Гарри Веда - После Исхода

Родес и его товарный знак — «Марибу», город-здание, злачное место, сосредоточение легалайза во всех смыслах, адская смесь из азартных игр, безумных аттракционов, откровеннейших шоу — и крупнейшего в мире пневмотрека, чья спираль, собственно, и красуется на картинках.

Посещение даже рейдовой орбиты Родеса автоматически подразумевает экскурсию в «Марибу», что само по себе уже стоит дисциплинарного взыскания для, скажем, военнослужащего и может серьезно испортить репутацию будущему политику.

Тем не менее — город-герой кишит молодежью. Веселье не прекращается ни на минуту, поддерживаемое сменяющимися волнами расслабляющихся подрастающих людей.

Ну как может юнец, у ног которого лежит весь мир, а движок непослушания перешел на форсаж — не побывать в Марибу хотя бы раз в жизни. А побывав — не увлечься смертельным кайфом. Пневмогонки закрывают глаза баранятам с упорной частотой, а те все ползут, несмышленые, на огонек свободы.

В отличие от иных тусовочных мест, с Деризе во главе — шик Родеса иной. Нет, лазерные огни вывесок отелей, казино, луна-парков, красных фонарей и голографические рекламные плоскости гектарных размеров блещут тем же манящим великолепием. Аллеи баров, клубов, диджейских площадок, концерт-холлов и панорамных пати-кафе лучами возносятся ввысь по наклонным панелям главного фигуранта бала — Трека. Именно он задает тон, накладывает стиль, поддерживает ритм и стремление во всем, происходящем вокруг.

Несимметричная прозрачная махина, которая нежится в низких облаках желтого цвета — не дает оторвать от себя глаз. Если сверху, из космоса, Марибу напоминает диковинную раковину криотского морского моллюска — то в профиль он выглядит рукотворной горой. Словно исполинское яйцо бесформенным плевком засохло посреди красно-бело-черной пустыни и застыло в светящийся перманентной клубящейся дымке. Насколько трек велик на самом деле — вы поймете, только приближаясь к нему. Еще лучше — на гравимобиле промчитесь по желобу центрального проспекта, где не действуют ограничения скорости. Пугающее несоответствие перспективы горизонта и плавно надвигающейся махины над головой озарит вас истинным пониманием, как именно велик размер стадиона.

Два километра в высоту и более пяти в длинном поперечнике — купол, простирающийся над сферической впадиной двухмиллионного зрительского зала. На внутренней поверхности купола — собственно и происходит интересное. Невообразимое море зрителей, задрав головы кверху, или откинув сидения назад — рукоплещут смельчакам, бравирующим ловкостью в бурлящем пенопотоке, который с устрашающей скоростью несется по гигантской спирали, разбиваясь о бесчисленное множество преград, таких форм и конструктивов, что не родит сознание здорового, на голову, изобретателя

Снизу, из хорошего места в партере, с великолепным обзором на купол, происходящее кажется сюрреалистичным безумством. Вдоль гигантского потолка запущен высокоскоростной поток вспененной аморфной воды. Жидкость пропускается через дефлекторы с криотским морским хрусталем и тысячи тон этого минерала рассеяны по всем поверхностям, огибаемым вихрем. В результате — получается уникальная гоночная смесь. У нее низкое трение и внутреннее давление, однако, несущая способность при воздействии на крыло — приблизительно, как у соленого океана. В турбулентном потоке можно разогнаться, используя специальную аэродинамическую табуретку-пневмобайк, до сверхзвуковой скорости.

Управление байком происходит за счет вариации подъемной силы от набегающего потока аморфной пеноводы. При достаточном умении табуретка становится такой же привычной, как ноги. Умелый гонщик может нестись с потоком, перемещаться контркурсами, делать штопоры, петли, винты и замедлять скорость практически до полной остановки в ламинарных течениях — в специальных рукавах, созданных для торможения. Сложностей добавляют сотни ниагар, водоворотов, рассекающихся о скалы цунами, торнадо, ситуативно плюющих на сотни метров протяженности — всеобщий армагеддон, если охватить картину целиком.

В первый раз, когда вас прокатит роботизированный байк, с ограничителем скорости, выбирающий безопасную траекторию — вы влюбитесь в процесс. Вам непременно захочется еще раз промчаться сквозь феерию бурлящего голубого воздуха, сжимать мочеток на каждом увлекательном развороте, когда мозжечок теряет ориентацию вследствие спирального ускорения и охватывает ужас, граничащий со счастьем. Вы потом будете долго бродить чумным по ярмарке вокруг стадиона, набираясь смелости, чтобы прокатиться еще разик.

Когда надоест кататься с роботом — новоявленный любитель остренького впервые включит адаптивное управление и попытается внести в процесс хоть немного самостоятельности. Уровень адаптации компьютерного привода позволяет плавно изменять степень свободы в маневре — когда именно подключится автоматика и выправит ситуацию.

В низком режиме — байкер самостоятельно может лишь слегка менять положение в струе. В высоком, без робота — вполне может разогнаться до скорости четыреста метров в секунду. И, например, размозжить себя о неожиданный сталактит, делящий поток на кипящие русла между скал на повороте.

Как говориться — полная свобода выбора.

И тогда вы откроете для себя главную прелесть пневмогонок. Совершенствование ездовых навыков может превратиться в смысл юношеского спортивного бытия. Вы будете сгонять пот в виртуальных тренажерах-симуляторах, чтобы затем, на каникулах или выходных — оторвать душу на треке.

И обязательно начнете участвовать в рейтингах, заездах, группироваться с единомышленниками, и с замиранием сердца ждать ежемесячных соревнований.

На выбор — фристайл, короткий трек, длинная трасса. Можно командой, при желании — индивидуально.

Вот вы и попались. Трек занимает все свободное время, здесь ваши друзья, интересы и всецелое времяпровождение. Ничего плохого, если бы не риск при каждом заезде — когда молодой ухарь в очередной раз преодолевает себя и понижает планку автоматики. Так быстрей и круче, можно удивить девчонок знаменитым пренейским винтом, когда байк становится вертикально и, словно веретено, эффектно раскручивается в потоке, переливается в лучах брильянтами невидимых мельчайших капель.

И все это — на скорости метеора.

Когда, наконец, родители найдут управу, или вы сами, повзрослев, вдруг задумаетесь, что лучший приятель сломал в прошлом году хребет не во славу свободы, а навсегда — вы перестанете гонять. Но долго еще заставкой вашего инфополя будет красно-коричневая планета с медалью, а электронная почта — подписываться трековым прозвищем. А уж болеть по телику за любимую команду вам прописано на всю оставшуюся жизнь, тайком, по ночам, включая развлекательный гипер-канал.