Николай Гомолкo - Шестой океан

— Понятно, Иван Иванович, — горячо ответила девушка.

Денисов повернулся, запустил моторчик и поплыл вдаль. Надежда Николаевна долго стояла недвижно, глядя ему вслед и обдумывая его слова. Да, ее недоброе предчувствие подтверждается. Но в душе девушка никак не могла поверить, что на Малую Луну — величайшее создание советских людей пробрались вредители. Это трудно было представить себе. Нет, видимо, фотоэлементы исчезли по иной причине. А как? Куда? Тут придется поломать голову…

Глазом не окинешь — все черная, безмолвная пустыня. А тишина стоит!.. Но хуже тишины — одиночество… Очень сухо и строго говорил с нею Денисов. Неужели она так провинилась?

Глянув на часы, Хлебникова спохватилась. Девять часов! Скажи ты, не успела как следует осмотреть все закоулки Малой Луны, а уже на завтрак пора.

В столовой собрались почти все жители искусственного спутника. Девушка подошла к кухне, нажала по очереди несколько кнопок, и перед нею появились заказанные блюда. Она поставила на поднос две кастрюльки и понесла их к своему столу. Два кресла пустовали. Надежда Николаевна оглянулась. Где Бобров? Он всегда был так пунктуален…

Но девушка не придала особого значения отсутствию соседа: полон рот своих забот. В это время в столовую ввалился радист — в космическом костюме, с приоткрытым шлемом. На разгоряченном лице блестели крупинки пота.

— Иван Иванович, — тревожно проговорил он. — Беда… Бобров погибает… Задыхается от недостатка воздуха.

— Вот несчастье! — вскочил с места Денисов. — Что случилось?

— Оторвался от базы. И, видимо, где-то далеко. Сигналы чуть-чуть слышны.

— Быстрей к радарам! — приказал Денисов. — На старт малую ракету!

Рыбкин и Дрозд отодвинули в сторону свои кастрюльки, вышли из-за стола. Надо спасать товарища!

Денисов поднял руку, требуя спокойствия.

— Без паники, товарищи, — сказал он. — Бобров будет спасен.

Когда штурман малой ракеты доложил, что корабль готов к старту и получил денисовское «добро», в столовой воцарилась напряженная тишина.

Тем временем Виктор Сергеевич Дрозд вышел в специальную комнатку и вскоре принес оттуда несколько проявленных фотопленок.

— Посмотрите! — облегченно вздохнув, сказал он Денисову. — Кое-что проясняется.

Начальник экспедиции бегло просмотрел пленки и лицо его помрачнело.

— Чем недовольны, коллега? — заметив резкую перемену в настроении Денисова, спросил Рыбкин. — Может, какая-нибудь звезда не поддается вашим чарам?

— Хуже, Григорий Антонович, — все еще не веря тому, что он увидел на пленке, ответил Денисов. — В одно созвездие проникла чужая звезда…

— Что вы говорите? Неужели? — в один голос воскликнули присутствующие.

— Необычайное явление! — сказал, подсаживаясь, Рыбкин. — Иначе говоря новое открытие. Чего же вы нос повесили? Покажите, пожалуйста…

Но Денисов мягко отвел руку товарища и посмотрел на столик, за которым сидела Надежда Николаевна Хлебникова. Он незаметно кивнул Дрозду, и они вместе, мрачные и серьезные, подошли к девушке.

— Товарищ Хлебникова, — тронул Денисов девушку за плечо. — Есть дело к вам. Пойдемте!

Надежда Николаевна удивленно посмотрела на Денисова. Что такое? Неужели будет какой-то серьезный и неприятный разговор? «Видно, все из-за этих фотоэлементов, — погрустнев, подумала она. — Ох, и дались они мне!.. Только бы не отослали обратно на Землю. Сколько было планов, и неужели все прахом?..»

Отбросив салфетку, Хлебникова с готовностью поднялась из-за стола.

— Идите впереди, в мой кабинет, — сухо приказал Денисов.

Надежда Николаевна взяла в руки сумку, поправила выбившиеся из-под беретки локоны и вышла в проход между столами.

Шли втроем — она, Денисов, Дрозд. Надежда Николаевна растерянно оглядывалась по сторонам, охваченная недобрым предчувствием. Что стряслось с Денисовым? Простой, веселый, деликатный, он сейчас выглядит каким-то оскорбленным, смотрит грозно. А зачем идет вместе с ним Виктор Сергеевич? На его лице тоже плохо скрываемая неприязнь…

В кабинете Денисов пригласил Хлебникову сесть, а сам стал у стола и закурил папиросу.

— Иван Иванович, что это за странный церемониал? Ничего не могу понять, — волнуясь, спросила девушка.

Денисов и Дрозд смотрели на нее с видом заговорщиков. Потом Иван Иванович спокойно спросил:

— Надежда Николаевна, скажите, вы крепко дружили с мистером Итоном?

Хлебникова в недоумении подняла красивые, чистые глаза.

— Не понимаю, Иван Иванович, к чему такой вопрос? И при чем тут мистер Итон?

— Представьте себе, кстати! — заметил категорично Денисов. — Мы просим вас, ответьте, — мягче закончил он.

«Допрос? — подумала Надежда Николаевна. — Почему они так говорят со мной?»

— Никакой дружбы у нас с Итоном не было. И не могло быть, — едва не закричала она.

— Хорошо. Я верю вам, Надежда Николаевна. — Денисов замолчал и некоторое время сидел, будто собираясь с мыслями. Потом встал, сильный и властный, искоса глянул на нее. — А задания никакого он вам не давал?

Боже праведный, что с этими людьми? В своем ли они уме?

Надежда Николаевна едва владела собой. В груди ее вспыхнул настоящий бунт оскорбленных чувств.

— Вы хотите вымотать из меня душу? — проговорила Надежда Николаевна, метнув на них ненавидящий взгляд.

— А мы думали, у вас есть совесть, — с издевкой заметил Виктор Сергеевич Дрозд. — И вы признаетесь… А вы, оказывается, считаете себя ангелом. В таком случае мы вынуждены попросить вашу сумку. Положите ее на стол!

— Что такое? Что с вами? То мистер Итон, то сумка… — Хлебникова пожала плечами и возмущенно отвернулась.

Денисов вскипел.

— Встаньте, Надежда Николаевна! Я отстраняю вас от служебных обязанностей, — загремел он басом. До отправки на Землю будете находиться в своей комнате без права выхода.

Девушка вздрогнула. На щеках исчез румянец, погашенный смертельной бледностью. Нервно вздрагивали губы. «Неужто все из-за фотоэлементов? И странно, вредительство приписывают, как видно, мне!» — горько подумала она.

Сдерживаясь, чтобы не разрыдаться, Хлебникова встала и тихо попросила:

— Иван Иванович, я расплачусь за фотоэлементы. Я готова на любую кару. Только разрешите работать.

— Вы не наш человек, вы — шпионка! — сказал Дрозд.

— Шпионка?.. — Надежда Николаевна с надеждой посмотрела на Денисова. Что он говорит? Виктор Сергеевич, как вы посмели?!

— Хватит разговоров, Надежда Николаевна. — Дрозд немигающими глазами уставился в ее лицо. — Отдайте пистолет!