, такое уютное и красивое гнездышко.

— Вы можете лететь хоть на край вселенной, а я останусь на Земле. Мне и здесь дел хватит, — заявил Сережа Розов.

— Розочка домосед, — посмеивались ребята.

Вошли в лес и замолчали. Старались идти бесшумно, чтобы не вспугнуть русалок, если те сегодня вообще пожелают явиться. Скоро деревья расступились, и сквозь прибрежный ивняк блеснуло зеркало воды.

— Лебединое озеро, — прошептал кто-то.

— Тише, — Вика предостерегающе подняла палец. — Слышите? Вальс Шопена в исполнении симфонического оркестра.

«Оркестром» было само озеро: звуки, казалось, поднимались из его глубины, стекали с берегов и свивались в нежную мелодию.

Ребята раздвинули посеребренные луной ветви ивняка и ступили на широкую песчаную отмель. Метрах в двадцати от берега в белых платьях под звуки вальса кружились русалки. В тот же миг заключительные аккорды угасли, наступила тишина. Стройный ряд танцовщиц нарушился. Они сошлись и о чем-то заговорили. Одна из русалок взглянула на берег и воскликнула:

— К нам гости пришли!

Русалки, а их было десятка три, шумной толпой высыпали на берег.

— Опоздали, милые, — смеялись они. — Мы уже домой собрались.

— А что вы танцевали? — спросил Саша Федин.

— Есть старинная балетная сюита «Шопениана». Слышали о такой?

Саша сказал, что не только слышали, но и видели в исполнении земных балерин. Он попросил русалок повторить танец. Но те упрямились, говорили, что устали и что им пора домой. Саша, зная капризный нрав русалок, обратился к Наташе Быстровой.

— Попробуй уломать их. Ты их лучше знаешь.

Наташа встала перед русалками, молитвенно сложив руки. И вид у нее был таким просящим, что одна из русалок сжалилась и сказала:

— А что, девушки, пусть решит наша повелительница, наша королева.

Русалки расступились и слегка подтолкнули вперед свою слишком скромную, державшуюся позади повелительницу.

— Королева! — послышались взволнованные возгласы ребят. — Смотрите: в самом деле королева!

Василь стоял как оглушенный: красота «королевы» поразила его, как молния…

«Да что это со мной?» — на миг опомнился Василь. Он знал, что красивые феи и русалки иногда прикидываются земными девушками, чтобы вскружить головы слишком легкомысленным и влюбчивым юношам, подшутить над ними. А потом эти юноши становятся посмешищем… Но влюбиться, заведомо зная, что перед тобой русалка, это уж совсем позор.

«Надо взять себя в руки, — твердил себе Василь. — Только бы Вика ни о чем не догадалась».

— Смотри, не влюбись в русалку, — послышался за спиной ее насмешливый голос.

«Догадалась», — вздрогнул Василь и, обернувшись назад, сердито бросил:

— Уж как-нибудь постараюсь.

Королева русалок улыбнулась, поняв, что стала причиной легкой ссоры молодых людей, по-видимому, влюбленных друг в друга, и сказала:

— Пусть будет так, как пожелает этот юноша.

— Ты что молчишь? — возмущались ребята. — Проси. Становись на колени.

Василь справился с волнением и сказал:

— Просим повторить «Шопениану».

Русалки во главе со своей повелительницей направились к озеру, оставляя на песке заметные следы. Но на воду волшебницы ступили с легкостью пушинок. Под их туфельками озерная гладь лишь чуть-чуть вздрагивала, расходясь еле приметными кругами. Словно воды касались лапки водомерок или падали сверху крохотные капельки дождя.

Из неведомой дали, из какого-то невыразимо прекрасного мира просочились нежные звуки. Они полились в чаше озера, плескались. Рассыпчатое эхо, отражавшееся от холмистых берегов, придавало музыке объемность и глубину. А сами русалки казались духом музыки или ее зримым выражением — настолько чутко каждый их шаг, каждый пируэт отзывался на мелодию и ритм вальса. Но чаще чудилось обратное: сами звуки соскальзывали с их пальцев, возникали из плавных движений чудо-балерин. Это было идеальное слияние музыки и пластики.

«Шопениана» длилась минут двадцать, но пролетела для юношей и девушек, как один миг. Польщенные аплодисментами, русалки раскланялись, причем подолы их кисейных платьев таяли в нитях тумана, ползущего над водой. Вот-вот и сами русалки растают в зеркальной глади озера, исчезнут, «уйдут домой».

Но нет, они и сегодня не могли обойтись без своего любимого балета — зазвучал вальс из «Лебединого озера» Чайковского. Снова русалки закружились, упиваясь своей легкостью и грацией. И вдруг… Юноши и девушки не верили глазам своим: русалки вдруг взмахнули полами своих белых платьев, как крыльями, и взлетели!

В небе уже не русалки, а лебеди. Махая крыльями в ритм вальса, белые птицы-балерины летели в ночную высь, туда, где серебрилась вечно струящаяся река Млечного Пути. Все выше и все меньше становились птицы… Еще миг, и угасла музыка, а сами лебеди-русалки затерялись среди звезд, рассеялись в тиши мироздания.

— Это неправда! — воскликнула Наташа Быстрова. — Это сон. Нам снится сказка!

— А это тоже снится? — возразил Саша Федин, показывая на русалку, одиноко стоявшую на воде.

К изумлению ребят, королева русалок не улетела вместе со своими подругами. Она вышла на берег, чуть прихрамывая и морщась: балетные башмачки, видимо, были ей тесны. Она наклонилась, сняла их и отбросила в сторону. Не долетев до травы, башмачки исчезли — ушли в Память. На смену им выступили мягкие и удобные туфли.

— Вот это да! — удивилась Вика. — У нее были антибашмаки. Поэтому и ходила по воде вместе с русалками. И никакая это не русалка, а такая же, как мы. Она разыграла нас!

«Я это знал! Я это предчувствовал!» — мысленно воскликнул Василь, хотя в глубине души признался, что ничего не знал.